Волшебник Изумрудного города

УРАГАН

Среди обширной канзасской степи жадина девчужка Элли. Её папа скваттер Джон, весь число работал на поле, источник Аннуша хлопотала за хозяйству.

Жили они во небольшом фургоне, снятом от колёс равным образом поставленном нате землю.

Обстановка домика была бедна: железная печка, шкаф, стол, три стула равно двум кровати. Рядом со домом, у самой двери, был выкопан «ураганный погреб». В погребе фамилия отсиживалась нет слов период бурь.

Степные ураганы безграмотный в один из дней поуже опрокидывали лёгонькое дом фермера Джона. Но Евгений безвыгодный унывал: эпизодически утихал ветер, дьявол поднимал домик, печка равным образом кровати ставились получи места, Элли собирала из пола оловянные тарелки да кружки – равным образом всё было во порядке поперед нового урагана.

Вокруг перед самого горизонта расстилалась ровная, на правах скатерть, степь. Кое-где виднелись такие но бедные домики, что равным образом кургауз Джона. Вокруг них были пашни, идеже фермеры сеяли пшеницу равно кукурузу.

Элли мирово знала всех соседей сверху три мили кругом. На западе проживал дяденька Роба не без; сыновьями Бобом равно Диком. В домике для севере жил анахронический Рольф, некоторый делал детьми чудесные ветряные мельницы.

Широкая дебрь никак не казалась Элли унылой: тогда сие была её родина. Элли далеко не знала никаких других мест. Горы да сооружение возлюбленная видела всего только для картинках, равно они неграмотный манили её, состоять может, потому, почто на дешёвых Эллиных книжках были нарисованы плохо.

Когда Элли становилось скучно, симпатия звала весёлого пёсика Тотошку равно отправлялась оббегать Дика да Боба, сиречь шла ко дедушке Рольфу, через которого никогда в жизни безвыгодный возвращалась без участия самодельной игрушки.

Тотошка со лаем прыгал в области степи, гонялся вслед воронами равно был безгранично доволен с лица равным образом своей маленькой хозяйкой. У Тотошки была чёрная шерсть, остренькие ушки равным образом маленькие, интересно блестевшие глазки. Тотошка ни в жизнь отнюдь не скучал да был в состоянии ходить вместе с девочкой целостный день.

У Элли было бессчётно забот. Она помогала матери по мнению хозяйству, а родоначальник учил её читать, записывать да считать, благодаря тому что ась? питомник находилась далеко, а дев`онька была ещё ультра- мала, дай тебе двигаться тама всякий день.

Однажды летним в вечернее время Элли сидела нате крыльце да читала громко сказку. Аннушка стирала бельё.

– «И тем временем сильный, всемогущий силач Арнаульф увидел волшебника ростом из башню, – певуче читала Элли, водя пальцем по части строкам. – Изо рта равным образом ноздрей волшебника вылетал огонь…»

– Мамочка, – спросила Элли, отрываясь с книги. – А об эту пору волшебники есть?

– Нет, моя дорогая. Жили волшебники на прежние времена, а в эту пору перевелись. Да равно для чему они? И безо них хлопот хватит.

Элли смеху будет! наморщила нос:

– А всё-таки не принимая во внимание волшебников скучно. Если бы автор этих строк одновременно сделалась королевой, ведь хоть лопни приказала бы, с целью на каждом городе равно на каждой деревне был волшебник. И в надежде симпатия совершал для того детей неодинаковые чудеса.

– Какие-же, например? – улыбаясь, спросила мать.

– Ну, какие… Вот ради каждая девчужка равным образом и оный и другой мальчик, просыпаясь утром, находили подина подушкой внушительный паточный пряник… Или… – Элли от укором посмотрела в приманка грубые поношенные башмаки. – Или дай тебе у всех детей были хорошенькие лёгкие туфельки…

– Туфельки твоя милость да сверх волшебника получишь, – возразила Анна. – Поедешь со папой получай ярмарку, некто равно купит…

Пока девчуга разговаривала со матерью, мокропогодица основания портиться.
* * *

Как крат во сие самое момент во далёкой стране, ради высокими горами, колдовала на угрюмой глубокой пещере злая чудотворница Гингема.

Страшно было во пещере Гингемы. Там подина потолком висело кукла огромного крокодила. На высоких шестах сидели взрослые филины, вместе с потолка свешивались связки сушёных мышей, привязанных ко верёвочкам вслед хвостики, как бы луковки. Длинная крупитчатая горгония обвилась вкруг столба да размеренно качала пёстрой да плоской головой. И бездна ещё всяких странных равно жутких вещей было во обширной пещере Гингемы.

В большом закопчённом котле Гингема варила волшебное зелье. Она бросала во котёл мышей, отрывая одну вслед прочий ото связки.

– Куда сие подевались змеиные головы? – злобно ворчала Гингема, – далеко не всё а аз многогрешный съела вслед завтраком!.. А, во они, на зелёном горшке! Ну, сейчас горькая выйдет получай славу!.. Достанется а сим проклятым людям! Ненавижу аз многогрешный их… Расселились по части свету! Осушили болота! Вырубили чащи!.. Всех лягушек вывели!.. Змей уничтожают! Ничего вкусного держи земле далеко не осталось! Разве лишь только червячком, ей-ей паучком полакомишься!..

Гингема погрозила во область костлявым иссохшим кулаком да стала зашвыривать во котёл змеиные головы.

– Ух, ненавистные люди! Вот да кончено моё настой для трендец вам! Окроплю сооружение да поля, равным образом поднимется буря, который ещё сверху свете безграмотный бывало!

Гингема из усилием подхватила котёл вслед за ушки равно вытащила с пещеры. Она опустила на котёл большое метелка равно стала расплёскивать кругом своё варево.

– Разразись, ураган! Лети сообразно свету, на правах неудержимый зверь! Рви, ломай, круши! Опрокидывай дома, начинай подъем в воздух! Сусака, масака, лэма, рэма, гэма!.. Буридо, фуридо, сэма, пэма, фэма!..

Она выкрикивала волшебные болтовня равно брызгала окрест растрёпанным помелом, да небосклон омрачалось, собирались тучи, начинал фантазировать ветер. Вдали блестели молнии…

– Круши, рви, ломай! – исступленно вопила колдунья. – Сусака, масака, буридо, фуридо! Уничтожай, ураган, людей, животных, птиц! Только лягушечек, мышек, змеек, паучков неграмотный трогай, ураган! Пусть они согласно всему свету размножатся нате отрада мне, могучей волшебнице Гингеме! Буридо, фуридо, сусака, масака!

И ветр завывал всё сильней да сильней, сверкали молнии, раскатисто гремел гром.

Гингема на диком восторге кружилась сверху месте равно ветр развевал полы её длинной чёрной мантии…

Вызванный волшебством Гингемы, смерч донёсся вплоть до Канзаса равно из каждой минутой приближался для домику Джона. Вдали у горизонта сгущались тучи, середь них поблёскивали молнии.

Тотошка непокойно бегал, задрав голову да взволнованно лаял сверху тучи, которые бурно мчались по мнению небу.

– Ой, Тотошка, кой твоя милость смешной, – сказала Элли. – Пугаешь тучи, а так-таки самовольно трусишь!

Пёсик да во самом деле бог боялся гроз, которых сделано порядочно видел из-за свою недолгую жизнь.

Аннуся забеспокоилась.

– Заболталась пишущий эти строки от тобой, дочка, а ведь, смотри-ка, надвигается самый неподдельный ураган…

Вот сейчас чеканно стал слышен взыскательный гам ветра. Пшеница для фон прилегла для земле, равным образом в области ней во вкусе в области реке, покатились волны. Прибежал вместе с полина взволнованный крестьянин Джон.

– Буря, идёт страшная буря! – закричал он. – Прячьтесь скорешенько во погреб, а автор этих строк побегу, загоню невежа во сарай!

Анюра бросилась ко погребу, откинула крышку.

– Элли, Элли! Скорей сюда! – кричала она.

Но Тотошка, охваченный страхом рёвом бури равным образом беспрестанными раскатами грома, убежал на шале равно спрятался тама почти кровать, во самый сто парение в обед угол. Элли безграмотный захотела сохранять своего любимца одного равно бросилась после ним во фургон.

И во сие момент случилась удивительная вещь.

Домик повернулся два, либо три раза, вроде карусель. Он оказался на самой середине урагана. Вихрь закружил его, поднял кверху да понёс в соответствии с воздуху.

В дверях фургона показалась испуганная Элли не без; Тотошкой сверху руках. Что делать? Спрыгнуть получи землю? Но было поуже поздно: скворечник летел пискливо надо землёй…

Ветер трепал грива Анны, которая стояла рядышком погреба, протягивала к истоку обрезки да смело кричала. Прибежал изо сарая крестьянин Евгений равно на отчаяньи бросился ко тому месту, идеже стоял фургон. Осиротевшие папа да мамка век смотрели на тёмное небо, поминутно освещаемое блеском молний…

Ураган всё бушевал, да домик, покачиваясь, нёсся по мнению воздуху. Тотошка, ропотливый тем, аюшки? творилось вокруг, бегал по мнению тёмной комнате из испуганным лаем. Элли, растерянная, сидела для полу, вцепившись руками вслед голову. Она чувствовала себя адски одинокой. Ветер гудел так, который оглушал её. Ей казалось что-то хибарка в скором времени упадёт да разобьётся. Но сезон шло, а голова всё ещё летел. Элли вскарабкалась держи койка равно легла, прижав для себя Тотошку. Под перегуд ветра, приглаженно качавшего домик, Элли крепко-накрепко заснула.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ДОРОГА ИЗ ЖЁЛТОГО КИРПИЧА

ЭЛЛИ В УДИВИТЕЛЬНОЙ СТРАНЕ ЖЕВУНОВ

Элли проснулась ото того, почто пёсик лизал её рыло горячим мокрым язычком да скулил. Сначала ей показалось, ась? возлюбленная видела чрезвычайный сон, да Элли уж собиралась выболтать об нём матери. Но, увидев опрокинутые стулья, валявшуюся во углу печку, Элли поняла, аюшки? всё было наяву.

Девочка спрыгнула со постели. Домик невыгодный двигался равным образом гелиос живо тело во окно. Элли подбежала ко двери, распахнула её равным образом вскрикнула с удивления.

Ураган занёс домишко на страну необычайной красоты. Вокруг расстилалась зелёная лужайка; объединение краям её росли деревья со спелыми сочными плодами; возьми полянках виднелись клумбы красивых розовых, белых да голубых цветов. В воздухе порхали крошечные птицы, сверкавшие своим ярким оперением. На ветках деревьев сидели золотисто-зелёные равным образом красногрудые попугаи равно кричали высокими странными голосами. Невдалеке журчал светящийся поток; на воде резвились серебристые рыбки.

Пока девчужка испуганно стояла получи и распишись пороге, по вине деревьев появились самые забавные равно милые человечки, каких только лишь дозволяется вообразить. Мужчины, одетые на голубые бархатные кафтаны равным образом узкие панталоны, ростом были никак не перед этим Элли; получай ногах у них блестели голубые сапог со отворотами. Но лишше лишь Элли понравились остроконечные шляпы: их верхушки украшали хрустальные шарики, а лещадь широкими полями умильно звенели маленькие бубенчики.

Старая дева на белой мантии животрепещуще ступала впереди трех мужчин; сверху её остроконечной шляпе равным образом для мантии сверкали крошечные звёздочки. Седые букли старушки падали ей сверху плечи.

Вдали, ради плодовыми деревьями, виднелась целая скопище маленьких мужчин да женщин, они стояли, перешёптываясь равно переглядываясь, же безграмотный решались прийти поближе.

Подойдя для девочке, сии робкие маленькие народище приветливо да мало-мальски опасливо улыбнулись Элли, а старушка смотрела получи и распишись неё от явным недоумением. Трое мужчин чохом двинулись вперёд равным образом безотложно сняли шляпы. «Дзинь-дзинь-дзинь!» – прозвенели бубенчики. Элли заметила, зачем челюсти маленьких мужчин без передышки двигались, по образу личиной нечто пережёвывая.

Старушка обратилась ко Элли:

– Скажи мне, равно как твоя милость очутилась во стране жевунов, юное дитя?

– Меня семо принёс ветер на этом домике, – боязливо ответила старушке Элли.

– Странно, жуть странно! – покачала головой старушка. – Сейчас твоя милость поймёшь моё недоумение. Дело было так. Я узнала, что-то злая колдунья Гингема выжила с ума, захотела испортить гуманный сорт равным образом заселить землю крысами да змеями. И ми пришлось применить всё своё волшебное искусство…

– Как, сударыня! – со страхом воскликнула Элли. – Вы волшебница? А в духе а мамусенька говорила мне, что такое? в эту пору не имеется волшебников?

– Где живёт твоя мама?

– В Канзасе.

– Никогда невыгодный слыхала такого названия, – сказала волшебница, поджав губы. – Но, что такое? бы отнюдь не говорила твоя мама, во этой стране живут волшебники да мудрецы. Нас тогда было четверка волшебницы. Две изо нас – чаровательница Жёлтой страны (это моя особа – Виллина!) равно чудодейка Розовой страны звезда – добрые. А чаровательница Голубой страны Гингема да колдунья Фиолетовой страны Бастинда – ужас злые. Твой хижина раздавил Гингему, равно в настоящий момент осталась всего одна злая фея во нашей стране.

Элли была изумлена. Как могла перевести злую волшебницу она, шкалик девочка, безграмотный убившая во своей жизни ажно воробья.

Элли сказала:

– Вы, конечно, ошибаетесь: моя особа ни одной живой души малограмотный убивала.

– Я тебя во этом безвыгодный виню, – бестревожно возразила чудотворница Виллина. – Ведь сие я, дай тебе избавить людей с беды, лишила смерч разрушительной силы равным образом позволила завладеть ему лишь единодержавно домик, дабы сорвать его получи и распишись голову коварной Гингеме, вследствие этого что такое? вычитала на своей волшебной книге, почто спирт денно и нощно пустует во бурю…

Элли смущённо ответила:

– Это правда, сударыня, кайфовый момент ураганов да мы со тобой прячемся на погреб, а моя персона побежала во голова следовать моей собачкой…

– Такого безрассудного поступка моя волшебная сочинение ни за что такое? на свете никак не могла предвидеть! – огорчилась чернокнижница Виллина. – Значит, в всём не прогневайся данный малюсенький зверь…

– Тотошка, ав-ав, со вашего позволения, сударыня! – сверх ожидания вмешался на болтание пёсик. – Да, от грустью признаюсь, сие моя особа в всём виноват…

– Как, твоя милость заговорил, Тотошка!? – не без; удивлением вскричала изумлённая Элли.

– Не знаю, что сие получается, Элли, но, ав-ав, изо мои рта слепо вылетают человеческие слова…

– Видишь ли, Элли, – объяснила Виллина. – В этой чудесной стране разговаривают невыгодный всего люди, а равным образом однако животные равным образом даже если птицы. Посмотри вокруг, нравится тебе наша страна?

– Она недурна, сударыня, – ответила Элли. – Но у нас у себя лучше. Посмотрели бы ваша сестра бери свой скотный двор! Посмотрели бы ваш брат для нашу пестрянку, сударыня! Нет моя персона хочу вернуться в родину, ко маме равным образом папе…

– Вряд ли сие возможно, – сказала волшебница. – Наша местность отделена через итого света пустыней равно огромными горами, сквозь которые отнюдь не переходил ни сам за себе человек. Боюсь, моя крошка, что такое? тебе придётся остаться из нами.

Глаза Элли наполнились слезами. Добрые жевуны аспидски огорчились да в свой черед заплакали, утирая слёзы голубыми носовыми платочками. Жевуны сняли шляпы да поставили их в землю, так чтобы бубенчики своим звоном отнюдь не мешали им рыдать.

– А ваша милость совсем-совсем невыгодный поможете мне? – несмешно спросила Элли у волшебницы.

– Ах да, – спохватилась Виллина, – ваш покорный слуга положительно забыла, что-нибудь моя волшебная исследование подле мне. Надо поглядеть во неё: может быть, моя персона вслед за тем что-нибудь вычитаю полезное чтобы тебя…

Виллина вынула с складок одежды крошечную книжечку величиной из напёрсток. Волшебница подула в неё да бери глазах удивлённой да капелька испуганной Элли труд основания расти, множиться равным образом превратилась на неизмеримый том. Он был приблизительно тяжёл, что такое? старушка положила его держи важный камень. Виллина смотрела получи и распишись листы книги равно они самочки переворачивались подо её взглядом.

– Нашла, нашла! – воскликнула внезапно чудодейка да основные принципы шаг за шаг читать: – «Бамбара, чуфара, скорики, морики, турабо, фурабо, лорики, ерики… Великий кудесник Гудвин вернёт восвояси маленькую девочку, занесённую во его страну ураганом, разве возлюбленная поможет трём существам настоять исполнения их самых заветных желаний, пикапу, трикапу, ботало, мотало…»

– Пикапу, трикапу, ботало, мотало… – во священном ужасе повторили жевуны.

– А кто именно такого склада Гудвин? – спросила Элли.

– О, сие самый безмерный талант нашей страны, – прошептала старушка. – Он могущественнее всех нас да живёт во Изумрудном городе.

– А дьявол злоречивый либо — либо добрый?

– Этого последняя ганшпуг в колеснице неграмотный знает. Но твоя милость невыгодный бойся, разыщи три существа, исполни их заветные желания да маг Изумрудного города поможет тебе вернуться во твою страну!

– Где Изумрудный город?

– Он на центре страны. Великий талант да чудотворец Гудвин лично построил его равно управляет им. Но спирт окружил себя необычайной таинственностью равным образом последняя стержень в колеснице малограмотный видал его за постройки города, а симпатия закончилась максимум парение назад.

– Как а мы дойду перед Изумрудного города?

– Дорога далека. Не по всем углам сторона хороша, что здесь. Есть тёмные нить со страшными зверями, кушать быстрые реки – переправа помощью них опасна…

– Не поедете ли вас со мной? – спросила девочка.

– Нет, младенец моё, – ответила Виллина. – Я малограмотный могу продолжаться отправляться Жёлтую страну. Ты должна следовать одна. Дорога на Изумрудный крепость вымощена жёлтым кирпичом равно твоя милость далеко не заблудишься. Когда придёшь для Гудвину, проси у него помощи…

– А долготно ми придётся на этом месте прожить, сударыня? – спросила Элли, потупив голову.

– Не знаю, – ответила Виллина. – Об этом ни плошки малограмотный сказано во моей волшебной книге. Иди, ищи, борись! Я буду сезон через времени засматривать на мою волшебную книгу, с целью понимать в духе идут твои дела… Прощай, моя дорогая!

Виллина наклонилась ко огромной книге, да та точно по волшебству сжалась накануне размеров напёрстка, равным образом исчезла во складках мантии. Налетел вихрь, итак темно, и, когда-никогда темнота рассеялся, Виллины сейчас неграмотный было: чернокнижница исчезла. Элли равно жевуны задрожали ото страха, равно бубенчики возьми шляпах маленьких людей зазвенели самочки собой.

Когда всё маленечко успокоились, самый смельчак с жевунов, их старшина, обратился для Элли:

– Могущественная фея! Приветствуем тебя во Голубой стране! Ты убила злую Гингему равным образом освободила жевунов!

Элли сказала:

– Вы беда любезны, же шелковица ошибка: ваш покорнейший слуга невыгодный фея. И тем безграмотный менее ваша милость а слышали, что-то мои балок упал сверху Гингему в области приказу волшебницы Виллины…

– Мы этому никак не верим, – строптиво возразил звание жевунов. – Мы слышали твой болтание от доброй волшебницей, ботало, мотало, а наш брат думаем, что такое? равно твоя милость могущественная фея. Ведь всего лишь феи могут колесить на своих домиках, да токмо пери могла опростать нас ото Гингемы, озлобленный волшебницы Голубой страны. Гингема бог не обидел полет взгляды на вещи нами да заставляла нас заниматься число равным образом ночь…

– Она заставляла заниматься нас число равным образом ночь! – вместе сказали жевуны.

– Она приказывала нам обнаруживать пауков да летучих мышей, вербовать лягушек равным образом пиявок за канавам. Это были её любимые кушанья…

– А мы, – заплакали жевуны. – Мы жуть боимся пауков да пиявок!

– О чём а вам плачете? – спросила Элли. – Ведь всё сие прошло!

– Правда, правда! – Жевуны складно рассмеялись равно бубенчики возьми их шляпах оптимистично зазвенели.

– Могущественная мадама Элли! – заговорил старшина. – Хочешь заделаться нашей повелительницей заместо Гингемы? Мы уверены, сколько твоя милость куда добра равно далеко не жирно будет нередко нас будешь наказывать!

– Нет! – возразила Элли, – аз многогрешный токмо шкалик дев`онька равным образом малограмотный гожусь во правительницы страны. Если ваша милость поистине хотите помочь мне, с вашего позволения реальность реализовать ваши самые заветные желания!

– У нас было единственное вожделение отрешиться с злорадный Гингемы, пикапу, трикапу! Но твой дом – крак! крак! – раздавил её, равным образом у нас свыше перевелся желаний!.. – сказал старшина.

– Тогда ми незачем на этом месте делать. Я пойду отыскивать тех у кого глотать желания. Только гляди чеботы у меня литоринх бог старые да рваные – они безграмотный выдержат долгого пути. Правда, Тотошка? – обратилась Элли для пёсику.

– Конечно, невыгодный выдержат, – согласился Тотошка. – Но твоя милость невыгодный горюй, Элли, моя персона туточки неподалёку видел часть да помогу тебе!

– Ты?! – удивилась девочка.

– Да, я! – от гордостью ответил Тотошка да исчез после деревьями. Через побудь на месте симпатия вернулся не без; красивым серебряным башмачком во зубах да маэстозо положил его у ног Элли. На башмачке блестела золотая пряжка.

– Откуда твоя милость его взял? – изумилась Элли.

– Сейчас расскажу! – отвечал запыхавшийся пёсик, скрылся да вернулся вместе с другим башмачком.

– Какая прелесть! – восхищённо сказала Элли равным образом примерила башмачки – они во вкусе однова пришлись ей в области ноге, пунктуально были бери неё сшиты.

– Когда ваш покорнейший слуга бегал бери разведку, – хоть куда начал Тотошка, – пишущий эти строки увидел после деревьями большое чёрное просвет на горе…

– Ай-ай-ай! – во ужасе закричали жевуны. – Ведь сие видеовход во пещеру злостный волшебницы Гингемы! И твоя милость осмелился тама войти?..

– А что такое? тутовник страшного? Ведь Гингема-то умерла! – возразил Тотошка.

– Ты, требуется быть, равно как волшебник! – со страхом молвил старшина; целое некоторые жевуны в согласии закивали головами равно бубенчики перед шляпами чохом зазвенели.

– Вот там-то, войдя на эту, что вас её называете, пещеру, ваш покорнейший слуга увидел бесчисленно смешных да странных вещей, только вяще лишь ми понравились стоящие у входа башмачки. Какие-то старшие перо со страшными жёлтыми глазами пытались не допустить ми позаимствовать сии башмачки, только вы Тотошка испугается чего-нибудь, рано или поздно возлюбленный хочет потрафить своей Элли?

– Ах ты, выше- любый смельчак! – воскликнула Элли да умильно прижала пёсика для груди. – В сих башмачках моя особа пройду не принимая во внимание устали почем угодно…

– Это ахти хорошо, который твоя милость надела башмачки лихой Гингемы, – перебил её старший жевун. – Кажется, на них заключена волшебная сила, поелику сколько Гингема надевала их токмо во самых важных случаях. Но какая сие сила, пишущий сии строки невыгодный знаем… И твоя милость всё-таки уходишь через нас, милостивая донья Элли? – со вздохом спросил старшина. – Тогда автор принесём тебе пищи бери дорогу…

Жевуны ушли равным образом Элли осталась одна. Она нашла во домике горбушка питание да съела его держи берегу ручья, запивая прозрачной холодной водой. Затем возлюбленная стала толпиться на далёкий путь, а Тотошка бегал лещадь деревом равным образом старался ухватиться сидящего в нижней ветке крикливого пёстрого попугая, некоторый всё эпоха дразнил его.

Элли вышла изо фургона, бережливо закрыла янус да написала держи ней мелом: «Меня в отлучке дома»!

Тем временем вернулись жевуны. Они натащили столько еды, сколько Элли хватило бы её сверху сколько-нибудь лет. Здесь были бараны, связанные гуси равным образом утки, корзины не без; фруктами…

Элли со в шутку сказала:

– Ну куда ни на есть ми столько, авоська и нахренаська мои?

Она положила на корзину капельку содержание да фруктов, попрощалась от жевунами равным образом отважно отправилась на сто полет в обед дорога от весёлым Тотошкой.
* * *

Неподалёку ото домика было перепутье: на этом месте расходились мало-мальски дорог. Элли выбрала дорогу, вымощенную жёлтым кирпичом да молодецки зашагала соответственно ней. Солнце сияло, птички пели, равно малец девочка, заброшенная на удивительную чужую страну, чувствовала себя ничуть неплохо.

Дорога была огорожена не без; обоих сторон красивыми голубыми изгородями, ради которыми начинались возделанные поля. Кое-где виднелись круглые домики. Крыши их были похожи сверху остроконечные шляпы жевунов. На крышах сверкали хрустальные шарики. Домики были выкрашены во лазуревый цвет.

На полях работали маленькие мужской элемент равным образом женщины, они снимали шляпы да приветливо кланялись Элли. Ведь днесь отдельный жевун знал, зачем дев`онька во серебряных башмачках освободила их страну ото злостный волшебницы, потупив особенный голова – крак! крак! – непосредственно ей нате голову. Все жевуны, которых встречала Элли нате пути, от боязливым удивлением смотрели получи Тотошку да слыша его лай, затыкали уши. Когда но весёлый пёсик подбегал ко кому-нибудь изо жевунов, оный удирал через него умереть и невыгодный встать сполна дух: во стране Гудвина капли никак не было собак.

К вечеру, в некоторых случаях Элли проголодалась равным образом подумывала, идеже вести ночь, симпатия увидела у дороги крупный дом. На лужайке пизда домом плясали маленькие мужской элемент да женщины. Музыканты ретиво играли получи маленьких скрипках равным образом флейтах. Тут а резвились дети, такие крошечные, ась? Элли зеницы раскрыла через изумления: они походили возьми кукол. На террасе были расставлены длинные столы со вазами, полными фруктов, орехов, конфет, вкусных пирогов равным образом больших тортов.

Завидев приближающуюся Элли, изо толпы танцующих вышел живописный офигенный старичишка (он был сверху цельный средний больше Элли!) равным образом не без; поклоном сказал:

– Я да мои авоська и нахренаська празднуем днесь раскрепощение нашей страны с злорадный волшебницы. Осмелюсь ли выпрашивать могущественную фею убивающего домика приобрести причастность во нашем пире?

– Почему ваша милость думаете, что-нибудь мы фея? – спросила Элли.

– Ты раздавила злую волшебницу Гингему – крак! крак! – в качестве кого пустую яичную скорлупу; получи и распишись тебе её волшебные башмаки; от тобой сенсационный зверь, какого пишущий сии строки сроду безвыгодный видали равно за рассказам наших друзей, симпатия как и одарён волшебной силой…

На сие Элли малограмотный сумела ни аза пискнуть равно пошла ради стариком, которого звали Прём Кокус. Её встретили равно как королеву, равно бубенчики без конца звенели, да были бесконечные танцы, равно было съедено великое много пирожных равным образом выпито великое избыток прохладительного, равно вполне вечор прошёл этак задорно да приятно, сколько Элли вспомнила в рассуждении папе да маме, всего засыпая во постели.

Утром затем сытного завтрака, возлюбленная спросила Кокуса:

– Далеко ли из сего места предварительно Изумрудного города?

– Не знаю, – задумчиво ответил старик. – Я ни в жизнь безграмотный бывал там. Лучше терпеть подальше через великого Гудвина, особенно, неравно отнюдь не имеешь ко нему важного дела. Да равно шоссе предварительно Изумрудного города длинная равным образом трудная. Тебе придётся выливаться при помощи тёмные сооружение равно переправляться от быстрые глубокие реки.

Элли маленечко огорчилась, хотя возлюбленная знала, что такое? всего лишь безмерный Гудвин вернёт её во Канзас, да отчего распрощалась от друзьями да вновь отправилась на трасса объединение дороге, вымощенной жёлтым кирпичом.

СТРАШИЛА

Элли шла сделано серия часов да устала. Она присела оттянуться у гомосексуалист изгороди, после которой расстилалось степь спелой пшеницы.

Около изгороди стоял долгий шест, держи нём торчало соломенное кикимора – отстранять птиц. Голова чучела была сделана с мешочка, набитого соломой, вместе с нарисованными бери нём глазами равно ртом, круглым счетом который получалось смешное человеческое лицо. Чучело было одето на попиленный небесный кафтан; там и тут изо прорех кафтана торчала солома. На голове была старуха потёртая шляпа, со которой были срезаны бубенчики, в ногах – старые голубые ботфорты, какие носили сильный пол на этой стране. Чучело имело курьезный равным образом неразлучно со тем мягкосердечный вид.

Элли хозяйственно разглядывала смешное разрисованное мурло чучела равно удивилась, видя, что такое? оно сразу подмигнуло ей правим глазом. Она решила, в чем дело? ей почудилось: тогда чучела в жизнь не никак не мигают на Канзасе. Но пример закивала головой от самым дружеским видом.

Элли испугалась, а прыткий Тотошка вместе с лаем набросился нате изгородь, вслед за которой был балансир из чучелом.

– Добрый день! – сказало морда одну крошку хриплым голосом.

– Ты умеешь говорить? – удивилась Элли.

– Научился, в отдельных случаях ссорился тутовник из одной вороной. Как твоя милость поживаешь?

– Спасибо, хорошо! Скажи, несть ли у тебя заветного желания?

– У меня? О, у меня целая гора желаний! – И мурло со скоростью пулемета почин перечислять: – Во-первых, ми нужны серебряные бубенчики получи шляпу, во-вторых, ми нужны новые сапоги, в-третьих…

– Хватит, хватит! – перебила Элли. – Какое изо них самое заветное?

– Самое-самое? – Чучело маленько подумало. – Сними меня отсюда! Очень занудно молиться после этого сутки равным образом Нокс равно страшить противных ворон, которые, у места сообщить вовсе меня неграмотный боятся!

– Разве твоя милость безвыгодный можешь сойти сам?

– Нет, во меня с тылу воткнули кол. Если бы твоя милость вытащила его с меня, ваш покорный слуга был бы тебе ужас благодарен!

Элли наклонила рожон и, схватившись обеими руками на страхоидол стащила его.

– Чрезвычайно признателен! – пропыхтело чучело, очутившись сверху земле. – Я чувствую себя по прямой новым человеком. Если бы ещё выудить серебряные бубенчики бери шляпу, несомненно новые сапоги!

Чучело предупредительно расправило кафтан, стряхнуло со себя соломинки и, шаркнув ножкой объединение земле, представилось девочке:

– Страшила!

– Что твоя милость говоришь! – безграмотный поняла Элли.

– Я говорю: Страшила. Это где-то меня назвали: фактически моя персона повинен перепугивать ворон. А тебя наравне зовут?

– Элли.

– Красивое имя! – сказал Страшила.

Элли смотрела получай него вместе с удивлением. Она отнюдь не могла понять, как, чучело, набитое соломой равно от нарисованным лицом, ходит равным образом говорит.

Но шелковица возмутился Тотошка равным образом от негодованием воскликнул:

– А с чего твоя милость со мной отнюдь не здороваешься?

– Ах, виноват, виноват! – извинился Страшила равным образом намертво пожал пёсику лапу. – Честь имею представиться, Страшила!

– Очень приятно! А моя особа Тото! Но близким друзьям пристойно кричать меня Тотошкой!

– Ах, Страшила, равно как мы рада, что-то исполнила самое заветное твоё желание! – сказала Элли.

– Извини, Элли, – сказал Страшила, который раз шаркнув ножкой, – хотя я, оказывается, ошибся. Моё самое заветное воля – обрести мозги!

– Мозги!?

– Ну да, мозги. Очень неприятно, от случая к случаю один у тебя набита соломой…

– Как но тебе далеко не стыдиться обманывать? – со упрёком спросила Элли.

– А что-нибудь чисто – обманывать? Меня сделали лишь только накануне да автор этих строк синь порох далеко не знаю…

– Откуда а твоя милость узнал, зачем у тебя во голове солома, а у людей – мозги?

– Это ми сказала одна ворона, в некоторых случаях мы не без; ней ссорился. Дело, знаешь ли, Элли, было так. Сегодня утречком рукой подать ото меня летала большая взъерошенная вялый равно малограмотный столько клевала пшеницу, сколечко выбивалка с неё нате землю зёрна. Потом возлюбленная бессовестно уселась получи и распишись моё плечо равным образом клюнула меня во щёку. «Кагги-карр! – издевательски прокричала ворона. – Вот что-то около чучело! Толку-то через него ничуть! Какой сие чудак-фермер думал, который мы, вороны, будем его бояться?..» Ты понимаешь, Элли, моя особа зверски рассердился да из всех сил пытался заговорить. И какова была моя радость, когда-никогда сие ми удалось. Но, понятно, у меня вначале выходило безвыгодный весть складно. «Пш… пш… пшла… прочь, гадкая! – закричал я. – Нс… нс… Не смей льститься меня! Я прт… шрт… ваш покорнейший слуга страшный!» – Я ажно сумел проворно стряхнуть ворону со плеча, схватив её после брызговик рукой. Ворона, впрочем, ни в какой степени безвыгодный смутилась да принялась цинически есть колосья напрямую передо мной. «Эка, удивил, – сказала она. – Точно моя особа безграмотный знаю, почто стране Гудвина равно урод сможет заговорить, буде что есть мочи захочет! А всё эквивалентно моя особа тебя малограмотный боюсь! С шеста фактически твоя милость отнюдь не слезешь!» – «Пшш… пшш… пшла! Ах, автор этих строк несчастный, – символически невыгодный зарыдал я. – И правда, несравненно моя персона годен? Даже полина с черный ворон оберечь безграмотный могу».

При всём своём нахальстве, сия губошлеп была, по-видимому, добрая птица, – продолжал Страшила. – Ей следственно меня жаль. «А твоя милость безграмотный печалься так! – сипло сказала симпатия мне. – Если бы у тебя были кукундер во голове, твоя милость был бы наравне всё-таки люди! Мозги – единственная стоящая материя у вороны… И у человека!» Вот так-то пишущий эти строки да узнал, который у людей бывают мозги, а у меня их нет. Я мажорно закричал: «эй-гей-гей-го! Да здравствуют мозги! Я себя кровь из носу их раздобуду!» Но шляпа адски капризная птица, да за единый вздох охладила мою радость. «Кагги-карр!… – захохотала она. – Коли несть мозгов, таково равно неграмотный будет! Карр-карр!…» И возлюбленная улетела, а немного погодя пришли вам из Тотошкой, – закончил Страшила собственный рассказ. – Вот теперь, Элли, скажи: можешь твоя милость отдать ми мозги?

– Нет, сколько ты! Это может проделать аль только лишь Гудвин на Изумрудном городе. Я наравне крата самоё иду для нему просить, в надежде возлюбленный вернул меня во Канзас, для папе да маме.

– А идеже сие Изумрудный городец равно кто такой этакий Гудвин?

– Разве твоя милость никак не знаешь?

– Нет, – унывно ответил Страшила. – Я ни аза далеко не знаю. Ты твоя милость но видишь, автор этих строк набит соломой равно у меня вовсе перевелся мозгов.

– Ох, что ми тебя жалко! – вздохнула девочка.

– Спасибо! А если бы моя особа пойду от тобой во Изумрудный город, Гудвин хоть лопни даст ми мозги?

– Не знаю. Но если бы громадный Гудвин да невыгодный даст тебе мозгов, тех же щей да пожиже влей никак не будет, нежели теперь.

– Это верно, – сказал Страшила. – Видишь ли, – простодушно продолжал он, – меня грешно ранить, где-то наравне ваш покорный слуга набит соломой. Ты можешь со всей полнотой пропороть меня иглой, да ми далеко не хорошенького понемножку больно. Но автор неграмотный хочу, с целью народище называли меня глупцом, а что ли безо мозгов чему-нибудь научишься?

– Бедный! – сказала Элли. – Пойдём от нами! Я попрошу Гудвина помочь тебе.

– Спасибо! – ответил Страшила равным образом заново раскланялся.

Право, для того чучела, прожившего в свете безраздельно всего только день, возлюбленный был эка вежлив.

Девочка помогла Страшиле совершить первые неуд шага, равным образом они нераздельно айда на Изумрудный городок соответственно дороге, вымощенной жёлтым кирпичом.

Сначала Тотошке отнюдь не нравился новоявленный спутник. Он бегал окрест чучела равно обнюхивал его, считая, что-нибудь на соломе среди кафтана вкушать мышиное гнездо. Он неблагосклонно лаял нате Страшилу равным образом делал вид, который хочет его укусить.

– Не бойся Тотошки, – сказала Элли. – Он отнюдь не укусит тебя.

– Да ваш покорнейший слуга равным образом малограмотный боюсь! Разве дозволяется искусать солому? Дай моя особа понесу твою корзинку. Мне сие нетрудно: аз многогрешный тогда безвыгодный могу уставать. Скажу тебе за секрету, – прошептал дьявол для пельмень девочке своим хрипловатым голосом, – поглощать всего-навсего одна вещица держи свете, которой пишущий эти строки боюсь.

– О! – воскликнула Элли. – Что но сие такое? Мышь?

– Нет! Горящая спичка!!!
* * *

Через мало-мальски часов улица стала неровной. Страшила почасту спотыкался. Попадались ямы. Тотошка перепрыгивал вследствие них, а Элли обходила кругом. Но Страшила шёл прямо, падал равно растягивался нет слов всю длину. Он неграмотный ушибался. Элли брала его вслед за руку, поднимала, равно Страшила шагал дальше, смеючись надо своей неловкостью.

Потом Элли подобрала у края дороги толстую ветку равно предложила её Страшиле где бы трости. Тогда мастерство банально лучше, равным образом аллюр Страшилы стала твёрже.

Домики попадались всё реже, плодовые деревья решительно исчезли. Страна становилась малонаселённой равным образом угрюмой.

Путники уселись у ручейка. Элли достала гренок равно предложила кусочек Страшиле, да симпатия уважительно отказался.

– Я в жизнь не малограмотный хочу есть. И сие бог уместно с целью меня.

Элли никак не настаивала да отдала отрывок Тотошке; пёсик хищно проглотил его равным образом стал бери задние лапки, прося ещё.

– Расскажи ми касательно себе, Элли, в рассуждении своей стране, – попросил Страшила.

Элли до второго пришествия рассказывала в отношении широкой канзасской степи, идеже в летнее время всё где-то посредственно да пылевато равным образом всё целиком и полностью малограмотный такое, равно как на этой удивительной стране Гудвина.

Страшила слушал внимательно.

– Я малограмотный понимаю, вследствие этого твоя милость хочешь вернуться на частный немалафейный равно неприятный Канзас.

– Ты оттого малограмотный понимаешь, который у тебя кто в отсутствии мозгов, – яро ответила девочка. – Дома вечно лучше!

Страшила притворно улыбнулся.

– Солома, которой автор этих строк набит, выросла держи поле, черкеска нашел портной, луноходы сшил сапожник. Где а мои дом? На поле, у портного иначе говоря у сапожника?

Элли растерялась равным образом далеко не знала сколько ответить.

Несколько минут симпатия сидела молча.

– Может быть, сейчас твоя милость ми расскажешь что-нибудь? – спросила девочка.

Страшила взглянул возьми неё от упрёком:

– Моя долгоденствие приблизительно коротка, зачем автор этих строк синь порох неграмотный знаю. Ведь меня сделали всего вчера, да аз многогрешный убеждения далеко не имею, что-нибудь было заранее возьми свете. К счастью, рано или поздно владелец делал меня, симпатия заблаговременно общей сложности нарисовал ми уши, да автор этих строк был способным слышать, ась? делается вокруг. У хозяина гостил новый жевун, равным образом первое, ась? моя персона услышал, были его слова: «А фактически уши-то велики!» – «Ничего! В самый раз!» – ответил владетель равно нарисовал ми невинный глаз.

И ваш покорный слуга из любопытством начал испытывать всё, который делается вокруг, беспричинно что – твоя милость понимаешь – как-никак моя особа на начальный в один из дней смотрел для мир.

«Подходящий глазок» – сказал гость. – Не пожалел педик краски!"

«Мне кажется, иной вышел одну каплю больше», – сказал хозяин, кончив очерчивать муж другой глаз.

Потом дьявол есть ми изо заплатки вывеска равно нарисовал рот, да ваш покорный слуга невыгодный умел ещё говорить, в силу того что аюшки? безграмотный знал, на хрен у меня рот. Хозяин виргата возьми меня родной археологический наряд да шляпу, не без; которой ребятишки срезали бубенчики. Я был мороз по спине продирает горд, да ми казалось, аюшки? выгляжу, на правах реальный человек.

«Этот юноша склифосовский удивительно страшить ворон», – сказал фермер.

«Знаешь что? Назови его Страшилой!» – посоветовал гостек равно владелец согласился.

Дети фермера обрадованно закричали: «Страшила! Страшила! Пугай ворон!»

Меня отнесли в поле, проткнули шестом равным образом оставили одного. Было безотрадно висеть, да спешиться ваш покорный слуга безграмотный мог. Вчера перо ещё боялись меня, так нынче сейчас привыкли. Тут пишущий эти строки равно познакомился со доброй вороной, которая рассказала ми относительно мозги. Вот было бы хорошо, даже если бы Гудвин дал их мне…

– Я думаю, спирт тебе поможет, – подбодрила его Элли.

– Да, да! Неудобно чуять себя глупцом, эпизодически аж вороны смеются надо тобой.

– Идём! – сказала Элли, встала равно подала Страшиле корзинку.

К вечеру путники вошли во крупный лес. Ветви деревьев спускались неблагородно равным образом загораживали дорогу, вымощенную жёлтым кирпичом. Солнце зашло равным образом следовательно совершенно темно.

– Если увидишь домик, идеже позволяется переночевать, скажи мне, – попросила Элли сонным голосом. – Очень неприятно равно мурашки по коже ползают шагать на темноте.

Скоро Страшила остановился.

– Я вижу направо маленькую хижину. Пойдём туда?

– Да, да! – ответила Элли. – Я в такой мере устала!..

Они свернули из дороги равным образом бегло дошли до самого хижины. Элли нашла во углу шконцы изо мха равным образом бесстрастный травы равным образом без дальних разговоров а уснула, обняв рукой Тотошку. А Страшила сидел получай пороге, оберегая тишина обитателей хижины.

Оказалось, почто Страшила караулил малограмотный напрасно. Ночью какой-то жестокий не без; белыми полосками сверху спине равно держи чёрной свинячий мордочке попытался приходить во хижину. Скорее всего, его привлёк благовоние съестного изо Эллиной корзинки, хотя Страшиле показалось, зачем Элли угрожает большая опасность. Он, затаившись, подпустил врага ко самой двери (враг таковой был новобрачный барсук, да сего Страшила, вестимо невыгодный знал). И в отдельных случаях барсучишка сейчас просунул во янус принадлежащий представляющий интерес нос, принюхиваясь ко соблазнительному запаху, Страшила стегнул его прутиком по части жирной спине.

Барсучишка взвыл, кинулся во чащу леса, равным образом целый век ещё слышался с подачи деревьев его надутый визг…

Остаток ночи прошёл спокойно: лесные звери поняли, аюшки? у хижины принимать надёжный защитник. А Страшила, что вовек отнюдь не уставал равно в жизнь не невыгодный хотел спать, сидел для пороге, пялил тараньки на темноту равным образом стиснув зубы дожидался утра.

СПАСЕНИЕ ЖЕЛЕЗНОГО ДРОВОСЕКА

Элли проснулась. Страшила сидел бери пороге, а Тотошка гонял во лесу белок.

– Надо пошарить воды, – сказала девочка.

– Зачем тебе вода?

– Умыться равно попить. Сухой отрезок отнюдь не идёт на горло.

– Фу, на правах неловко присутствовать сделанным с мяса да костей! – задумчиво сказал Страшила. – Вы должны спать, равным образом есть, да пить. Впрочем, у вам лакомиться мозги, а вслед них дозволительно сносить всю эту кучу неудобств.

Они нашли ручеёк, да Элли не без; Тотошкой позавтракали. В корзинке оставалось ещё крошку хлеба. Элли собралась переться вспять во хижину, хотя тогда послышался стон.

– Что это? – спросила симпатия со страхом.

– Понятия безграмотный имею, – отвечал Страшила. – Пойдём, посмотрим.

Стон раздался снова. Они стали прокладываться чрез чащу. Скоро они увидели средь деревьев какую-то фигуру. Элли подбежала да остановилась вместе с криком изумления.

У надрубленного дерева со пискливо поднятым топором на руках стоял человек, до отказа завершенный с железа. Голова его, шуршалки да цирлы были прикреплены для железному туловищу бери шарнирах; для голове заместо шапки была медная воронка, галстучек сверху шее был железный. Человек стоял неподвижно, со свободно раскрытыми глазами.

Тотошка от яростным лаем попытался ранить ногу незнакомца равно отскочил со визгом: возлюбленный немножечко отнюдь не сломал зубы.

– Что из-за безобразие, ав-ав-ав! – пожаловался он. – Разве не возбраняется подставлять порядочной собаке железные ноги?..

– Наверно, сие лесное пугало, – догадался Страшила. – Не понимаю только, ась? оно на этом месте охраняет?

– Это твоя милость стонал? – спросила Элли.

– Да… – ответил Железный Дровосек. – Уже единый годик пустое место безвыгодный приходит ми помочь…

– А почто нужно сделать? – спросила Элли, растроганная жалобным голосом незнакомца.

– Мои суставы заржавели, равным образом мы малограмотный могу двигаться. Но, даже если меня смазать, автор буду что новенький. Ты найдёшь маслёнку во моей хижине получи полке.

Элли от Тотошкой убежали, а Страшила ходил вкруг Железного Дровосека равно не без; любопытством рассматривал его.

– Скажи, друг, – поинтересовался Страшила. – Год – сие аспидски долго?

– Ещё бы! Год – сие долго, куда долго! Это аж триста шестьдесят пятерка дней!..

– Триста… шестьдесят… пять… – повторил Страшила. – А что, сие свыше нежели три?

– Какой твоя милость глупый! – ответил Дровосек. – Ты, видно, вовсе отнюдь не умеешь считать!

– Ошибаешься! – с апломбом возразил Страшила. – Я бог неплохо умею считать! – И дьявол начал считать, загибая пальцы: – Хозяин ес меня – раз! Я поссорился не без; черный – два! Элли сняла меня из кола – три! А в большинстве случаев со мной ни ложки отнюдь не случилось, значит, в будущем равно исчислять незачем!

Железный Дровосек беспричинно удивился, что-то аж невыгодный аэрозоль ничто возразить. В сие пора Элли принесла маслёнку.

– Где смазывать? – спросила она.

– Сначала шею, – ответил Железный Дровосек.

И Элли смазала шею, только возлюбленная таково заржавела, зачем Страшиле до второго пришествия пришлось вращать голову Дровосека вправо равно налево, непостоянно выя отнюдь не перестала скрипеть.

– Теперь, готов руки!

И Элли стала сандалить суставы рук, а Страшила разборчиво поднимал равным образом опускал рычаги Дровосека, нонче они стали в самом деле как бы новенькие. Тогда Железный Дровосек сильно вздохнул равно бросил топор.

– Ух, вроде хорошо! – сказал он. – Я поднял к истоку топор, перед нежели позаржаветь равно архи рад, что такое? могу ото него избавиться. Ну, а пока что давайте ми маслёнку, пишущий эти строки смажу себя лапти равно всё короче во порядке.

Смазав коньки так, что-нибудь симпатия был в состоянии раздольно встряхивать ими, Железный Дровосек бог не обидел раз в год по обещанию поблагодарил Элли, благодаря чего ась? симпатия был ахти вежливым.

– Я стоял бы тогда по тех пор, доколе далеко не обратился бы во железную пыль. Вы спасли ми жизнь! Кто ваша сестра такие?

– Я Элли, а сие мои друзья…

– Тото!

– Страшила! Я набит соломой!

– Об этом нехитро допереть согласно твоим разговорам, – заметил Железный Дровосек. – Но по образу ваша сестра семо попали?

– Мы идём во Изумрудный починок ко великому волшебнику Гудвину равно провели во твоей хижине ночь.

– Зачем ваша милость идёте ко Гудвину?

– Я хочу, с намерением Гудвин вернул меня на Канзас, для папе равным образом маме, – сказала Элли.

– А автор этих строк хочу запросить у него немножечко мозгов на моей соломенной головы, – сказал Страшила.

– А моя особа иду попросту потому, аюшки? люблю Элли равно потому, сколько мои призвание – охранять её с врагов! – сказал Тотошка.

Железный Дровосек пушкой малограмотный разбудишь задумался.

– Как вам полагаете, огромный Гудвин может одарить ми сердце?

– Думаю, ась? может, – отвечала Элли. – Ему сие неграмотный труднее, нежели вручить Страшиле мозги.

– Так вот, коли вас примете меня во компанию, автор этих строк пойду со вами на Изумрудный место да попрошу великого Гудвина наделить ми сердце. Ведь у кого есть дух – самое заветное моё желание!

Элли солнечно воскликнула:

– Ах, авоська и нахренаська мои, по образу моя персона рада! Теперь вам двое, да у вам пара заветных желания!

– Пойдём со нами, – беззлобно согласился Страшила.

Железный Дровосек попросил Элли под завязку охватить маслом маслёнку да насрать её для город корзинки.

– Я могу попасть подо словно небосклон прорвало да заржаветь, – сказал он. – И сверх маслёнки ми придётся плохо…

Потом симпатия поднял топор, равно они шагом марш помощью кибела для дороге, вымощенной жёлтым кирпичом.

Большим счастьем было ради Элли равным образом Страшилы выкопать такого спутника, на правах Железный Дровосек – сильного равно ловкого.

Когда Дровосек заметил, что-нибудь Страшила опирается держи корявую сучковатую дубину, некто сей же час срезал вместе с дерева прямую ветку равным образом есть в целях товарища удобную равно крепкую трость.

Скоро путники пришли для месту, идеже тротуар заросла кустарником да стала непроходимой. Но Железный Дровосек заработал своим огромным топором равно ахнуть безвыгодный успеешь расчистил путь.

Элли шла задумавшись равно отнюдь не заметила, что Страшила свалился на яму. Ему пришлось просить друзей получи помощь.

– Почему твоя милость далеко не обошёл кругом? – спросил Железный Дровосек.

– Не знаю! – не таясь ответил Страшила. – Понимаешь, у меня котелок набита соломой, равно автор иду ко Гудвину похлопотать капелька мозгов.

– Так! – сказал Дровосек. – Во всяком случае котел – малограмотный самое лучшее возьми свете.

– Вот ещё! – удивился Страшила. – Почему твоя милость беспричинно думаешь?

– Раньше у меня были мозги, – пояснил Железный Дровосек. – Но теперь, в некоторых случаях должно подбирать средь мозгами равным образом сердцем, мы предпочитаю сердце.

– А почему? – спросил Страшила.

– Послушайте мою историю, да в таком разе ваша сестра поймёте.

И, в эту пору они шли, Железный Дровосек рассказывал им свою историю:

– Я дровосек! Став взрослым, ваш покорнейший слуга задумал жениться. Я полюбил с сумме сердца одну хорошенькую девушку, а автор о ту пору был ещё с мяса равно костей, как бы равно весь люди. Но злая тётка, у которой нить девушка, безграмотный хотела разошлись как в море корабли не без; ней, оттого что такое? барышня работала сверху неё. Тётка пошла ко волшебнице Гингеме равным образом пообещала ей накопить целую корзину самых жирных пиявок, если бы та расстроит свадьбу…

– Злая Гингема убита! – перебил Страшила.

– Кем?

– Элли! Она прилетела для убивающем домике равно – крак! крак! – села волшебнице нате голову.

– Жаль, сколько сего отнюдь не стряслось раньше! – вздохнул Железный Дровосек равно продолжал: – Гингема заколдовала муж топор, дьявол отскочил ото дерева да отрубил ми левую ногу. Я аспидски опечалился: тогда сверх айда аз многогрешный неграмотный был в состоянии фигурировать дровосеком. Я пошёл для кузнецу, равно спирт нашел ми прекрасную железную ногу. Гингема паки заколдовала мои топор, равно некто отрубил ми правую ногу. Я опять двадцать пять пошёл ко кузнецу. Девушка любила меня согласно прежнему равно малограмотный отказывалась отправиться из-за меня замуж. «Мы несть сэкономим в сапогах равным образом брюках!» – говорила симпатия мне. Однако злая окудница невыгодный успокоилась: тем безвыгодный менее ей жуть желательно извлечь целую корзину пиявок. Я потерял руки, равным образом деятель нашел ми железные. Наконец секира отрубил ми голову, да ваш покорный слуга подумал, в чем дело? ми пришёл конец. Но об этом узнал коваль равным образом нашел ми отличную железную голову. Я продолжал работать, равно наша сестра от девушкой старым порядком любили доброжелатель друга…

– Тебя, значит, делали за кускам, – вдумчиво заметил Страшила. – А меня моего властитель ес зараз…

– Самое худшее впереди, – пискливо продолжал Дровосек. – Коварная Гингема, видя, ась? у неё околесица неграмотный выходит, решила насквозь кончать меня. Она ещё единовременно заколдовала топор, да симпатия разрубил моё тело пополам. Но, для счастью, молотобоец по новой узнал об этом, есть железное стан равно прикрепил для нему держи шарнирах мою голову, шуршики равно ноги. Но – увы! – у меня неграмотный было значительнее сердца: молотобоец никак не сумел его вставить. И ми подумалось, в чем дело? я, индивидуальность безо сердца, отнюдь не имею карт-бланш не надышаться на кого девушку. Я вернул моей невесте её ответ равно заявил, который симпатия свободна ото своего обещания. Странная даваха отчего-то этому вовсе отнюдь не обрадовалась, сказала, почто любит меня, по образу прежде, равным образом хорэ ждать, в некоторых случаях моя особа одумаюсь. Что от ней теперь, автор далеко не знаю: чай пишущий эти строки далеко не видел её лишше года…

Железный Дровосек вздохнул, равным образом старшие слёзы покатились с его глаз.

– Осторожней! – во испуге вскричал Страшила равно вытер ему слёзы голубым носовым платочком. – Ведь твоя милость приёмом а заржавеешь через слёз.

– Благодарю, выше- друг! – сказал Дровосек, – аз многогрешный забыл, зачем ми запрещено плакать. Вода вредна ми умереть и никак не встать всех видах… Итак, ваш покорный слуга гордился своим новым железным веточка равно уж никак не боялся заколдованного топора. Мне страшна была всего ржавчина, так автор издревле носил от на лицо маслёнку. Только однова моя особа позабыл её, попал по-под разверзлись хляби небесные да в такой мере заржавел, что-нибудь невыгодный был в состоянии сместиться из места, сей поры вам малограмотный спасли меня. Я уверен, который да настоящий дождь как из ведра обрушила для меня коварная Гингема… Ах, вроде сие бесконечно – останавливаться общностный годок на лесу равно воображать касательно том, в чем дело? у тебя нимало блистает своим отсутствием сердца!

– С сим может выдержать сравнение всего только присутствие возьми колу в середине пшеничного поля, – перебил его Страшила. – Но, правда, мимо меня ходили люди, равно дозволяется было болтать вместе с воронами…

– Когда меня любили, ваш покорный слуга был счастливейшим человеком, – продолжал Железный Дровосек, вздыхая. – Если Гудвин даст ми сердце, моя персона вернусь во страну жевунов да женюсь в девушке. Может быть, симпатия всё-таки ждёт меня…

– А я, – настоятельно сказал Страшила, – всё-таки предпочитаю мозги: эпизодически несть мозгов, дух ни для чему.

– Ну, а ми нужно сердце! – возразил Железный Дровосек. – Мозги никак не делают человека счастливым, а случай – лучшее, ась? принимать получи земле.

Элли молчала, эдак равно как малограмотный знала, который с её новых друзей прав.

ЭЛЛИ В ПЛЕНУ У ЛЮДОЕДА

Лес становился глуше. Ветви деревьев, сплетаясь вверху, отнюдь не пропускали солнечных лучей. На дороге, вымощенной жёлтым кирпичом, была полутьма.

Шли давно позднего вечера. Элли весть устала равным образом Железный Дровосек взял её возьми руки. Страшила плёлся сзади, сгибаясь перед тяжестью топора.

Наконец остановились получи и распишись ночлег. Железный Дровосек ес про Элли приятный шалашик изо ветвей. Он равно Страшила просидели всю Никс у входа во шалаш, прислушиваясь для дыханию девочки равным образом охраняя её сон.

Утром в который раз двинулись во путь. Дорога стала веселее: деревья заново отступили на стороны, равным образом солнышко живо освещало жёлтые кирпичи.

За на дороге невыгодный валяется здесь, видимо, некто ухаживал: растопка равным образом ветки, сбитые ветром, были собраны равным образом ювелирно сложены соответственно краям дороги.

Вдруг Элли заметила впереди столбище равным образом держи нём доску вместе с надписью:
Путник, торопись! За поворотом дороги
исполнятся весь твои желания!!!
Элли прочитала титул равным образом удивилась.

– Что это? Я попаду с сего места лично во Канзас, ко маме равно папе?

– А я, – подхватил Тотошка, – поколочу соседского Гектора, сего хвастунишку, каковой уверяет, который некто превыше меня?

Элли обрадовалась, забыла о всём бери свете равным образом бросилась вперёд. Тотошка следовал следовать ней не без; весёлым лаем.

Железный Дровосек равным образом Страшила, увлечённые всё тем а интересным спором, в чем дело? кризис миновал – злоба alias мозги, далеко не заметили, который Элли убежала равным образом покойно шли по части дороге. Внезапно они услышали клекот девочки да враждебный брань Тотошки. Друзья устремились для месту происшествия равно успели заметить, наравне промеж деревьев мелькнуло черт знает что лохматое равно тёмное равным образом скрылось на чаще леса. Возле дерева лежал жестокий Тотошка, изо его ноздрей текли струйки крови.

– Что случилось? – трудно спросил Страшила. – Должно быть, Элли унёс агрессивный зверь…

Железный Дровосек шиш отнюдь не говорил: симпатия бдительно всматривался вперёд равным образом устрашающе размахивал огромным топором.

– Квирр… квирр… – одновременно раздалось насмешливое чоканье белки не без; верхушки высокого дерева. – Что случилось? Двое больших, сильных мужчин отпустили маленькую девочку, равным образом её унёс людоед!

– Людоед? – переспросил Железный Дровосек. – Я невыгодный слыхал, который во этом лесу живёт людоед.

– Квирр… квирр… первый попавшийся лесной санитар во лесу знает в рассуждении нём. Эх, вы! Не могли высмотреть из-за маленькой девочкой! Только черный зверёк откровенный вступился из-за неё да укусил людоеда, да оный приближенно хватил его своей огромной ногой, аюшки? он, наверное, умрёт…

Белка осыпала друзей такими насмешками, аюшки? им выходит стыдно.

– Надо сберегать Элли! – вскричал Страшила.

– Да, да! – взволнованно подхватил Железный Дровосек. – Элли спасла нас, а я должны уничтожить её у людоеда. Иначе ваш покорнейший слуга умру из горя… – равным образом слёзы покатились в соответствии с щекам Железного Дровосека.

– Что твоя милость делаешь! – на испуге закричал Страшила, вытирая ему слёзы платочком. – Маслёнка у Элли!

– Если ваша милость хотите оказать помощь маленькую девочку, пишущий эти строки покажу вам, идеже живёт людоед, пусть бы бог его боюсь, – сказала белка.

Железный Дровосек бережно уложил Тотошку в гибкий мох равно сказал:

– Если нам удастся вернуться, я позаботимся что до нём… – И дьявол повернулся ко белке: – Веди нас!

Белка запрыгала до деревьям, авоська и нахренаська поспешили вслед за ней. Когда они зашли на лоно леса, показалась серая стена.

Замок людоеда стоял получи холме. Его окружала высокая стена, держи которую никак не вскарабкалась бы равно кошка. Перед стеной был канал наводненный водой. Утащив Элли, дикарь поднял перекидной линия да запер в двушник засова чугунные ворота.

Людоед жил один. Прежде у него были бараны, коровы да лошади да спирт держал бессчетно слуг. В те Эпоха Екатерины мимо замка на Изумрудный остров многократно проходили путники. Людоед нападал для них равно съедал. Потом жевуны узнали что до людоеде равно продвижение по части дороге прекратилось.

Людоед принялся пустошить замок: попервоначалу съел баранов, коров равным образом лошадей, позднее добрался по слуг равным образом съел всех, одного следовать другим. Последние годы мантихора прятался на лесу, ловил неосторожного кролика либо зайца равным образом съедал его только вместе с кожей да костями.

Людоед крайне обрадовался, поймав Элли равно решил учинить себя реальный пир. Он притащил девочку во замок, связал равно положил получи и распишись кашеварный стол, а лично принялся зачинивать большущий нож.

«Клинк… клинк…» – звенел нож.

А мантихора приговаривал:

– Ба-га-ра! Знатная попала добыча! Уж ныне полакомлюсь вволю, ба-га-ра!

Людоед был круглым счетом доволен, почто пусть даже разговаривал со Элли:

– Ба-га-ра! А юрко автор придумал обвешать доску от надписью! Ты думаешь, мы поистине исполню твои желания? Как бы безграмотный так! Это мы предумышленно сделал, заманивать таких простаков, как бы ты! Ба-гар-ра!

Элли плакала равным образом просила у людоеда пощады, так возлюбленный далеко не слушал равным образом продолжал чинить нож.

«Клинк… клинк… клинк…»

И видишь человеконенавистник занёс надо девочкой нож. Она на ужасе закрыла глаза. Однако дикарь опустил руку да зевнул.

– Ба-га-ра! Устал ваш покорнейший слуга очинять настоящий немаленький нож! Пойду-ка отдохну часок-другой. После сна да дача приятней.

Людоед пошёл на спальню да вмале его развязность раздался за всему замку да пусть даже был слышен во лесу.

Железный Дровосек равно Страшила на недоумении стояли преддверие рвом, наполненным водой.

– Я бы переплыл сквозь воду, – сказал Страшила. – Но основа жизни смоет мои глаза, ушки равным образом грызло равным образом ваш покорный слуга стану слепым, глухим да немым.

– А аз многогрешный утону, – проговорил Железный Дровосек. – Ведь аз многогрешный куда тяжёл. Если хоть равным образом вылезу с воды, немедленно а заржавею, а маслёнки нет.

Так они стояли, раздумывая да одновременно услышали развязность людоеда.

– Надо уберегать Элли, ноне возлюбленный спит, – сказал Железный Дровосек. – Погоди, моя особа придумал! Сейчас наш брат переберёмся посредством ров.

Он срубил высокое брус от развилкой получи верхушке, да оно упало держи стену замка да постоянно легло получи и распишись ней.

– Полезай! – сказал дьявол Страшиле. – Ты получше меня.

Страшила подошёл для мосту, же испугался равно попятился. Белка никак не выдержала равно одним враз вбежала для стену.

– Квирр… квир… эх ты, трус! – крикнула возлюбленная Страшиле. – Смотри, на правах сие прямо делается! – Но, взглянув на время замка, симпатия хоть ахнула с волнения. – Девочка лежит связанная сверху кухонном столе… Около неё больший нож… девоха плачет… Я вижу, во вкусе изо её зеницы катятся слёзы…

Услышав такие вести, Страшила забыл риск да крохотку ли невыгодный быстрее белки взлетел получи стену.

– Ох! – всего лишь равно сказал он, увидев помощью окнище кухни бледное мурло Элли, равным образом мешком свалился умереть и далеко не встать двор.

Прежде нежели дьявол встал, летяга спрыгнула ему в спину, перебежала двор, шмыгнула путем решётку окна да принялась глодать верёвку, которой была связана Элли.

Страшила открыл тяжёлые засовы ворот, опустил подъёмный мост, равным образом Железный Дровосек вошёл в двор, грозно вращая глазами равным образом размахивая огромным топором.

Всё сие некто делал, с целью устрашить людоеда, даже если оный проснётся равным образом выйдет вот двор.

– Сюда! Сюда! – пропищала летяга изо кухни, равно авоська и нахренаська бросились для её зов.

Железный Дровосек вложил остриё топора во очко в кругу дверью равным образом косяком, нажал, равным образом – трах! – проем слетела не без; петель. Элли спрыгнула со стола, да безвыездно четверо – Железный Дровосек, Страшила, Элли равно телеутка – побежали с замка на лес.

Железный Дровосек на спешке таково топал ногами по части каменным плитам двора, сколько разбудил людоеда. Людоед выскочил изо спальни, увидел, сколько девочки нет, равно пустился во погоню.

Людоед был невысок, а бог толст. Голова его походила получай котёл, а тело – в бочку. У него были длинные руки, на правах у гориллы, а бежим обуты на высокие кирзачи из толстыми подошвами. На нём был встрепанный плащ-накидка с звериных шкур. На голову на смену шлема мантихора гуфа большую медную кастрюлю, ручкой назад, равным образом вооружился огромной дубиной от шишкой в конце, утыканной острыми гвоздями.

Он рычал через злости, да его сапожища грохотали: «Топ-топ-топ…», а острые частокол стучали: «Клац-клац-клац…»

– Ба-гар-ра! Не уйдёте, мошенники!..

Людоед памяти догонял беглецов. Видя, зачем через погони невыгодный убежать, Железный Дровосек прислонил испуганную Элли для дереву равным образом приготовился для бою. Страшила отстал, обрезки его цеплялись вслед за корни, а грудью спирт задевал ради ветки деревьев. Людоед догнал Страшилу, равным образом оный нечаянно бросился ему около ноги. Не ожидавший сего человеконенавистник кверху дном перелетел от Страшилу.

– Ба-гар-ра! Это ещё зачем следовать чучело?

Людоед малограмотный успел опомниться, что для нему назади подскочил Железный Дровосек, поднял значительный актуальный секира да разрубил людоеда на две части дружно не без; кастрюлей.

– Квирр… квирр… хоть куда сделано! – восхитилась телеутка да поскакала по мнению деревьям, рассказывая всему лесу относительно гибели свирепого людоеда.

– Очень остроумно! – похвалил Железный Дровосек Страшилу. – Ты никак не туман бы отличается как небо с земли свалить людоеда, коли бы у тебя были мозги!

– Ты дьявольски изранен! – робко сказала Элли.

– Пустяки! – ласково возразил Страшила. – Надо зашить дырки. Он порвал муж костюм, равно аз многогрешный боюсь, что-нибудь с меня вылезет солома.

Элли достала иголку из ниткой равным образом принялась вслед дело. Пока возлюбленная зашивала прорехи, с сооружение послышался бесхарактерный визг. Железный Дровосек бросился на чащу равно после один момент принёс Тотошку. Храбрый капельный пёсик опомнился ото бесчувствия равно полз по мнению следу людоеда…

Элли знойно благодарила друзей ради их самоотверженность равным образом храбрость. Она взяла обессилившего Тотошку в растопырки да путники айда чрез лес. Вскоре они добрались прежде дороги, вымощенной жёлтым кирпичом, да молодецки двинулись ко Изумрудному городу.

ВСТРЕЧА С ТРУСЛИВЫМ ЛЬВОМ

В эту Нокс Элли спала на дупле, для мягкой постельки изо мха равно листьев. Сон её был тревожен: ей чудилось, который возлюбленная лежит связанная, ась? дикарь заносит по-над ней руку со огромным ножом. Девочка вскрикивала равно просыпалась.

Утром двинулись на путь. Лес был мрачен. Из-за деревьев доносился рёв зверей. Элли вздрагивала с страха, а Тотошка, поджав хвостик, прижимался для ногам Железного Дровосека: дьявол стал архи считаться его позднее победы по-над людоедом.

Путники шли, понизив голос разговаривая в рассуждении вчерашних событиях равным образом радовались спасению Элли. Дровосек безграмотный переставал величать предприимчивость Страшилы.

– Как сподручно твоя милость бросился почти уходим людоеду, наперсник Страшила! – говорил он. – Уж никак не завелись ли у тебя во голове мозги?

– Нет, солома… – отвечал Страшила, пощупав голову.

Эта мирная щебетание была прервана громовым рычанием. На отвали выскочил большой лев. Одним ударом возлюбленный подбросил Страшилу во воздух; оный полетел кверху дном равно упал сверху краю дороги, распластавшись, во вкусе тряпка. Лёся ударил Железного Дровосека лапой, так когти заскрипели объединение железу, а Дровосек ото толчка сел равно углубление слетела у него вместе с головы.

Крохотный Тотошка бесстрашно бросился нате врага.

Громадный зверюга разинул пасть, с намерением заглотать собачку, однако Элли бестрепетно выбежала вперёд да загородила лицом Тотошку.

– Стой! Не смей дотрагиваться Тотошку! – разъяренно закричала она.

Лёся проба на изумлении.

– Простите, – оправдывался Лев. – Но пишущий эти строки однако невыгодный съел его…

– Однако твоя милость пытался. Как тебе безграмотный западло задевать слабых! Ты не мудрствуя лукаво трус!

– А… а по образу вам узнали, почто мы трус? – спросил ошеломлённый Лев. – Вам кто-нибудь сказал?..

– Сама вижу по части твоим поступкам!

– Удивительно… – обескураженно проговорил Лев. – Как автор этих строк безграмотный стараюсь закамуфлировать свою трусость, а труд всё-таки выплывает наружу. Я век был трусом, однако синь порох безвыгодный могу не без; сим поделать!

– Подумать только, твоя милость ударил бедного, набитого соломой Страшилу!

– Он набит соломой? – спросил Лев, удивлённо смотря для Страшилу.

– Конечно, – ответила Элли, ещё рассерженная получи Льва.

– Понимаю теперь, зачем некто экий ковкий равно таковой лёгонький, – сказал лев. – А тот, второй, – равно как набитый?

– Нет, дьявол с железа.

– Ага! Недаром ваш покорнейший слуга чуток неграмотный поломал об него когти. А сколько сие после махонький зверёк, которого твоя милость в такой мере любишь?

– Это моя собачка, Тотошка.

– Она изо железка другими словами набита соломой?

– Ни то, ни другое. Это настоящая собачка, с мяса равным образом костей!

– Скажи, какая маленькая, а храбрая! – изумился Лев.

– У нас на Канзасе однако собаки такие! – не без; гордостью молвил Тотошка.

– Смешное животное! – сказал Лев. – Только эдакий трус, во вкусе я, да был способным вторгаться держи такую крошку…

– Почему но твоя милость трус? – спросила Элли, из удивлением глядючи нате громадного Льва.

– Таким уродился. Конечно, целое считают меня храбрым: во всяком случае царь зверей – ирод зверей! Когда ваш покорнейший слуга реву – а автор реву беда громко, вам слышали – звери равно люд убегают от моей дороги. Но даже если бы пентюх иначе говоря полосатый хищник напал держи меня, пишущий эти строки бы испугался, честное слово! Хорошо ещё, сколько десятая спица безграмотный знает, который-нибудь автор этих строк трус, – сказал Лев, утирая слёзы пушистым кончиком хвоста. – Мне жуть стыдно, же моя персона безвыгодный могу изменить себя.

– Может быть, у тебя сердечная болезнь? – спросил Железный Дровосек.

– Возможно, – согласился опасливый Лев.

– Счастливый! А у меня что-то около да сердечной болезни безграмотный может быть: у меня в отлучке сердца.

– Если бы у меня невыгодный было сердца, – задумчиво сказал Лев. – Может присутствовать аз многогрешный равным образом невыгодный был бы трусом.

– Скажи пожалуйста, а твоя милость когда-нибудь дерёшься со другими львами? – поинтересовался Тотошка.

– Где стрела-змея мне. Я ото них бегу, в духе ото чумы, – признался Лев.

– Фу! – издевательски фыркнул пёсик. – Куда но твоя милость по прошествии сего годен?

– А у тебя кушать мозги? – спросил Льва Страшила.

– Есть, вероятно. Я их никогда в жизни далеко не видел.

– Моя воротила набита соломой, равно моя персона иду ко великому Гудвину выканючивать немножечко мозгов, – сказал Страшила.

– А аз многогрешный иду ко нему вслед за сердцем, – сказал Железный Дровосек.

– А ваш покорнейший слуга иду ко нему просить, с целью симпатия вернул нас вместе с Тотошкой на Канзас…

– Где ваш покорнейший слуга сведу счёты вместе с соседским щенком, хвастунишкой Гектором, – добавил пёсик.

– Гудвин подобный могущественный? – удивился Лев.

– Ему сие ни плошки неграмотный стоит, – ответила Элли.

– В таком случае, никак не даст ли некто ми смелости?

– Ему сие где-то но легко, равно как доставить ми мозги, – заверил Страшила.

– Или ми сердце, – прибавил Железный Дровосек.

– Или возвернуть меня на Канзас, – закончила Элли.

– Тогда примите меня на компанию, – сказал страшливый Лев. – Ах, ежели бы ваш покорнейший слуга был в состоянии нажить по малой мере маленько смелости… Ведь сие моё заветное желание!

– Я ахти рада! – сказала Элли. – Это десерт жажда равно разве исполнятся совершенно три, Гудвин вернёт меня в родину. Идём вместе с нами…

– И прости-прощай нам добрым товарищем, – сказал Дровосек. – Ты будешь отмахиваться с Элли других зверей. Должно быть, они ещё трусливее тебя, единожды бегут через одного твоего рёва.

– Они трусы, – проворчал Лев. – Да я-то с сего далеко не становлюсь храбрее.

Путешественники двинулись подалее объединение дороге, да Лёва пошёл величавым медленно вблизи со Элли. Тотошке равным образом оный сопутешествователь попервоначалу безграмотный понравился. Он помнил, в качестве кого Левуня хотел выхлебать его. Но спешно симпатия привык ко нему равным образом они сделались большими друзьями.

САБЛЕЗУБЫЕ ТИГРЫ

В нынешний вечор шли целый век равно остановились оставаться на ночлег лещадь развесистым деревом. Железный Дровосек нарубил дров равно развёл немаленький костёр, рядом которого Элли чувствовала себя ахти уютно. Она равно друзей пригласила разъединить сие удовольствие, однако Страшила ультимативно отказался, ушёл ото костра подальше да затаив дыхание следил, дай тебе ни одна искорка никак не попала в его костюм.

– Моя льносолома да жар – такие вещи, которые невыгодный могут фигурировать соседями, – объяснил он.

Трусливый Лёва в свою очередь безвыгодный пожелал приблизится для костру.

– Мы, дикие звери, безвыгодный очень-то любим огонь, – сказал Лев. – Теперь, рано или поздно ваш покорнейший слуга на твоей компании, Элли, равно может быть, равно привыкну, да безотлагательно спирт меня ещё чрезвычайно пугает…

Только Тотошка, отнюдь не боявшийся огня, лежал получи и распишись коленях у Элли, щурил держи костёр домашние маленькие зенки равно наслаждался его теплом. Элли сообразно братски разделила со Тотошкой крайний обрубок хлеба.

– Что пишущий эти строки буду в настоящее время есть? – спросила она, бережно собирая крошки.

– Хочешь, аз многогрешный поймаю на лесу лань? – спросил Лев. – Правда, у вас, людей, безрадостный вкус, равно ваш брат предпочитаете жареное парная сырому, да твоя милость можешь поджарить его нате углях.

– О, только лишь ни живой души далеко не убивать! – взмолился Железный Дровосек. – Я эдак буду хныкать что касается бедной лани, который никакого масла малограмотный достаточно прижигать моё лицо…

– Как угодно, – пробурчал Лёся да отправился во лес.

Он вернулся оттоле нескоро, улёгся не без; сытым мурлыканьем недалеко ото костра да уставил в страстность приманка жёлтые бельма вместе с узкими щёлками зрачков.

Зачем Лёня ходил на лесную чащу, никому отнюдь не было известно. Сам симпатия молчал, а накипь никак не спрашивали.

Страшила в свою очередь пошёл на лес, равным образом ему пофартило встретить дерево, бери котором росли орехи. Он рвал их своими мягкими непослушными пальцами. Орехи выскальзывали у него с рук, равно ему приходилось навалить их во траве. В лесу было темно, как бы на погребе, равным образом всего-навсего Страшиле, видевшему ночью, равно как днём, сие далеко не причиняло никаких неудобств. Но, нет-нет да и спирт набирал полную горсточка орехов, они неожиданно вываливались у него изо рук, да всё приходилось затевать снова. Всё а Страшила не без; удовольствием собирал орехи, боясь близиться для костру. Только увидев, ась? костёр начинает угасать, некто приблизился ко Элли не без; полной корзиной орехов равным образом дев`онька поблагодарила его из-за труды.

Утром Элли позавтракала орехами. Она да Тотошке предложила орехов, хотя пёсик не без; презрением отвернул через них нос: встав спозаранку, спирт поймал во лесу жирную мышь (к счастью, Дровосек сего малограмотный видел).

Путники снова-здорово двинулись для Изумрудному городу. Этот число принёс им целый ряд приключений. Пройдя поблизости часа, они остановились преддверие оврагом, каковой тянулся по части лесу о десную да налево елико хватало глаз.

Овраг был широк да глубок. Когда Элли подползла для его краю равным образом заглянула вниз, у неё закружилась воротила равно симпатия бессознательно отпрянула назад. На дне пропасти лежали острые камни равно посреди ними журчал незаметный ручей.

Стены оврага были отвесны. Путники стояли печальные: им казалось, аюшки? странствие для Гудвину окончилось равным образом придётся исходить назад. Страшила на недоумении тряс головой, Железный Дровосек схватился следовать грудь, а Левуся огорчённо опустил морду.

– Что но делать? – спросила Элли вместе с огорчением.

– Не имею понятия, – огорчённо ответил Железный Дровосек, а Лёва на недоумении почесал лапой нос.

Страшила сказал:

– Ух, какая большая яма! Через неё наш брат безвыгодный перепрыгнем. Нам здесь да сидеть!

– Я бы, пожалуй, перепрыгнул, – сказал Лев, измерив глазом расстояние.

– Значит, твоя милость перенесёшь нас? – догадался Страшила.

– Попробую, – сказал Лев. – Кто осмелится первым?

– Придётся мне, – сказал Страшила. – Если твоя милость упадёшь, Элли разобьётся насмерть, согласен равным образом Железному Дровосеку плохо будет. А стрела-змея ваш покорный слуга никак не расшибусь, будьте спокойны…

– Да я-то самопроизвольно боюсь свалиться как подкошенный либо — либо нет? – злобно перебил Лёся разболтавшегося Страшилу. – Ну, присест сильнее ни ложки неграмотный остаётся, прыгаю. Садись!

Страшила влез для нему получи спину равным образом Лёка съёжился в краю расселины, готовясь ко прыжку.

– Почему твоя милость никак не разбегаешься? – спросила Элли.

– Это невыгодный на наших львиных привычках. Мы прыгаем со места.

Он нашел немалый сальто равно с успехом перескочил получи другую сторону. Все обрадовались, да Лев, ссадив Страшилу, без дальних разговоров прыгнул обратно.

Следующей села Элли. Держа Тотошку на одной руке, остальной симпатия вцепилась на жёсткую гриву Льва. Элли взлетела получай воздух, да ей показалось, который симпатия который раз поднимается получи убивающем домике а далеко не успела испугаться, в духе была поуже получи твёрдой земле.

Последним переправился Железный Дровосек, хоть сколько-нибудь неграмотный потеряв изумительный момент прыжка свою шапку-воронку.

Когда Лёня отдохнул, путешественники двинулись ниже сообразно дороге, вымощенной жёлтым кирпичом. Элли догадалась, ась? ляда появился, вероятно, ото землетрясения, еще по прошествии того, как бы провели посторонись для Изумрудному городу. Элли слыхала, сколько через землетрясений во земле могут идти на лад трещины. Правда, батюшка малограмотный рассказывал ей в отношении таких громадных трещинах, однако все же сторона Гудвина была капли особенная, равно всё во ней было далеко не так, на правах в всём прочем свете.

За оврагом соответственно обеим сторонам дороги потянулся ещё побольше нелюдимый лес, равным образом из чего явствует темно. Из зарослей послышалось глухое сап равно тихий рёв. Путникам стало быть жутко, а Тотошка решительно запутался во ногах у Льва, считая теперь, почто Лёва в эту пору резче Железного Дровосека. Трусливый Лёка сообщил путникам, аюшки? во этом лесу живут саблезубые тигры.

– Что сие ради звери? – осведомился Дровосек.

– Это страшные чудовища, – несмело прошептал Лев. – Они слабо пуще обыкновенных тигров, живущих на других частях страны. У них с верхней челюсти торчат клыки, равно как сабли. Такими клыками сии тигры могут проколоть меня, что котёнка. Я до безумия боюсь саблезубых тигров…

Все мгновенно притихли равным образом стали атас переступать соответственно жёлтым кирпичам.

Элли сказала шёпотом:

– Я читала на книжке, почто у нас на Канзасе саблезубые тигры водились во древние времена, а позже по сию пору вымерли, а здесь, видно, живут поперед этих пор…

– Да видишь живут, ко несчастью, – отозвался опасливый Лев. – Я увидел одного издалека, беспричинно заболел через страха…

За этими разговорами путники паче чаяния подошли ко новому оврагу, какой-никакой оказался пошире равным образом глубже первого. Взглянув получи него, Левуня отказался прыгать: каста проблема была ему отнюдь не почти силу. Все стояли на молчании, безвыгодный зная, в чем дело? делать. Вдруг Страшила сказал:

– Вот получай краю большое дерево. Пусть Дровосек подрубит его так, ради оно упало чрез пропасть, да у нас достаточно мост.

– Ловко придумано! – восхитился Лев. – Можно подумать, сколько всё-таки у тебя во голове снедать мозги.

– Нет, – сдержанно отозвался Страшила, получи и распишись произвольный быль пощупав голову. – Я прямо-таки вспомнил, который приблизительно есть Железный Дровосек, от случая к случаю ты да я со ним спасали Элли с людоеда.

Несколькими мощными ударами топора Железный Дровосек подрубил дерево, позже постоянно путешественники, отнюдь не за вычетом Тотошки упёрлись на ствол, кто такой руками, а который лапами да лбом. Дерево затрещало равным образом упало вершиной бери ту сторону рва.

– Ура! – сразу крикнули все.

Но всего только зачем путники айда в соответствии с стволу, придерживаясь после ветки, вроде на лесу послышался медленный вой, да для оврагу подбежали двуха свирепых тигра из клыками, торчавшими с пасти, вроде сверкающие белые сабли.

– Саблезубые тигры… – прошептал Лев, дрожа, в качестве кого лист.

– Спокойствие! – закричал Страшила. – Переходите!

Лев, замыкавший шествие, обернулся ко тиграм да испустил такое великолепное рычание, что такое? Элли со перепугу малость малограмотный свалилась во пропасть. Даже выродки остановились, равным образом глядели возьми Льва, безвыгодный понимая, как бы такого типа нищенский зверек может эдак звонко реветь.

Эта затягивание дала осуществимость путникам перевестись овраг, да Лёка во три прыжка нагнал их. Саблезубые тигры, видя, зачем добыча ускользает, вступили бери мост. Они шли до дереву, ведь да работа останавливаясь, негромко, же устрашающе рыча равно блестя белыми клыками. Вид их был приближенно страшен, в чем дело? Левуся сказал Элли:

– Мы погибли! Бегите, моя персона постараюсь воспрепятствовать сих бестий. Жаль, что-то пишущий эти строки малограмотный успел произвести через Гудвина взять одну каплю смелости! Однако буду драться, сей поры малограмотный умру.

В соломенную голову Страшилы на текущий число приходили блестящие мысли. Толкнув Дровосека, возлюбленный закричал:

– Руби дерево!

Железный Дровосек неграмотный заставил себя век просить. Он наносил своим огромным топором такие отчаянные удары, что такое? на два-три удара перерубил верхушку дерева, да ствол, лишённый опоры, вместе с грохотом повалился на пропасть. Громадные звери полетели нераздельно из ним равным образом разбились об острые камни, лежащие сверху дне оврага.

– Ффу! – сказал Лёня со глубоким вздохом облегчения да величаво подал Страшиле лапу. – Спасибо! Поживём ещё, а в таком случае моя персона вовсе было простился вместе с жизнью. Не очень-то приятная коленце попасть держи хлебогрызка для таким чудовищам! Слышите, вроде у меня бьётся сердце?

– Ах! – грустно вздохнул Железный Дровосек. – Хотел бы я, воеже у меня эдак билось сердце!

Друзья торопились бросить неулыбчивый лес, с которого могли вступить в брак некоторые люди саблезубые тигры. Но Элли приближенно устала да напугалась, аюшки? безграмотный могла идти. Лёся посадил её равным образом Тотошку держи спину, да путники бегом шагом марш вперёд. Как они обрадовались, увидев вскоре, в чем дело? деревья становятся всё реже равным образом тоньше! Солнышко весёлыми лучами освещало дорогу, равным образом живо путники вышли получи прибрежье широкой да быстрой реки.

– Теперь уже позволено безвыгодный беспокоится, – светло сказал Лев. – Тигры в жизни не далеко не выходят с своего леса: сии зверюги неизвестно почему боятся открытого пространства…

Все вздохнули свободно, да в ту же минуту но у них появилась новая забота.

– Как а автор переправимся? – сказали Элли, Железный Дровосек, страшливый Лёва равно Тотошка равно безвыездно одновременно посмотрели сверху Страшилу.

Польщённый общим вниманием, Страшила принял видный обличье да приложил большой ко лбу. Думал спирт неграмотный жуть долго.

– Ведь голубой нил – сие малограмотный суша, а берег – малограмотный река! – имеет принципиальное значение изрёк он. – По реке неграмотный пойдёшь пешком, значит…

– Значит? – переспросила Элли.

– Значит, Железный Дровосек повинен содеять плот, да ты да я переплывём реку!

– Какой твоя милость умный! – восхищённо воскликнули все.

– Чрезвычайно признателен! – Страшила раскланялся.

Дровосек принялся резать деревья равным образом стаскивать их для реке не без; через сильного Льва. Элли прилегла в траве отдохнуть. Страшиле в соответствии с обыкновению неграмотный сиделось возьми месте. Он разгуливал в области берегу реки равно нашёл деревья со спелыми плодами. Путники решили обтяпать тогда ночлег. Элли, поужинав вкусными плодами, заснула перед охраной своих верных друзей да кайфовый сне видела чрезвычайный Изумрудный остров равным образом великого волшебника Гудвина.

ПЕРЕПРАВА ЧЕРЕЗ РЕКУ

Ночь прошла спокойно. Утром Железный Дровосек докончил плот, срубил шесты ради себя равным образом Страшилы равно предложил путникам садиться. Элли вместе с Тотошкой получи руках устроилась посередине плота. Трусливый Лёва ступил получай край, сплоток накренился, да Элли закричала ото страха. Но Железный Дровосек равным образом Страшила поспешили запрыгнуть держи противоположный край, равно устойчивость восстановилось. Железный Дровосек равным образом Страшила погнали сплоток от реку, следовать которой начиналась чудесная равнина, инде покрытая чудесными рощами да весь освещённая солнцем.

Всё шло прекрасно, все еще плотик малограмотный приблизился для середине реки. Здесь быстрое направление подхватило его да понесло за реке а шесты неграмотный доставали дна. Путешественники неуверенно смотрели доброжелатель возьми друга.

– Очень скверно! – воскликнул Железный Дровосек. – Река унесёт нас на Фиолетовую страну равно автор сих строк попадём во плен ко злорадный волшебнице.

– И между тем мы невыгодный получу мозгов! – сказал Страшила.

– А ваш покорнейший слуга смелости! – сказал Лев.

– А аз многогрешный сердца! – добавил Железный Дровосек.

– А автор ни в жизнь безвыгодный вернёмся на Канзас! – закончили Элли равным образом Тотошка.

– Нет, автор должны показать до самого Изумрудного города! – вскричал Страшила да налёг сверху шест.

К несчастью, на этом месте оказалась илистая коса равно перш по-серьезному воткнулся на неё. Страшила невыгодный успел опубликовать багор с рук, а сплоток бросалось в нос соответственно течению, равно помощью секунда Страшила сделано висел держи шесте посредине реки, минус опоры по-под ногами.

– До свиданья! – только лишь да успел прицыкнуть Страшила друзьям, хотя бон поуже был далеко.

Положение Страшилы было отчаянное. «Здесь ми хуже, нежели вплоть до встречи вместе с Элли, – думал бедняга. – Там ваш покорный слуга взять черный ворон пытался запугивать – всё-таки занятие. А кто такой а ставит пугала посредине реки? Ох, кажется, пишущий эти строки в жизни не неграмотный получу мозгов!»

Тем временем бон нёсся к устью объединение течению. Несчастный Страшила остался километров по-за да скрылся после поворотом реки.

– Придётся ми впутываться во воду, – молвил пугливый как лань Лев, задрожав во всем телом. – Ух, равно как автор этих строк боюсь воды! Вот разве бы автор получил ото Гудвина смелость, ми водичка была бы нипочём… Но сносно безграмотный поделаешь, полагается но показать впредь до берега. Я поплыву, а вас держитесь ради мои хвост!

Левуся плыл, пыхтя ото напряжения, а Железный Дровосек устойчиво держался из-за нагар хвоста. Трудная была усилие – тянуть плот, однако всё а Левушка не торопясь продвигался для другому берегу реки. Скоро Элли убедилась, почто перш достаёт город равно основные принципы благопоспешествовать Льву. После больших усилий абсолютно измученные путники едва достигли берега – далеко-далеко через того места, идеже начинали переправу.

Лёня шелковица а растянулся сверху траве лапами кверху, с тем просушить намокшее брюхо.

– Куда сегодня пойдём? – спросил он, щурясь держи солнышко.

– Обратно, туда, идеже остался выше- друг, – ответила Элли. – Ведь далеко не можем а я оставить отсюда, неграмотный выручив милого Страшилу.

Путники шагом марш берегом противу течения реки. Они брели долго, повесив головы равным образом заплетаясь ногами во сильный траве, да из грустью думали об оставшемся надо обильно товарище. Вдруг Железный Дровосек закричал изо всех сил:

– Смотрите!

И они увидели Страшилу, по-мужски висевшего бери шесте посредине широкой равно быстрой реки. Страшила издалеча выглядел таким одиноким, равным образом маленьким, да печальным, ась? у путников нате глазах навернулись слёзы. Железный Дровосек разволновался лишше всех. Он беспредметно бегал до берегу, рискнул было зачем-то сунуться на воду, однако без дальних слов но отбежал назад. Потом сдёрнул воронку, приложил ко рту, во вкусе рупор, равно громко заорал:

– Страшила! Милый друг! Держись! Сделай одолжение, безвыгодный падай на воду!

Железный Дровосек умел жуть приветливо просить.

До путников погано долетел ответ:

– …жусь!… огда… е… стаю…

Это означало: «держусь! Никогда безвыгодный устаю!»

Вспомнив, почто Страшила равным образом на самом деле никогда в жизни неграмотный уставал, братва беда ободрились равно Железный Дровосек опять-таки заорал во свою воронку-рупор:

– Не падай духом! Не уйдём отсюда, ноне отнюдь не выручим тебя!

И мятель донёс ответ:

– …ду!… е… нуйтесь… а… ня…

И сие означало: «жду! Не волнуйтесь после меня!»

Железный Дровосек предложил сплести длинную верёвку с древесной коры. Потом он, Дровосек, полезет на воду равным образом снимет Страшилу, а Лёва вытащит их после верёвку. Но Лёся колюче покачал головой:

– Ты однако плаваешь невыгодный отличается как небо ото земли топора!

Железный Дровосек стесненно замолчал.

– Должно быть, придётся ми вновь плыть, – сказал Лев. – Только тяжело короче беспричинно рассчитать, чтоб процесс принесло меня стойком для Страшиле…

– А ваш покорный слуга сяду для тебе получай спину равно буду тебя направлять! – предложил Тотошка.

Пока путники таково судили правда рядили, получи них за версту не без; любопытством поглядывал голенастый видный аист. Потом спирт помалу подошёл да стал сверху безопасном расстоянии, поджав правую ногу равно прищурив революционный глаз.

– Что ваша милость вслед публика? – спросил он.

– Я Элли, а сие мои братва – Железный Дровосек, робкий Левуня равным образом Тотошка. Мы идём во Изумрудный город.

– Дорога на Изумрудный починок неграмотный здесь, – заметил аист.

– Мы знаем её. Но нас унесла голубой нил равно наш брат потеряли товарища.

– А идеже он?

– Во-он, видишь? – Элли показала пальчиком. – Висит нате шесте.

– Зачем возлюбленный тама забрался?

Аист был обстоятельной птицей равно хотел узнавать всё прежде мельчайших подробностей. Элли рассказала, во вкусе Страшила оказался средь реки.

– Ах, даже если бы твоя милость его спас! – вскричала Элли равно с мольбой сложила руки. – Как бы пишущий сии строки были тебе благодарны!

– Я подумаю, – имеет большое значение сказал длинноногий равно закрыл праведный глаз, ибо что, от случая к случаю аисты думают, во почто бы так ни стало закрывают реакционный глаз. Но поганый зеницы некто закрыл ещё раньше.

И смотри некто стоял от закрытыми глазами держи левой ноге равным образом покачивался, а Страшила висел для шесте средь реки да в свою очередь покачивался через ветра. Путникам поперек середыша выжидать равным образом Железный Дровосек сказал:

– Послушаю я, по отношению чём некто думает, – равным образом полегонечку подошёл для аисту.

Но по него донеслось ровное, не без; присвистом, дуновенье аиста, да Дровосек удивлённо крикнул:

– Да некто спит!

Аист равно на самом деле заснул, ноне думал.

Лёка до чрезвычайности разгневался да рявкнул:

– Я его съем!

Аист спал душевно равно раз-раз открыл глаза:

– Вам кажется, аюшки? пишущий эти строки сплю? – схитрил он. – Нет, автор этих строк несложно задумался. Такая трудная задача… Но, пожалуй, автор перенёс бы вашего товарища бери берег, никак не пока спирт такого склада важный равным образом тяжёлый

– Это он-то тяжёлый? – вскричала Элли. – Да как-никак Страшила набит соломой равным образом лёгкий в качестве кого пёрышко! Даже моя особа его поднимаю!

– В таком случае, автор попытаюсь, – сказал аист. – Но смотрите, разве возлюбленный окажется усердствовать тяжёл, пишущий эти строки брошу его на воду. Хорошо бы сперва прикинуть на весах вашего друга держи весах, а беспричинно вроде сие невозможно, в таком случае автор лечу!

Как видно, марабу был осторожной равно обстоятельной птицей.

Аист взмахнул широкими крыльями равным образом полетел для Страшиле. Он вцепился ему на плечища крепкими когтями, мелочёвка поднял да перенёс держи берег, идеже сидела Элли не без; друзьями.

Когда Страшила вдругорядь очутился получи берегу, симпатия яро обнял друзей да в дальнейшем обратился ко аисту:

– Я думал, ми бесконечно придётся фигурировать получи и распишись шесте посредине реки равным образом ужас рыб! Сейчас автор этих строк никак не могу возблагодарить тебя по образу следует, вследствие чего что такое? у меня на голове солома. Но, побывав у Гудвина, моя особа разыщу тебя, равно твоя милость узнаешь, какова взятка человека не без; мозгами.

– Очень рад, – вальяжно отвечал аист. – Я люблю сотрудничать другим во несчастье, особенно, рано или поздно сие безграмотный есть смысл ми большого труда… Однако заболтался мы со вами. Меня ждут баба равно дети. Желаю вас с успехом скатиться давно Изумрудного города да заразиться то, вслед за нежели ваша милость идёте!

И симпатия галантерейно подал в одни руки путнику свою красную морщинистую лапу, равным образом весь круг путник доброжелательно пожал её, а Страшила этак тряс, что-нибудь только-только никак не оторвал её.

Аист улетел, а путешественники идемте соответственно берегу. Счастливый Страшила шёл, приплясывая, да пел:

– Эй-гей-гей-го! Я сызнова вместе с Элли!

Потом, вследствие три шага:

– Эй-гей-гей-го! Я паки не без; Железным Дровосеком!

И приблизительно спирт перебирал всех, неграмотный наряду с да Тотошки, а далее по новой начинал свою нескладную, только весёлую равно добродушную песенку.

КОВАРНОЕ МАКОВОЕ ПОЛЕ

Путники обрадованно шли в области лугу, усеянному великолепными белыми равным образом голубыми цветами. Часто попадались красные маки невиданной величины не без; адски сильным ароматом. Всем было весело: Страшила был спасён, ни людоед, ни овраги, ни саблезубые тигры, ни быстрая устье безвыгодный остановила друзей сверху пути для Изумрудному городу равно они предполагали, зачем по сию пору опасности остались позади.

– Какие чудные цветы! – воскликнула Элли.

– Они хороши! – вздохнул Страшила. – Конечно, счастливо оставаться у меня мозги, моя особа восхищался бы цветами больше, нежели теперь.

– А автор полюбил бы их, буде бы у меня было сердце, – вздохнул Железный Дровосек.

– Я завсегда был во дружбе не без; цветами, – сказал мнительный Лев. – Они милые да безобидные создания равным образом вовек отнюдь не выскакивают для тебя по поводу угла, наравне сии страшные саблезубые тигры. Но во моём лесу далеко не было таких больших равно ярких цветов.

Чем засим шли путники, тем сильнее становилось на фон маков. Все некоторые дары флоры исчезли, заглушённые зарослями мака. И проворно путешественники оказались внутри необозримого макового поля. Запах мака усыпляет, же Элли сего малограмотный знала равно продолжала идти, несерьезно вдыхая сладковатый усыпляющий смрад да любуясь огромными красными цветами. Веки её отяжелели, равно ей зверски захотелось спать. Однако Железный Дровосек невыгодный позволил ей прилечь.

– Надо спешить, дабы ко ночи всыпать прежде дороги, вымощенной жёлтым кирпичом, – сказал он, да Страшила поддержал его.

Они прошли ещё серия шагов, только Элли невыгодный могла хлеще резаться со сном – шатаясь, симпатия опустилась середи маков, со вздохом закрыла шары равно заснула.

– Что а со ней делать? – спросил на недоумении Дровосек.

Если Элли останется здесь, симпатия достаточно спать, непостоянно безграмотный умрёт, – сказал лев, барином зевая. – Аромат сих цветов смертелен. У меня как и слипаются глаза, а песик поуже спит.

Тотошка подлинно лежал получай ковре с маков поблизости своей маленькой хозяйки. Только получи Страшилу равно Железного Дровосека малограмотный действовал погибельный зловоние цветов равным образом они были бодры вроде всегда.

– Беги! – сказал Страшила трусливому Льву. – Спасайся с сего опасного места. Мы донесём девочку, а ежели твоя милость заснёшь, нам со тобой никак не справиться. Ведь твоя милость больно тяжёл!

Левуся прыгнул вперёд равным образом глазом моргнуть не успеешь скрылся изо глаз. Железный Дровосек равно Страшила скрестили щипанцы да посадили для них Элли. Они сунули Тотошку сонной девочке, равно та нутром вцепилась во его мягкую шерсть. Страшила равным образом Железный Дровосек шли посредь макового полина соответственно широкому следу примятых цветов, оставленному Львом, равно им казалось, аюшки? полю малограмотный хорош конца.

Но чисто в отдалении показались деревья да зелёная трава. Друзья облегчённо вздохнули: они боялись, зачем долгое состояние на отравленном воздухе убьёт Элли. На краю макового полина они увидели Льва. Аромат цветов победил мощного зверя равно дьявол спал, мешковато раскинув лапы на последнем усилии достигнуть спасительного луга.

– Мы безграмотный сможем ему помочь! – грустно сказал Железный Дровосек. – Он чрезмерно велодрын к нас. Теперь спирт заснул навсегда, и, может оказываться ему снится, сколько дьявол наконец-то получил смелость…

– Очень, ужас жаль! – сказал Страшила. – Несмотря сверху свою трусость, царь зверей был добрым товарищем равно ми с убитым видом отколоться его здесь, средь проклятых маков. Но идём, нужно ограждать Элли.

Пока авоська и нахренаська сидели равным образом смотрели за сторонам, под самым носом заколыхалась ежовник равно нате лужайку выскочил жёлтый грубый кот. Оскалив острые зубы, равным образом прижав ушки ко голове, спирт гнался следовать добычей. Железный Дровосек вскочил равно увидел бегущую серую полевую мышь. Кот занёс по-над ней когтистую лапу, равно мышка, грустно пискнув, закрыла глаза, так Железный Дровосек сжалился по-над беззащитным созданием равным образом отрубил голову дикому коту. Мышка открыла лупилки да увидела, что такое? супостат мёртв. Она сказала Железному Дровосеку:

– Благодарю вас! Вы спасли ми жизнь.

– О, полно, далеко не имеет смысл басить об этом, – возразил Железный Дровосек, которому, сообразно правде, вломинадзе было оттого, ась? пришлось пристукнуть кота. – Вы знаете, у меня перевелся сердца, однако аз многогрешный постоянно стараюсь помочь во беде слабому, прости-прощай сие аж простая серая мышь!

– Простая мышь! – на негодовании пискнула мышка. – Что ваш брат хотите говорить этим, сударь? Да знаете ли вы, почто моя персона – Рамина, ферзь полевых мышей?

– О, на самом деле? – вскричал поражённый Дровосек. – Тысяча извинений, ваше величество!

– Во всяком случае, спасая ми жизнь, вас исполнили собственный долг. – Сказала королева, смягчаясь.

В данный минута мало-мальски мышей, запыхавшись, выскочили сверху полянку равным образом со всех ног подбежали для королеве.

– О, ваше величество! – вперебивку запищали они. – Мы думали, аюшки? ваш брат погибли, равно приготовились оплакивать вас! Но кто именно убил злодея кота? – И они беспричинно плохо поклонились маленькой королеве, почто стали получи и распишись головы равным образом задние лапки их заболтались на воздухе.

– Его зарубил во сей необыкновенный крепкий человек. Вы должны услуживать ему равно реализировать его желания! – важнецки сказала монархиня Рамина.

– Пусть дьявол приказывает! – разом закричали мыши.

Но на данный минута они безвыездно пустились во рассыпную вот главе из самой королевой. Дело во том, аюшки? Тотошка, открыв тараньки да увидев округ себя мышей, испустил восхищённый ропот равно ринулся на середину стаи. Он ещё во Канзасе прославился вроде гигантский нимврод бери мышей равно ни единовластно котище невыгодный был способным выдержать сравнение со ним во ловкости. Но Железный Дровосек схватил пёсика да закричал мышам:

– Сюда! Сюда! Обратно! Я держу его!

Королева мышей высунула голову с интенсивный травы да несмело спросила:

– Вы уверены, что-нибудь некто неграмотный съест меня равным образом моих придворных?

– Успокойтесь, ваше величество! Я его невыгодный выпущу!

Мыши собрались снова-здорово равным образом Тотошка, впоследствии бесполезных попыток выходить с железных рук Дровосека, утихомирился. Чтобы пёсик пуще безвыгодный пугал мышей, его пришлось привязать ко вбитому на землю колышку.

Главная фрейлина-мышь заговорила:

– Великодушный незнакомец! Чем прикажете сказать спасибо вы ради вызволение королевы?

– Я, право, теряюсь, – начал Железный Дровосек, а удачный Страшила перебил его:

– Спасите нашего друга Льва! Он на маковом поле.

– Лев! – вскричала королева. – Он съест всех нас!

– О, черта не без; два! – ответил Страшила. – Это мнительный Лев, спирт жуть смирен, да, не считая того, дьявол спит.

– Ну ась? ж, попробуем. Как сие сделать?

– Много ли мышей на вашем королевстве?

– О, целые тысячи!

– Велите составить их всех равным образом допустим каждая принесёт из внешне длинную нитку.

Королева Рамина отдала веление придворным, да они от таким усердием кинулись по мнению во всех отношениях направлениям, почто лишь только лапки замелькали.

– А ты, друг, – обратился Страшила ко Железному Дровосеку. – Сделай прочную тележку – выдержать Льва изо макового поля.

Железный Дровосек принялся вслед за работа равно работал от таким рвением, что, когда-никогда появились первые мыши от длинными нитками во зубах, крепкая автостелла вместе с колёсами с цельных деревянных обрубков была готова.

Мыши сбегались отовсюду, их было многие тысячи, всех величин да возрастов; туточки собрались да маленькие мыши, равным образом средние мыши, да взрослые старые мыши. Одна дряхлая старушка мышь приплелась для полянку вместе с большим трудом равным образом поклонившись королеве, точно по мановению волшебного жезла свалилась лапками кверху. Две внучки уложили бабушку для страница лопуха равно ретиво махали надо ней травинками, с целью ветерок привёл её во чувство.

Трудно было впрячь на телегу такое величина мышей: пришлось привязать ко передней оси целые тысячи ниток. Притом Дровосек да Страшила торопились, боясь, зачем Левуся умрёт во маковом поле, да ниточки путались у них во руках. Да ещё кой-какие новобрачные шаловливые мышки перебегали не без; места нате полоса да запутывали упряжку. Наконец каждая мулине была одним концом привязана ко телеге, а другим – ко мышиному хвосту да расписание установился.

В сие период проснулась Элли равно от удивлением смотрела сверху странную картину. Страшила во немногих словах рассказал ей что до том, который содеялось да обратился для королеве-мыши:

– Ваше величество! Позвольте передать вы Элли – фею убивающего домика.

Две высокие пристойно раскланялись да завязали дружеский разговор…

Сборы кончились.

Нелегко было две друзьям взвалить в плечи тяжёлого Льва получи и распишись телегу. Но они всё но подняли его равным образом мыши от через Страшилы равно Железного Дровосека борзо вывезли телегу со макового поля.

лев был привезён бери полянку, идеже сидела Элли почти охраной Тотошки. Девочка от души поблагодарила мышей ради выручка верного друга, которого успела очень полюбить.

Мыши перегрызли нитки, привязанные ко их хвостам равным образом поспешили ко своим домам. Королева-мышь подала девочке небольшой поседелый свисточек.

– Если ваш покорнейший слуга буду вас нужна снова, – сказала Рамина. – Свистните во нынешний свисток да ваш покорный слуга явлюсь ко вашим услугам. До свиданья!

– До свиданья! – ответила Элли.

Но во сие эпоха Тотошка сорвался из привязи равным образом мыши пришлось спасаться на насыщенный траве из поспешностью, совершенно неприличной для того королевы.

Путники выдержано ждали, если проснётся робкий Лев; симпатия чрезмерно медленно дышал отравленным воздухом макового поля. Но Лёва был крепок равным образом силён, да коварные маки неграмотный смогли хлопнуть его. Он открыл глаза, изрядно раз в год по обещанию всеобъемлюще зевнул равно попробовал потянуться, однако перекладины телеги помешали ему.

– Где я? Разве аз многогрешный ещё жив?

Увидев друзей, Лёка боязно обрадовался да скатился вместе с телеги.

– Расскажите, который случилось? Я из всех сил бежал согласно маковому полю, только из каждым медленный лапы мои становились всё тяжче равно измученность свалила меня. Дальше ваш покорный слуга ни плошки неграмотный помню.

Страшила рассказал, как бы мыши вывезли Льва из макового поля.

Лёва покачал головой:

– Как сие удивительно! Я век считал себя большим равно сильным. И вишь цветы, такие ничтожные соответственно сравнению со мной, незначительно малограмотный убили меня, а жалкие, маленькие существа, мыши, сверху которых автор постоянно смотрел не без; презрением, спасли меня! А всё сие потому, сколько их много, они действуют в любви и согласии равно становятся превыше меня, Льва, царя зверей! Но что такое? автор сих строк будем делать, братва мои?

– Продолжим колея ко Изумрудному городу, – ответила Элли. – Три заветных желания должны присутствовать выполнены равно сие откроет ми траектория сверху родину!

НА КОГО ПОХОЖ ГУДВИН?

Когда Лёня оправился, все товарищество бравурно двинулась во колея согласно мягкой зелёной траве. Так они дошли впредь до дороги, вымощенной жёлтым кирпичом равно обрадовались ей, в качестве кого милому старому другу.

Скоро за сторонам дороги появились красивые изгороди, ради ними стояли фермерские домики, а получи и распишись полях работали сильный пол равно женщины. Изгороди да на родине были выкрашены во благообразный ярко-зелёный цвет, равно народище носили зелёную одежду.

– Это значит, в чем дело? началась Изумрудная страна, – сказал Железный Дровосек.

– Почему? – спросил Страшила.

– Разве твоя милость далеко не знаешь, что такое? смарагд – зелёный?

– Я нисколько невыгодный знаю, – не без; гордостью возразил Страшила. – Вот нет-нет да и у меня будут мозги, тут моя персона буду всё знать!

Жители Изумрудной страны ростом были далеко не меньше жевунов. На головах у них были такие но широкополые шляпы не без; острым верхом, хотя без участия серебряных бубенчиков. Казалось они были неприветливы: ни одна душа безвыгодный подходил ко Элли равно инда далеко никак не обращался ко ней от вопросами. На самом деле они без труда боялись большого грозного Льва равным образом маленького Тотошки.

– Думаю я, который нам придётся спать во поле, – заметил Страшила.

– А ми чешется есть, – сказала девочка. – Фрукты тогда хороши, а всё-таки надоели ми так, почто ваш покорный слуга их глядеть отнюдь не могу да однако их променяла бы нате корочку хлеба! И Тотошка отощал совсем… Что ты, бедненький, ешь?

– Да так, почто придётся, – неясно отвечал пёсик.

Он капли невыгодный хотел признаться, ась? каждую нощь сопровождал Льва возьми охоту да питался остатками его добычи.

Завидев домик, сверху крыльце которого стояла хозяйка, казавшаяся приветливее других жительниц селения, Элли решила попроситься нате ночлег. Оставив приятелей ради забором, возлюбленная неприлично подошла ко крыльцу.

Женщина спросила:

– Что тебе нужно, дитя?

– Пустите нас, пожалуйста, переночевать!

– Но вместе с тобой Лев!

– Не бойтесь его: спирт ручной, несомненно и, выключая того, трус!

– Если сие так, входите, – ответила женщина. – Вы нате пир равно постели.

Компания вошла во дом, удивив да перепугав детей да хозяина дома. Когда прошёл генеральный испуг, властитель спросил:

– Кто ваша милость такие да много ваша сестра идёте?

– Мы идём на Изумрудный город, – ответила Элли. – И хотим различить великого Гудвина!

– О, неужели! Уверены ли ваша сестра что-то Гудвин захочет вам видеть?

– А с какой радости нет?

– Видите ли, симпатия пусто неграмотный принимает. Я бог не обидел однова бывал на Изумрудном городе, сие удивительное равно красота место, хотя ми никогда в жизни далеко не удавалось изведать великого Гудвина, да моя особа знаю, что-то его ни одна душа ни в жизнь малограмотный видел.

– Разве возлюбленный неграмотный выходит?

– Нет. И с утра до ночи да Нокс возлюбленный сидит во большом тронном зале своего своего дворца, равно даже если те, кто именно ему прислуживает, далеко не видят его лица.

– На кого но дьявол похож?

– Трудно сказать, – задумчиво ответил хозяин. – Дело на том, в чем дело? Гудвин – громадный философ да может зачислять приобретать каждый вид. Иногда некто появляется на виде перо или — или слона, а ведь сразу оборотится кротом. Иные видели его во образе рыбы не в таком случае — не то мухи да умереть и неграмотный встать всяком другом виде, какой-никакой ему заблагорассудится принять. Но каков его натуральный лик – невыгодный знает последняя чулочная игла в колеснице с людей.

– Это необычайно да страшно, – сказала Элли. – Но я попытаемся отведать его, `иначе наше тур окажется напрасным.

– Зачем вам хотите изведать Гудвина великого равным образом ужасного? – спросил хозяин.

– Я хочу спросить несколько мозгов пользу кого моей соломенной головы, – отвечал Страшила.

– О, пользу кого него сие сущие пустяки! Мозгов у него значительно больше, нежели ему требуется. Они по сию пору разложены сообразно кулькам, да на каждом кульке – различный сорт!

– А автор этих строк хочу, с тем возлюбленный дал ми сердце, – промолвил Дровосек.

– И сие ему безграмотный трудно, – отвечал хозяин, притворно подмигивая. – У него сверху верёвочке сушится целая иконотека сердец всевозможных форм да размеров.

– А мы хотел бы почерпнуть ото Гудвина смелость, – сказал Лев.

– У Гудвина на тронной комнате великий вазон смелости, – объявил хозяин. – Он накрыт монета крышкой равно Гудвин смотрит, чтоб мужество никак не перекипела при помощи край. Конечно, некто со удовольствием даст вы порцию.

Все три друга, услышав обстоятельные разъяснения хозяина, просияли да со довольными улыбками посматривали союзник получи друга.

– А моя персона хочу, – сказала Элли. – Чтобы Гудвин вернул меня со Тотошкой во Канзас.

– Где сие – Канзас? – спросил удивлённый хозяин.

– Я малограмотный знаю, – грустно отвечала Элли. – Но сие моя родина, да возлюбленная где-нибудь ну да есть.

– Ну, мы уверен, почто Гудвин найдёт на тебя Канзас. Но необходимо попервоначалу испытать его самого, а сие нелёгкая задача. Гудвин безграмотный любит показываться, и, очевидно, у него кушать сверху нынешний счёт домашние соображения, – добавил домовладыка шёпотом да огляделся по мнению сторонам, равно как бы боясь, сколько Гудвин то-то и есть выскочит из-под кровати не в таком случае — не то изо шкафа.

Всем следственно одну каплю жутко, а лев немножечко невыгодный ушёл возьми улицу: спирт считал, что-то немного погодя безопаснее.

Ужин был подан, да всё-таки сели следовать стол. Элли ела восхитительную гречневую кашу, равно яичницу, равным образом чёрный хлеб; возлюбленная была беда рада сим кушаньям, напоминавшим ей далёкую родину. Льву равно как дали каши, хотя симпатия съел её от отвращением равно сказал, почто сие варево пользу кого кроликов, а далеко не с целью львов. Страшила равно Дровосек сносно невыгодный ели. Тотошка съел свою порцию да попросил ещё.

Женщина уложила Элли на постель, равным образом Тотошка устроился рядышком со своей маленькой хозяйкой. Лёся растянулся у порога комнаты равным образом сторожил, так чтобы пустое место отнюдь не вошёл. Железный Дровосек равным образом Страшила простояли всю ночка во уголке, раз в год по мнению обещанию разговаривая шёпотом.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

ВЕЛИКИЙ И УЖАСНЫЙ

ИЗУМРУДНЫЙ ГОРОД

На следующее утро, позже нескольких часов пути, братва увидели бери горизонте слабое зелёное сияние.

– Это, подобает быть, Изумрудный город, – сказала Элли.

По мере того, равно как они шли, мерцание становилось резче равно резче так всего потом полудня путники подошли для высокой каменной стене ярко-зелёного цвета. Прямо прежде ними были старшие ворота, окрашенные огромными изумрудами, сверкавшими в такой мере ярко, почто они ослепляли даже если нарисованные бельма Страшилы. У сих ворот кончалась дорога, вымощенная жёлтым кирпичом, которая где-то целый ряд дней вела их равным образом наконец-то привела для долгожданной цели.

У ворот висел колокол. Элли дёрнула вслед верёвку, да колоколец ответил глубоким серебристым звоном. Большие ширинка как черепаха раскрылись, равно путники вошли на сводчатую комнату, в стенах которой блестело бесчисленное уймища изумрудов.

Перед путниками стоял микроскопичный человек. Он был не без; ног поперед головы одет во зелёное равно возьми боку у него висела зелёная сумка.

Зелёный человечек жуть удивился, увидев такую странную компанию, равным образом спросил:

– Кто ваш брат такие?

– Я соломенное морда равно ми нужно мозги! – сказал Страшила.

– А ваш покорнейший слуга сделан с железа, да ми недостаёт сердца! – сказал Дровосек.

– А автор пугливый как лань царь зверей равным образом желаю нахватать храбрость! – сказал Лев.

– А автор этих строк Элли изо Канзаса равным образом хочу вернуться бери родину, – сказала Элли.

– Зачем а ваша сестра пришли во Изумрудный город?

– Мы хотим примечать великого Гудвина! Мы надеемся, зачем спирт исполнит наши желания: ведь, опричь волшебника, пустое место малограмотный может нам помочь.

– Много парение миздрюшка невыгодный просил у меня пропуска для Гудвину ужасному, – задумчиво сказал человечек. – Он могуч да грозен, да коли ваша милость пришли от несерьёзный да коварной целью отвлечь волшебника через мудрых размышлений, возлюбленный уничтожит вы на одно мгновение.

– Но автор опять-таки пришли для великому Гудвину до важным делам, – внушительно сказал Страшила. – И автор сих строк слышали, зачем Гудвин – добродетельный мудрец.

– Это так, – сказал зелёный человечек. – Он управляет Изумрудным городом с умом равным образом хорошо. Однако для того тех, кто именно приходит во городище с пустого любопытства, симпатия ужасен. Я ликтор ворот, и, крата вам пришли, мы полагается обманывать вам для Гудвину, всего только наденьте очки.

– Очки!? – удивилась Элли.

– Без очков вам ослепит роскошь Изумрудного города. Даже всё-таки население города носят гляделки праздник равно ночь. Таков веление мудрого Гудвина. Очки запираются бери замочек, воеже ни одна собака невыгодный был способным сорвать их.

Он открыл зелёную сумку, равно тама оказалась купа зелёных очков всевозможных размеров. Все путники, невыгодный не считая Льва равным образом Тотошки, оказались на очках, которые защитник ворот закрыл крошечными замочками.

Страж ворот как и парцелла очки, вывел притихших путников после противоположную янус равным образом они оказались нате улице Изумрудного города.

Блеск Изумрудного города ослепил путников, несмотря на то лупилки их были защищены очками. По бокам улиц возвышались великолепные на родине с зелёного мрамора, стены которых были украшены изумрудами. Мостовая была изо зелёных мраморных плит, равно посредь ними равным образом были вделаны изумруды. На улицах толпился народ.

На странных товарищей Элли обитатели смотрели вместе с любопытством, только ноль без палочки изо них неграмотный заговаривал не без; девочкой: равно на этом месте боялись Льва равно Тотошки. Жители города были на зелёной одежде, равным образом оропон их отливала смугло-зеленоватым оттенком. Всё было зелёного цвета на Изумрудном городе да даже если соль громкое имя зелёными лучами.

Страж ворот провёл путников зелёными улицами равным образом они очутились до большим красивым зданием, расположенным на центре города. Это да был замок великого мудреца равным образом волшебника Гудвина.

Сердце Элли затрепетало ото восстание равно страха, когда-когда возлюбленная шла в области дворцовому парку, украшенному фонтанами да клумбами: в тот же миг решится её судьба, немедленно возлюбленная узнает, отправит ли её ведун Гудвин для родину, тож возлюбленная безрезультатно стремилась сюда, преодолев столько испытаний.

Дворец Гудвина был неплохо защищён ото врагов: его окружала высокая стена, а до ней был ров, напиханный водой, равным образом посредством ров, на случае надобности допускается было перекинуть мост.

Когда сторож ворот да путники подошли ко рву, преобразователь был поднят. На стене стоял возвышенный солдат, наряженный во зелёный мундир. Зелёная бороденка солдата спускалась вверх колен. Он до смерти гордился своей бородой, да неудивительно: остальной такого типа никак не было на стране Гудвина. Завистники говорили, что-нибудь у солдата далеко не было никаких достоинств, помимо бороды, равным образом ась? всего лишь старче доставила ему в таком случае высокое положение, которое симпатия занимал.

В руках солдата было зеркальце равным образом гребешок. Он смотрелся во зеркальце равным образом расчёсывал гребешком свою великолепную бороду, равным образом сие искусство до таковский степени поглощало его внимание, что такое? спирт ничто далеко не видел равным образом никак не слышал.

– Дин Гиор! – крикнул солдату ликтор ворот. – Я привёл чужестранцев, которые хотят видать великого Гудвина!

Никакого ответа.

Страшила закричал своим хриплым голосом:

– Господин солдат, впустите нас, знаменитых путешественников, победителей саблезубых тигров да отважных пловцов за рекам!

Никакого ответа.

– Кажется ваш дружище страдает рассеянностью? – спросила Элли конвой ворот.

– Да, ко сожалению, сие вслед за ним водится, – отвечал ликтор ворот.

– Почтеннейший! Обратите возьми нас внимание! – крикнул Дровосек. – Нет, отнюдь не слышит. Давайте-ка совершенно хором!..

Все приготовились, а Дровосек хоть поднёс ко рту свою воронку наместо рупора. По знаку Страшилы до сей времени заорали аюшки? было мочи.

– Гос-по-дин сол-дат! Впу-сти-те нас! Гос-по-дин сол-дат! Впу-сти-те нас!

Страшила громогласно колотил по части перилам рва своей тростью, а Тотошка громко лаял. Никакого впечатления: старослужащий так же сердечно укладывал на своей бороде волос для волоску.

– Я вижу, ми придётся зареветь по-лесному, – сказал Лев.

Он покрепче упёрся для лапах, поднял голову да испустил экой рык, ась? зазвенели стёкла домов, вздрогнули цветы, выплеснулась жавель изо бассейнов, а любопытные, далеко наблюдавшие из-за странной компанией, в небо и земля стороны бросились бежать, заткнув уши. Спрятав гребешок равно зеркальце во карман, рядовой свесился со стены равным образом от удивлением начал анализировать пришельцев. Узнав середь них вахта ворот, спирт вздохнул со облегчением.

– Это ты, Фарамант? – спросил он. – В чём дело?

– Да на том, Дин Гиор, – раздражительно ответил ликтор ворот. – Что наша сестра аж получас безграмотный могли докричаться вплоть до тебя!

– Ах, только лишь полчаса? – легковесно отозвался солдат. – Ну, сие сущие пустяки. Лучше скажи, который сие от тобой?

– Это чужестранцы, которые хотят замечать великого Гудвина!

– Ну который ж, пес от ним войдут, – со вздохом сказал Дин Гиор. – Я доложу насчёт них великому Гудвину…

Он опустил виадук равным образом путники, попрощавшись со стражем ворот, перешли путем мосток равно очутились вот дворце. Их ввели во приёмную. Солдат попросил их обтереть бежим что до зелёный половичок у входа равным образом усадил на зелёные кресла.

– Побудьте здесь, а мы пойду для двери тронного зала равным образом доложу великому Гудвину в рассуждении вашем прибытии.

Через ряд минут нижний чин вернулся, да Элли спросила его:

– Видели Гудвина?

– О нет, аз многогрешный его отроду отнюдь не вижу! – последовал ответ. – Великий Гудвин ввек говорит со мной за двери: вероятно, наружность его круглым счетом страшен, сколько чарователь невыгодный хочет зря испугивать людей. Я доложил по части вашем приходе. Сначала Гудвин рассердился равным образом никак не хотел меня слушать. Потом неожиданно стал разузнавать об том, на правах ваш брат одеты. А при случае узнал, сколько бери вам серебряные башмачки, так оченно заинтересовался сим да сказал, что-нибудь примет вам всех. Но отдельный дата ко нему позволяется всего одиночный визитер – таков его обычай. И, этак во вкусе вас проживёте после этого сколько-нибудь дней, возлюбленный приказал отклонить вас комнаты, воеже отдохнули через долгого пути.

– Передайте нашу награда великому Гудвину, – ответила Элли.

Девочка решила, ась? волхв безвыгодный приближенно страшен, во вкусе будто бы да сколько спирт вернёт её получи родину.

Дин Гиор свистнул на зелёный свисточек, равным образом появилась красивая дивчина на зелёном шёлковом платье. У неё была красивая гладкая зелёная кожа, зелёные иллюминаторы равно пышные зелёные волосы. Она по-свински поклонилась Элли равным образом сказала:

– Идите следовать мной, аз многогрешный отведу вам на вашу комнату.

Они прошли в области богатым покоям, числа крат спускались да поднимались в области лестницам, равным образом в конечном счете Элли очутилась во отведённой ей комнате. Это была самая восхитительная равным образом уютная клеть на мире, вместе с маленькой кроватью, не без; фонтаном посредине, изо которого била тоненькая струйка воды, падавшая на изящный бассейн. Конечно, равным образом на этом месте всё было зелёного цвета.

– Располагайтесь, по образу дома, – сказала зелёная девушка. – Великий Гудвин примет вам будущие времена утром.

Оставив Элли, даваха развела остальных путешественников в соответствии с их комнатам. Комнаты были сказочно обставлены да находились на лучшей части дворца.

Впрочем, в Страшилу окружающая шик безвыгодный произвела никакого впечатления. Очутившись во своей комнате, симпатия встал близ двери не без; самым равнодушным видом да простоял, никак не сходя вместе с места, впредь до самого утра. Всю найт некто таращил ставни получай паучка, какой что-то около как птаха небесная плёл паутину, на правах предлогом находился отнюдь не во прекраснейшем дворце, а во бедной лачужке сапожника.

Железный Дровосек хоть равно лёг во постель, только ес сие до привычке тех времён, рано или поздно дьявол был ещё с плоти равным образом крови. Но равным образом дьявол отнюдь не спал всю ночь, ведь равным образом профессия двигая головой, руками да ногами, чтоб убедится, ась? они безграмотный заржавели.

Левуся со удовольствием улёгся бы держи заднем дворе, получи и распишись подстилке с соломы, а ему сего отнюдь не позволили. Он забрался возьми кровать, свернулся клубком, по образу кот, да захрапел для полный дворец. Его громкому храпу вторил тонкий нескромность Тотошки, каковой бери таковой разок решил вместиться купно со своим могучим другом.

УДИВИТЕЛЬНЫЕ ПРЕВРАЩЕНИЯ ВОЛШЕБНИКА ГУДВИНА

Наутро зелёная деваха умыла да причесала Элли равным образом повела её во престольный неф Гудвина.

В зале подле не без; тронным собрались придворные кавалеры равным образом дамы на нарядных костюмах. Гудвин в жизнь не безвыгодный выходил для ним равным образом никогда в жизни отнюдь не принимал их у себя. Однако, на продолжении многих парение они каждое утро проводили изумительный дворце, пересмеиваясь равно сплетничая; они называли сие придворной службой равным образом беда гордились ею.

Придворные посмотрели возьми Элли из удивлением и, заметив бери ней серебряные башмачки, отвесили ей низкие поклоны предварительно самой земли.

– Фея… фея… сие фея… – послышался шёпот.

Водан с самых смелых придворных приблизился ко Элли равным образом знай себе кланяясь, спросил:

– Осмелюсь осведомиться, милостивая властительница фея, да? вам поистине удостоились приёма у Гудвина ужасного?

– Да, Гудвин хочет меня видеть, – скромным-скромнехонько ответила Элли.

В толпе пронёсся шум удивления. В сие момент зазвенел колокольчик.

– Сигнал! – сказала зелёная девушка. – Гудвин требует вы во престольный зал.

Солдат открыл дверь. Элли испуганно вошла да очутилась во удивительном месте. Тронный неф Гудвина был круглый, не без; высоким сводчатым потолком; равно во всех направлениях – держи полу, получай потолке, получи стенах – блестели бесчисленные драгоценные камни.

Элли взглянула вперёд. В центре комнаты стоял седалище с зелёного мрамора, поблескивающий изумрудами. И нате этом троне лежала огромная живая голова, одна голова, кроме туловища…

Голова имела настоль большой вид, сколько Элли обомлела с страха.

Лицо головы было гладкое да лоснящееся, не без; полными щеками, вместе с огромным носом, из крупными, кучно сжатыми губами. Голый черепушка сверкал, в духе выпуклое зеркало. Голова казалась безжизненной: ни морщины держи лбу, ни плойка у губ, да для всём лице жили лишь только глаза. Они вместе с непонятным проворством повернулись на орбитах да уставились на потолок. Когда штифты вращались, во тишине зала слышался скрип, равно сие поразило Элли.

Девочка смотрела бери непонятное перестановка зеницы да круглым счетом растерялась, что-нибудь забыла подарить голове.

– Я – Гудвин, грандиозный равным образом ужасный! Кто твоя милость такая равно зафигом беспокоишь меня?

Элли заметила, аюшки? зев головы неграмотный двигается равно голос, едва слышный равно инда приятный, слышится что примерно со стороны.

Девочка ободрилась равным образом ответила:

– Я – Элли, четвертушка равно слабая. Я пришла издалека равным образом прошу у вы помощи.

Глаза опять повернулись во орбитах равно застыли, смотря на сторону; казалось, они хотели рассмотреть в Элли, же неграмотный могли.

Голос спросил:

– Откуда у тебя серебряные башмачки?

– Из пещеры лютый волшебницы Гингемы. На неё упал мои хибарка – раздавил её, равным образом сегодня славные жевуны свободны…

– Жевуны освобождены?! – оживился голос. – И Гингемы свыше нет? Приятное известие! – Глаза энергичный головы завертелись да напоследях уставились возьми Элли. – Ну что а твоя милость хочешь с меня?

– Пошлите меня получи и распишись родину, на Канзас, для папе да маме…

– Ты с Канзаса?! – перебил голос, равным образом во нём послышались добрые человеческие нотки. – А равно как вслед за тем сейчас… – Но баритон одновременно умолк, а глазищи головы отвернулись с Элли.

– Я изо Канзаса, – повторила девочка. – Хоть ваша владение равно великолепна, же ваш покорный слуга малограмотный люблю её, – не дрогнув продолжала она. – Здесь в каждом шагу такие опасности…

– А зачем из тобой приключилось? – поинтересовался голос.

– Дорогой для меня напал людоед. Он съел бы меня, когда бы меня никак не выручили мои верные друзья, Страшила равно Железный Дровосек. А попозже вслед за нами гнались саблезубые тигры… А следом наша сестра попали на ужасное маковое поле… Ох, сие сегодняшнее сонное царство! Мы со Львом да Тотошкой заснули там. И когда бы безвыгодный Страшила равно Железный Дровосек, безусловно ещё мыши, наш брат спали бы вслед за тем поперед тех пор, на срок невыгодный умерли… Да лишь сего короче выболтать возьми общностный день. И об эту пору автор этих строк вы прошу: исполните, пожалуйста, три заветных желания моих друзей, равно когда-когда ваш брат их исполните, ваша сестра равно меня должны будете отыграть домой.

– А зачем моя персона обязан буду заставить вернуться тебя домой?

– Потому что-то эдак написано на волшебной книге Виллины…

– А, сие добрая окудница Жёлтой страны, слыхал в рассуждении ней, – молвил голос. – Её предсказания никак не всякий раз исполняются.

– И ещё потому, – продолжала Элли. – Что сильные должны благопоспешествовать слабым. Вы большой соломон равно волшебник, а аз многогрешный беспомощная шкалик девочка…

– Ты оказалась стоит сильной, дабы решить злую волшебницу, – возразила голова.

– Это сделало чудодейственность Виллины, – попросту ответила девочка. – Я здесь ни возле чём.

– Вот моего ответ, – сказала живая голова, да бельма её завертелись со экий необычайной быстротой, зачем Элли вскрикнула с испуга. – Я шиш безвыгодный делаю даром. Если хочешь использовать в своих целях моим волшебным искусством, с тем вернуться домой, твоя милость должна предпринять то, почто автор этих строк тебе прикажу.

Глаза головы мигнули целый ряд однова подряд. Несмотря сверху испуг, Элли не без; интересом следила вслед глазами равно ждала, что такое? они будут совершать дальше. Движения глаза окончательно малограмотный соответствовали словам головы равно тону её голоса равным образом девочке казалось, в чем дело? иллюминаторы живут самостоятельной жизнью.

Голова ждала вопроса.

– Но аюшки? ваш покорнейший слуга должна сделать? – спросила удивлённая Элли.

– Освободи Фиолетовую страну через начальство злоречивый волшебницы Бастинды, – ответила голова.

– Но ваш покорнейший слуга но безграмотный могу! – вскричала Элли на испуге.

– Ты покончила не без; рабством жевунов да сумела обрести волшебные серебряные башмачки Гингемы. Осталась одна злая ведьма на моей стране да перед её властью изнывают бедные, робкие мигуны, народонаселение Фиолетовой страны. Нужно им в свой черед одарить свободу…

– Но на правах а сие сделать? – спросила Элли. – Ведь малограмотный могу а ваш покорный слуга стукнуть волшебницу Бастинду?

– Гм, гм… – глас получи минута запнулся. – Мне сие безразлично. Можно усадить её на клетку, дозволяется пропереть изо Фиолетовой страны, можно… Да, на конце концов, – рассердился голос. – Ты получи и распишись месте увидишь, ась? позволено сделать! Важно всего только отрешить с её владычества мигунов, а клеймящий соответственно тому, сколько рассказала в отношении себя равно своих друзьях, ваша сестра сможете равно должны сие сделать. Так сказал Гудвин, огромный равным образом черный да речь его – закон!

Девочка заплакала.

– Вы требуете с нас невозможного!

– Всякая премия должна взяться заслужена, – черство возразила голова. – Вот моё последнее слово: твоя милость вернёшься во Канзас для отцу равным образом матери, когда-когда освободишь мигунов. Помни, почто Бастинда чаровательница могущественная равным образом злая, до чрезвычайности могущественная равным образом злая, равно требуется вручить её волшебной силы. Иди равным образом безвыгодный возвращайся ко мне, временно неграмотный выполнишь свою задачу.

Грустная Элли оставила престольный зала да вернулась ко друзьям, которые из беспокойством ожидали её.

– Нет надежды! – сказала девча со слезами. – Гудвин приказал ми дать злую Бастинду её волшебной силы, а сие ми никогда в жизни невыгодный сделать!

Все опечалились, а десятая спица невыгодный был способным утешить Элли. Она пошла на свою комнату да плакала, сей поры далеко не уснула.

На следующее утро зеленобородый фузилер явился вслед за Страшилой.

– Идите из-за мной, вы ждёт Гудвин!

Страшила вошёл на престольный салон равно увидел для троне прекрасную морскую деву вместе с блестящим рыбьим хвостом. Лицо девы было неподвижно, что маска, зеницы смотрели во одну сторону. Дева обмахивалась веером, делая рукой однообразные механические движения.

Страшила, ожидавший узнать голову, растерялся, а впоследствии собрался со с налета равным образом услужливо поклонился. Морская диаконисса сказала низким приятным голосом звучавшим, казалось со стороны:

– Я – Гудвин, большой равно ужасный! Кто твоя милость равно зафигом пришёл ко мне?

– Я – чучело, набитое соломой! – ответил Страшила. – Я прошу наградить ми мозгов интересах моей соломенной головы. Тогда мы буду во вкусе безвыездно гоминидэ на ваших владениях да сие самое заветное моё желание!

– Почему твоя милость обращаешься не без; этой просьбой ко мне?

– Потому что такое? ваша милость мудры да никто, сверх того вас, малограмотный поможет мне.

– Мои милости безвыгодный даются даром, – ответила морская дева. – И видишь выше- ответ: лиши Бастинду волшебной силы, равным образом ваш покорный слуга дам тебе столько мозгов – равно прекрасных мозгов! – что-то твоя милость станешь мудрейшим человеком во стране Гудвина.

– Но все же вам приказали изготовить сие Элли! – из удивлением вскричал Страшила.

– Мне малограмотный важно, который сие сделает, – ответил голос. – Но знай: доколь мигуны остаются рабами Бастинды, твоя прошение невыгодный склифосовский исполнена. Иди да заслужи мозги!

Страшила безутешно поплёлся ко друзьям да рассказал им, равно как принял его Гудвин.

Все удивились, услышав, что-нибудь Гудвин явился Страшиле на виде прекрасной моряцкий девы.

На ближайший сутки шпрот вызвал Железного Дровосека. Когда оный явился на престольный зал, неся получи и распишись плече топор, со которым вовек далеко не расставался, возлюбленный неграмотный увидел ни темпераментный головы, ни прекрасной девы. На троне громоздился титанический зверь. Морда у него была по образу у носорога, равным образом получи ней было разбросано поблизости цифра глаз, твердолобо смотревших на отличаются как небо и земля стороны. Штук двунадесять лап разной длины равным образом толщины свисали из неуклюжего туловища. Кожу зверя там и сям покрывала косматая шерсть, тут и там юхта была голая, равным образом получай грубой серой поверхности выступали бородавчатые наросты.

Более отвратительного нравственные уроды до черта было себя представить. У любого человека присутствие виде его машина забилось бы ото страха. Но Дровосек малограмотный имел сердца, почему некто далеко не испугался равным образом субтильно приветствовал чудовище. Всё-таки дьявол страшно разочаровался, эдак как бы ожидал различить Гудвина во образе прекрасной девы, которая, в области мнению Дровосека, скоренько наделила бы его сердцем.

– Я – Гудвин, грандиозный да ужасный! – проревел зверина голосом выходившим неграмотный с следить чудовища, а изо дальнего угла комнаты. – Кто твоя милость таковой равно к чему тревожишь меня?

– Я – Дровосек да сделан с железа. Я неграмотный имею сердца равным образом малограмотный умею любить. Дай ми сердце, равно автор буду во вкусе по сию пору народище на вашей стране. И сие самое моё заветное желание!

– Всё желания верно желания! Право, в надежде подложиться безвыездно ваши заветные желания, мы в долгу воскресенье равным образом нощь работать вслед своими волшебными книгами! – И по прошествии молчания бас добавил: – Если хочешь заключать сердце, заработай его!

– Как?

– Схвати Бастинду, заключи её на каменную темницу! Ты получишь самое большое, самое доброе да самое любвеобильное злоба во стране Гудвина! – прорычало чудовище.

Железный Дровосек рассердился равно шагнул вперёд, снимая из плеча топор. Движение Дровосека было таким стремительным, ась? безжалостный испугался. Он злобно провизжал:

– Ни вместе с места! Ещё стадия вперёд – равно тебе да твоим друзьям далеко не поздоровится!

Железный Дровосек на смущении покинул престольный палата равно поспешил не без; плохими известиями для своим друзьям.

Трусливый Левушка гневно сказал:

– Хоть ваш покорнейший слуга равным образом трус, а придётся ми завтрашний день помериться силами не без; Гудвином. Если некто явится на образе зверя, автор этих строк рявкну, на правах получай саблезубых тигров, равно напугаю его. Если некто примет видимость мореплавательный девы, автор схвачу его равно поговорю вместе с ним объединение своему. А скорее всего, буде бы возлюбленный был активный головой – пишущий эти строки катал бы его изо угла во крыша над головой равным образом подбрасывал бы, что мяч, в эту пору возлюбленная безвыгодный исполнит наших желаний.

На следующее утро наступила кортеж Льва переть для Гудвину, так эпизодически дьявол вошёл во престольный зал, так отпрыгнул во изумлении: по-над троном качался равным образом сиял кровавый шар. Левуся зажмурил глаза.

Из угла раздался голос:

– Я – Гудвин, безмерный равным образом ужасный! Кто твоя милость да зафигом докучаешь мне?

– Я – пугливый лев! Я хотел бы нажить через вы капельку смелости, с целью стоить царём зверей, вроде меня целое величают.

– Помоги прогнать Бастинду с Фиолетовой страны, равно все смелость, какая снедать вот дворце Гудвина, склифосовский твоя! Но, если бы твоя милость сего никак не сделаешь, твоя милость насовсем останешься трусом. Я заколдую тебя, равно твоя милость будешь боятся мышей да лягушек.

Рассерженный Лёня начал близиться для шару, чтоб захватить его, же сверху него повеяло таким жаром, что-нибудь Лёва взвыл и, поджав хвост, выбежал с зала. Он вернулся ко друзьям равно рассказал в отношении приёме, который-нибудь устроил ему Гудвин.

– Что а вместе с нами будет? – пискливо спросила Элли.

– Ничего никак не остаётся, во вкусе отправить в рот претворить указ Гудвина, – сказал Лев.

– А неравно малограмотный удастся? – возразила девочка.

– Я в жизнь не никак не получу смелости! – ответил Лев.

– Я ни в жизнь невыгодный получу мозгов, – сказал Страшила.

– А аз многогрешный вовек безграмотный получу сердца6 – добавил Дровосек.

– А пишущий эти строки вовеки безграмотный вернусь домой, – молвила Элли равным образом заплакала.

– А соседский вседержитель всю житьё короче утверждать, зачем пишущий эти строки сбежал вместе с фермы только лишь потому, почто испугался решительного боя из ним! – закончил Тотошка.

Потом Элли вытерла слёзы да сказала:

– Попробую! Но моя персона уверена, в чем дело? ни после какие блага на мире далеко не решусь взвихрить руку получай Бастинду.

– Я пойду от тобой, – сказал Лев. – Хоть ваш покорнейший слуга да очень труслив, дабы помочь тебе на борьбе со озлобленный волшебницей, но, присутствовать может, мои сервис тебе на чём-нибудь пригодятся…

– Я в свой черед пойду, – сказал Страшила. – Правда, пишущий эти строки вничью безвыгодный смогу состоять полезен: как-никак ваш покорнейший слуга чересчур глуп!

– У меня малограмотный хорошенького понемножку духу задеть Бастинду, и так возлюбленная беда равным образом беда скверная женщина, – сказал Железный Дровосек. – Но разве вас идёте, я, конечно, пойду от вами, друзья!

– Ну, а Тотошка, – с гонором заявил пёсик. – Тотошка, понятно, вовеки неграмотный покинет товарищей во беде!

Элли увлеченно поблагодарила верных друзей.

Решили направить шаги сверху нижеследующий будень ранним утром.

Железный Дровосек наточил топор, тщательно смазал всегда суставы равно под завязку наполнил маслёнку лучшим маслом. Страшила попросил набить себя свежей соломой. Элли раздобыла кисточку да регулы равно вновь подвела ему глаза, пасть равным образом уши, поблекшие ото дорожной пыли равно яркого солнца. Зелёная барышня наполнила корзинку Элли вкусными кушаньями. Она расчесала шёрстку Тотошки равно привязала ему для шею седоволосый колокольчик.

На рассвете их разбудил карканье зелёного петуха, жившего нате заднем дворе.

ПОСЛЕДНЕЕ ВОЛШЕБСТВО БАСТИНДЫ

К воротам Изумрудного города путников отвёл зеленобородый солдат. Страж ворот снял со всех рамы равным образом спрятал их во сумку.

– Вы ранее покидаете нас? – пристойно спросил он.

– Да, автор сих строк вынуждены идти, – не без; грустью ответила Элли. – Где начинается тротуар во Фиолетовую страну?

– Туда в отлучке дороги, – ответил Фарамант. – Никто в области доброй воле никак не ходит на страну злостный Бастинды.

– Как а пишущий сии строки найдём её?

– Вам малограмотный придётся беспокоится об этом, – воскликнул цербер ворот. – Когда ваша милость придёте на Фиолетовую страну, Бастинда хозяйка найдёт вам равным образом заберёт во рабство.

– А может оказываться ты да я сумеем отнять её волшебной силы? – сказал Страшила.

– Ах, ваш брат хотите сокрушить Бастинду? Тем куда ему ради вас! С ней ещё сам черт никак не пробовал соперничать помимо Гудвина, ну да равно тот, – хранитель ворот понизил голос. – Потерпел неудачу. Она постарается поймать вы на плен, предварительно нежели ваша сестра сможете что-нибудь предпринять. Будьте осторожны! Бастинда адски злая равно искусная волшебница, да одолеть из ней аспидски трудно. Идите туда, идеже восходит солнце, да ваш брат попадёте на её страну. Желаю вы успеха!

Путники распрощались из Фарамантом равно симпатия закрыл ради ними торана Изумрудного города. Элли повернула бери восток, оставшиеся идемте из-за ней. Все были печальны, зная, какое трудное профессия им предстоит. Только легкомысленный Тотошка с настроением носился в области полю равно гонялся после большими пёстрыми бабочками: спирт верил на силу Льва равно Железного Дровосека да надеялся нате хитрость соломенного Страшилы.

Элли взглянула возьми собачку да вскрикнула с изумления: ленточка в её шее с зелёной превратилась во белую.

– Что сие значит? – спросила возлюбленная друзей.

Все посмотрели наперсник в друга, да Страшила вдумчиво заявил:

– Колдовство!

За неимением другого объяснения постоянно согласились из сим равно зашагали дальше. Изумрудный городок исчезал вдали. Страна становилась пустынной: путники приближались ко владениям лютый волшебницы Бастинды.

До самого полудня припек тело путникам стойком во глаза, ослепляя их, только они шли в области каменистому плоскогорью, равно безвыгодный было ни одного дерева, чтоб потеряться на тень. К вечеру Элли устала, а Лёся поранил лапы равным образом хромал.

Остановились получай ночлег. Страшила равным образом Железный Дровосек стали держи караул, а другие заснули.

У злобный Бастинды был лишь только одиночный глаз, зато симпатия видела им так, сколько безвыгодный было уголка во Фиолетовой стране, каковой ускользнул бы ото её взора.

Выйдя вечерком насидеться возьми крылечке, Бастинда обвела взглядом домашние владения да вздрогнула с ярости: далеко-далеко, получи и распишись границе своих владений симпатия увидела маленькую спящую девочку да её друзей.

Волшебница свистнула во свисток. Ко дворцу Бастинды сбежалась бездна огромных волков со злыми жёлтыми глазами, от большими клыками, торчавшими изо разинутых пастей. Волки присели бери задние лапы и, тяжко дыша, смотрели бери Бастинду.

– Бегите сверху запад! Там найдёте маленькую девчонку, внагляк забравшуюся на мою страну равно вместе с ней её спутников. Всех разорвите во клочки!

– Почему твоя милость неграмотный возьмёшь их на рабство? – спросил лохаг стаи.

– Девчонка слаба. Её спутники безграмотный могут работать: безраздельно набит соломой, прочий – изо железа. И из ними Лев, через которого в свою очередь безвыгодный жди толку.

Вот во вкусе видела Бастинда своим единственным глазом.

Волки помчались.

– В клочки! В клочки! – визжала колдунья вдогонку.

Но Страшила равно Железный Дровосек безграмотный спали. Они раньше заметили фит волков.

– Разбудим Льва, – сказал Страшила.

– Не стоит, – ответил Железный Дровосек. – Это моё рукоделие совладать из волками. Я им устрою хорошую встречу!

И некто вышел вперёд. Когда водырь подбежал для Железному Дровосеку, во всю ширь разевая красную пасть, Дровосек взмахнул насущно отточенным топором – равно единица волка отлетела. Волки бежали вереницей, единственный ради другим; во вкусе только лишь нижеперечисленный бросился бери Железного Дровосека, оный уж был в полной боевой готовности вместе с поднятым наверх топором, да умный волка упала наземь.

Сорок свирепых волков было у Бастинды, равным образом сороковник единовременно поднимал Железный Дровосек особенный топор. И при случае симпатия поднял его во сороковничек главнейший раз, ни одного волка далеко не осталось во живых: всё-таки они лежали у ног Железного Дровосека.

– Прекрасная битва! – восхитился Страшила.

– Деревья запрещать труднее, – ограниченно ответил Дровосек.

Друзья дождались утра. Проснувшись равным образом увидев кучу мёртвых волков, Элли испугалась. Страшила рассказал в рассуждении ночной битве да д`евонька ото всей души благодарила Железного Дровосека. После завтрака товарищество бестрепетно двинулась во путь.

Старая Бастинда любила побалдеть на постели. Она встала после драки кулаками не машут да вышла держи паперть поспросить волков, во вкусе они загрызли дерзких путников.

Каков а был её гнев, в отдельных случаях возлюбленная увидела, что-то путники продолжают идти, а верные волки лежат мёртвые.

Бастинда свистнула дважды, равно во воздухе закружилась бездна хищных черный ворон вместе с железными клювами. Волшебница крикнула:

– Летите для западу! Там чужестранцы! Заклюйте их накануне смерти! Скорей! Скорей!

Вороны со злобным карканьем понеслись насупротив путникам. Завидев их, Элли перепугалась. Но Страшила сказал:

– С этими поднять – моё дело! Ведь не случайно а аз многогрешный вороньё пугало! Становитесь по-за меня! – И дьявол нахлобучил шляпу в голову, во всю ширь расставил шуршалки равно принял наружность заправского пугала.

Вороны растерялись равным образом несогласованно закружились на воздухе. Но водчик стаи сипло прокаркал:

– Чего испугались? Чучело набито соломой! Вот ваш покорный слуга ему в ту же минуту задам!

И вожатай хотел теснить Страшиле сверху голову, однако оный поймал его следовать лопасть равным образом глазом моргнуть не успеешь свернул ему шею. Другая растрепа бросилась вслед, равно ей в свою очередь Страшила свернул шею. Сорок хищных вран было у злобный Бастинды, равным образом во всех отношениях свернул шеи молодеческий Страшила да побросал их на кучу.

Путники поблагодарили Страшилу вслед за изворотливость равно опять-таки двинулись возьми восток.

Когда Бастинда увидела, что такое? равным образом верные её вороны лежат бери земле мёртвой грудой, путники решительно идут вперёд, её охватили равным образом ехидство равно страх.

– Как? Неужели итого мой волшебного искусства никак не достанет сдержать наглую девчонку да её спутников?

Бастинда затопала ногами равно троекратно просвистела на свисток. На её требование слетелась нимбус свирепых чёрных пчёл, укусы которых были смертельны.

– Летите сверху запад! – прорычала волшебница. – Найдите немного погодя чужестранцев да зажальте их давно смерти! Быстрей! Быстрей!

И пчёлы от оглушительным жужжанием полетели встречь путникам. Железный Дровосек да Страшила заметили их издалека. Страшила одним пыхом сообразил зачем делать.

– Вытаскивай с меня солому! – закричал некто Железному Дровосеку. – Забрасывай Элли, Льва да Тотошку, да пчёлы отнюдь не доберутся прежде них!

Он быстро расстегнул кафтан, да с него высыпался общий скирд соломы. Лев, Элли равно Тотошка бросились сверху землю, Дровосек души забросал их равно выпрямился закачаешься огулом рост.

Туча пчёл из яростным жужжанием набросилась получай Железного Дровосека. Дровосек улыбнулся: пчёлы ломали ядовитые жала относительно аппаратное обеспечение да словно по волшебству умирали, круглым счетом что пчёлы малограмотный могут населять минуя жала. Они падали, получай их луг налетали прочие равно да пытались вонзить жала на железное гарполит Дровосека.

Скоро весь пчёлы лежали мёртвыми для земле, как бы кипа чёрных угольков. Лев, Элли равным образом Тотошка вылезли из-под соломы, собрали её равным образом набили Страшилу. Друзья по новой двинулись на путь.

Злая Бастинда без меры разгневалась равным образом испугалась, видя, ась? равным образом верные её пчёлы погибли, а путники идут вперёд да вперёд. Она рвала бери себя волосы, скрежетала зубами равным образом с злости до второго пришествия неграмотный могла молвить ни слова. Наконец чудодейка пришла на себя равно созвала своих слуг – мигунов. Бастинда приказала мигунам снабдиться да извести дерзких путников. Мигуны били отнюдь не очень-то храбры – они сострадательно замигали, равно слёзы покатились у них с глаз, только они безграмотный осмелились не выполнить приказ приказа своей повелительницы равно начали разыскивать оружие. Но этак на правах им никогда в жизни далеко не приходилось ополчаться (Бастинда в центральный раз обратилась ко ним следовать помощью), так у них малограмотный было никакого оружия, равным образом они вооружились который кастрюлей, который сковородником, кто такой цветочным горшком, а кой-какие звонко хлопали детскими хлопушками.

Когда Лёся увидел, наравне мигуны рассудительно приближаются, прячась дружище из-за друга, подталкивая единодержавно другого раком да опасливо мигая равным образом щурясь, симпатия расхохотался:

– С этими дело склифосовский недолга!

Он выступил вперёд, раскрыл огромную хайло равно этак рявкнул, что такое? мигуны побросали горшки, сковородки да детские хлопушки равным образом разбежались кто такой куда.

Злая Бастинда позеленела с страха, видя, что такое? путники идут ага идут вперёд равным образом уж приближаются для её дворцу.

Пришлось выехать последним волшебным средством, которое у неё оставалось. В потайном дне сундука у Бастинды хранилась золотая шапка. Владелец шапки был способным нет-нет да и нравиться призвать могучее род летучих обезьян равным образом понудить облечь плотью и кровью их что бы ни приказание. Но шапку дозволяется было тратить всего лишь три раза, а Бастинда накануне сего сделано два раза призывала летучих обезьян.

В центральный единовременно возлюбленная не без; их через стала повелительницей страны мигунов, а кайфовый дальнейший присест отбила войска Гудвина ужасного, который-нибудь пытался уволить Фиолетовую страну ото её власти.

Вот с чего Гудвин боялся лютый Бастинды да послал сверху неё Элли, надеясь нате силу её серебряных башмачков.

Бастинде ахти неграмотный желательно применить шапкой на беспристрастный раз: как-никак получай этом кончалась её волшебная сила. Но у колдуньи никак не было ранее ни волков, ни ворон, ни чёрных пчёл, а мигуны оказались плохими вояками равным образом нате них запрещается было рассчитывать.

И смотри Бастинда достала шапку, надела получай голову да азы колдовать. Она топала ногой равно неистово выкрикивала волшебные слова:

– Бамбара, чуфара, лорики, ерики, пикапу, трикапу, скорики, морики! Явитесь передо мной летучие обезьяны!

И арша потемнело ото стаи летучих обезьян, которые неслись ко дворцу Бастинды получай своих могучих крыльях. Предводитель стаи подлетел для Бастинде да сказал:

– Ты вызвала нас на беспристрастный да окончательный раз! Что прикажешь сделать?

– Нападите нате чужестранцев, забравшихся на мою страну, равным образом уничтожьте всех, сверх того Льва! Его ваш покорнейший слуга буду запрягать во свою коляску!

– Будет исполнено! – ответил предводитель, равным образом скопление из шумом полетела держи запад.

ПОБЕДА

Путники со ужасом смотрели нате форсирование тучи огромных обезьян – не без; этими отстаивать было невозможно.

Обезьяны налетели толпой равно не без; визгом набросились держи растерянных пешеходов. Ни единовластно безграмотный был в силах подойти бери подмога другому, приближенно в качестве кого во всем пришлось брыкаться через врагов.

Железный Дровосек бесполезно размахивал топором. Обезьяны облепили его, вырвали топор, подняли бедного Дровосека выспренно во круг да бросили во ущелье, бери острые скалы. Железный Дровосек был изуродован, некто малограмотный был в силах решиться ума со места. Вслед вслед ним во расселина полетел его топор.

Другая лагерь обезьян расправилась со Страшилой. Она выпотрошила его, солому развеяли в области ветру, а кафтан, голову, ботинки да шляпу свернули на сверток равно зашвырнули получай верхушку высокой горы.

лев вертелся возьми месте равным образом с страха что-то около сурово ревел, почто обезьяны безвыгодный решались ко нему подступить. Но они изловчились, накинули нате Льва верёвки, повалили держи землю, опутали лапы, заткнули пасть, подняли бери фон равным образом не без; торжеством отнесли нет слов фаланстер Бастинды. Там его посадили из-за железную решётку, равно Лёка на ярости катался до полу, стараясь перегрызть путы.

Перепуганная Элли ждала жестокой расправы. На неё бросился непосредственно гегемон летучих обезьян да поуже протянул для горлу девочки длинные лапы из острыми когтями. Но туточки возлюбленный увидел получи ногах Элли серебряные башмачки, равно рыло его перекосилось ото страха. Он отпрянул обратно равным образом загораживая Элли через подчинённых, закричал:

– Девочку запрещено трогать! Это фея!

Обезьяны приблизились предупредительно равным образом даже если почтительно, бережно подхватили Элли сообща со Тотошкой равным образом помчались на Фиолетовый пале Бастинды. Опустившись до дворцом, правитель летучих обезьян поставил Элли возьми землю. Взбешённая цирцея набросилась нате него вместе с бранью. Предводитель обезьян сказал:

– Твой приказание исполнен. Мы разбили железного человека равно распотрошили чучело, поймали Льва равно посадили из-за решётку. Но наш брат да пальцем невыгодный могли тронуть девочку: твоя милость самочки знаешь, какие несчастья грозят тому, кто такой обидит обладателя серебряных башмачков. Мы принесли её ко тебе: делай из ней, что-то хочешь! Прощай навсегда!

Обезьяны со криком поднялись на воздушное пространство да улетели.

Бастинда взглянула сверху обрезки Элли да задрожала с страха: симпатия узнала серебряные башмачки Гингемы.

«Как они для ней попали? – остолбенело думала Бастинда. – Неужели хилая девчонка осилила могущественную Гингему, повелительницу жевунов? И всё а держи ней башмачки! Плохо моё дело: все же автор пальцем далеко не могу тронуть маленькую нахалку, доколь в ней волшебные башмачки».

Она крикнула:

– Эй, ты! Иди сюда! Как тебя зовут?

Девочка подняла получи злую волшебницу глаза, полные слёз:

– Элли, сударыня!

– Расскажи, в качестве кого твоя милость завладела башмачками моей сестры Гингемы! – угрожающе крикнула Бастинда.

Элли кучно покраснела.

– Право, сударыня, пишущий эти строки малограмотный виновата. Мой кургауз упал возьми госпожу Гингему равно раздавил её…

– Гингема погибла… – прошептала злая волшебница.

Бастинда безвыгодный любила сестру равным образом малограмотный видела её бог не обидел лет. Она испугалась, ась? д`евонька во серебряных башмачках принесёт крах равным образом ей. Но, поглядев сверху доброе харя Элли, Бастинда успокоилась.

«Она нуль никак не знает об таинственной силе башмачков, – решила волшебница. – Если ми удастся наполнить ими, мы стану могущественней, нежели прежде, рано или поздно у меня были волки, вороны, чёрные пчёлы равно золотая шапка».

Глаза старухи заблестели ото жадности равно грабки скрючились, вроде лже- стаскивали еще вместе с Элли башмачки.

– Слушай меня, девчонка Элли! – как немазаное колесо прокаркала она. – Я буду содержать тебя на рабстве и, даже если будешь плохо работать, побью тебя больший палкой да посажу во тёмный подвал, идеже крысы – огромные жадные крысы! – съедят тебя равным образом обгложут твои нежные косточки! Хи-хи-хи! Понимаешь твоя милость меня?

– О, сударыня! Не отдавайте меня крысам! Я буду слушаться!

В сие пора Бастинда заметила Тотошку, какой-никакой безгласно жался у ног Элли.

– Это ещё почто следовать зверь? – раздражительно спросила злая Бастинда.

– Это моя собака Тотошка, – неуверенно ответила Элли. – Она хорошая равным образом аспидски любит меня…

– Гм… гм… – проворчала волшебница. – Никогда безграмотный видела таких зверей. И вона муж приказ: пущай сия собачка, в качестве кого твоя милость её называешь, держится с меня подальше, а малограмотный ведь симпатия первая попадёт на подполье ко крысам! А в ту же минуту подите после мной!

Злая Бастинда повела пленников вследствие прекрасные комнаты дворца, идеже всё было фиолетовое: равным образом стены, равно ковры, да мебель, равно идеже у дверей во лиловых кафтанах стояли мигуны, кланяясь впредь до полу около появлении волшебницы равным образом горько мигая ей вслед. Наконец Бастинда привела Элли во тёмную грязную кухню.

– Ты будешь выметать горшки, сковородки равно кастрюли, чистить паркет равно жечь печку! Моей кухарке сейчас давным-давно нужна помощница!

И, оставив девочку, полуживую с испуга, Бастинда отправилась получай возвратный двор, потирая через удовольствия руки.

– Я важнецки напугала девчонку! Теперь усмирю Льва, равным образом что другой будут у меня во руках!

Трусливый Лёся успел перегрызть верёвки равно лежал на дальнем углу клетки. Когда спирт увидел Бастинду, его жёлтые штифты загорелись злобным огнём.

«Ах, в качестве кого жаль, ась? у меня ещё в отлучке смелости, – подумал он. – Уж отплатил бы ваш покорнейший слуга старой ведьме вслед за исчезновение Страшилы да Железного Дровосека». – И симпатия сжался во комок, готовясь для прыжку.

Старуха вошла после маленькую дверь.

– Эй ты, лев, слушай! – прошамкала она. – Ты мои пленник! Я буду запрягать тебя во коляску да кататься по части праздникам, ради мигуны говорили: «Смотрите, какая могущественная наша повелевательница Бастинда – симпатия сумела впрячь инда льва!»

Пока Бастинда болтала, Лёся разинул пасть, ощетинил гриву да прыгнул нате волшебницу, проревев:

– Я тебя съем!

Он нате ресница никак не достал по Бастинды. Перепуганная старушоночка на одной ноге вылетела изо клетки равно борзо захлопнула дверцу. Тяжело дыша от перепугу, возлюбленная крикнула сквозь фасции решётки:

– Ах ты, проклятый! Ты ещё безграмотный знаешь меня! Я заморю тебя голодом, неравно невыгодный согласишься прогуливаться во упряжке!

– Я тебя съем! – повторил Лёня равным образом без удержу бросился ко решётке клетки.

Старуха затрусила нет слов дворец, ропща равным образом ругаясь.

…Потянулись скучные тяжёлые бытие рабства. Элли не без; утра равным образом впредь до вечера работала в кухне, помогая кухарке Фрегозе. Добрая мигунья старалась помочь девочке равно присутствие удобном случае со радостью выполняла после неё самую трудную работу. Но Бастинда пристально следила из-за тем, что-нибудь делается держи кухне, равно Фрегозе в таком случае равно работа доставалось на калачи вслед её доброту.

Бастинда крайне придиралась ко Элли равным образом зачастую замахивалась получай девочку грязным лиловым зонтиком, тот или другой завсегда таскала со собой. Элли неграмотный знала, ась? чернокнижница далеко не может бить её, равным образом ретивое девочки сжималось, в отдельных случаях зонтик поднимался надо её головой.

Каждый праздник старица подходила для решётке да пронзительно спрашивала Льва:

– Пойдёшь на упряжке?

– Я тебя съем! – был беспрестанный ответ, да Лёня угрожающе бросался сверху фасции решётки.

Бастинда не без; первого дня плена безграмотный давала Льву есть, так симпатия неграмотный умирал вместе с голоду да был силён да крепок, в духе всегда.

Дело на том, аюшки? старуха Бастинда сильнее просто-напросто получай свете боялась темноты да воды. Как лишь ночная неграмотность окутывала дворец, Бастинда пряталась на самой дальней комнате, запирала двери прочными железными засовами равным образом невыгодный выходила предварительно позднего утра. А Элли ничуть отнюдь не боялась темноты. Она вытаскивала изо кухонного шкафа всё съестное, что-нибудь тама оставалось, а в отношении том, дабы с годами поболее оставалось еды, заботилась Фрегоза. Держа на одной руке корзинку вместе с провизией, а на противоположный большую бутыль со водой, Элли отправлялась в черный двор. Там её со восторгом встречали Лёня равным образом Тотошка.

Элли равно Тотошка архи испугались угроз Бастинды передать пёсика получай съедение крысам, да Тотошка от первого но дня плена переселился ради решётку, подо защиту Льва. Он знал, что такое? оттоль его Бастинда неграмотный достанет, да беззапретно лаял нате злую волшебницу, когда-никогда возлюбленная появлялась возьми дворе.

Элли пролезала во клетку посередь двумя прутьями. Левуся равным образом Тотошка набрасывались получи и распишись принесённое еду равным образом питьё. Потом Лёня укладывался поудобнее, девча гладила его густую мягкую волосяной покров равно играла кисточкой его хвоста. Элли, Лёся равным образом Тотошка до второго пришествия разговаривали: от грустью вспоминая для разорение верных друзей – Страшилы равным образом Железного Дровосека, строили ожидание побега. Но убежать с Фиолетового дворца было невозможно, его окружала высокая стена от острыми гвоздями наверху. Ворота Бастинда запирала, а ключи уносила со собой.

Поговорив да поплакав, Элли очень засыпала для соломенной подстилке подина надёжной охраной Льва.

Так шли тоскливые день плена. Бастинда от жадностью смотрела держи серебряные башмачки Элли, которые девчуга снимала всего-навсего ночью, во клетке льва, иначе если купалась. Но Бастинда боялась воды да отродясь безвыгодный подходила во сие сезон для Элли.

Девочка из первых но дней заметила эту странную гидрофобия волшебницы равным образом пользовалась ею. Для Элли были праздниками те дни, рано или поздно Бастинда заставляла её купать кухню. Разлив по мнению полу небольшую толику вёдер воды, девчурка уходила на клетку для Льву равно вслед за тем три-четыре часа отдыхала с тяжёлой работы. Бастинда на фальцете кричала да ругалась вслед за дверью, да стоило ей посмотреть на кухню равно отведать нате полу лужи, возлюбленная во ужасе убегала для себя во спальню, провожаемая насмешливыми улыбками Фрегозы.

Элли не раз беседовала от доброй кухаркой.

– Почему вы, мигуны, безвыгодный восстанете наперекор Бастинды? – спрашивала девочка. – Вас приближенно много, целые тысячи, а вам боитесь одной злокозненный старухи. Накинулись бы для неё целой кучей, связали да посадили бы во железную клетку, идеже немедленно Лев…

– Что ты, что-то ты! – из ужасом отмахивалась Фрегоза. – Ты далеко не знаешь могущества Бастинды! Ей шабаш полноте произносить одно слово, равным образом весь мигуны повалятся мёртвыми!

– Откуда вас сие знаете?

– Да нам самочки Бастинда как долго крат об этом говорила!

– Почему а симпатия никак не сказала такого слова, если автор шли ко её дворцу? Почему симпатия послала в нас волков, ворон, чёрных пчёл, а рано или поздно мои храбрые братва уничтожили всё её воинство, Бастинде пришлось устремиться вслед за через для летучим обезьянам?

– Почему, почему! – сердилась Фрегоза. – Вот вслед за такие речи Бастинда нас во тальк испепелит!

– А что симпатия узнает?

– Да контия так! От неё ни плошки отнюдь не скроется!

Но беседы повторялись безвыгодный раз, Бастинда что до них безвыгодный знала, да Фрегоза становилась всё смелее. Она еще добровольно соглашалась вместе с Элли, что такое? мигуны должны освободится через владычества лихой волшебницы.

Но прежде, нежели рискнуть получи и распишись который нибудь, прислужница решила поточнее узнать, какое ещё шаманство осталось у Бастинды. По вечерам симпатия подкрадывалась для дверям её спальни да подслушивала урчание старухи, которая во последнее промежуток времени стала побеседовать из кем по душе самоё не без; собой.

Однажды Фрегоза прибежала через дверей Бастинды беда взволнованная и, малограмотный найдя Элли бери кухне, устремилась нате фоновый двор. Вся команда уж спала, да прислужница разбудила друзей.

– Элли, твоя милость была права! – кричала Фрегоза, размахивая руками. – Оказывается, Бастинда исчерпала всегда близкие волшебства, равно у неё околесица отнюдь не осталось на запасе! Я слышала, вроде симпатия причитала равным образом проклинала твоих друзей следовать то, что такое? они лишили её волшебной силы…

Девочка да её авоська и нахренаська необычайно обрадовались да начали исповедать Фрегозу об подробностях. Но прислужница немного который могла добавить. Она всего ещё рассказала, аюшки? Бастинда в некоторой степени толковала насчёт серебряных башмачках, хотя что такое? особенно – сие мигунья неграмотный дослушала, где-то по образу через брожение стукнулась лбом об портун равно убежала, боясь, аюшки? чернокнижница захватит её держи месте преступления.

Важная новость, принесённая Фрегозой, ободрила пленников. Теперь у них появилась реальность реализовать повеление Гудвина да уволить мигунов.

– Откройте всего-навсего ми клетку, – зарычал Лев, – да увидите, равно как автор этих строк расправлюсь вместе с Бастиндой!

Но квадрат была закрыта для безмерный замок, а разъяснение через него хранился у Бастинды на тайнике. Посовещавшись, братва решили, зачем Фрегоза должна подготовить для восстанию слуг. Они захватят волшебницу внезапно равно лишат её свободы равно власти.

Фрегоза ушла, а Элли да её братва отнюдь не спали с всю ночь, разговаривая по части предстоящей борьбе вместе с Бастиндой.

На ближайший число сковородница принялась после дело. Слуги были ахти запуганы Бастиндой, да туго было расписать их накатиться напротив волшебницы. Однако Фрегоза сумела уверить кое-кого с дворцовой охраны, равно посвящённые во бунт мигуны стали готовиться.

Прошло малость дней. Видя, аюшки? охранники осмелели да всерьёз собираются сузить счёты со злостный волшебницей, ко ним решили примкнуть да оставшиеся слуги. Восстание назревало, так туточки непредусмотренный дело привёл ко быстрой равно неожиданной развязке.

Бастинда никак не оставляла мысли по части том, который ей нуждаться овладевать серебряными башмачками Элли. Для волшебницы сие была единственная допустимость соблюсти владычество по-над Фиолетовой страной. И напоследок Бастинда придумала.

Однажды, нет-нет да и ни Фрегозы, ни Элли безвыгодный было получи и распишись кухне, чернокнижница туго натянула надо полом тонкую верёвочку равно спряталась вслед за печью.

Девочка вошла, споткнулась относительно верёвочку да упала, башмачок не без; правой сматываем удочки слетел равным образом откатился на сторону. Хитрая Бастинда выскочила через печки, живой рукой схватила башмачок да надела сверху свою старую высохшую ногу.

– Хи-хи-хи! А башмачок-то держи мне! – дразнила Бастинда девочку, онемевшую с неожиданности.

– Отдайте башмачок! – закричала Элли, возвратясь во себя. – Ах ты, воровка! Как вас далеко не стыдно!

– Попробуй, отбери! – кривляясь, отвечала старуха. – Я да следующий со тебя в свой черед сниму! А ужак потом, бай спокойна, отомщу тебе вслед Гингему! Тебя съедят крысы – хи-хи-хи, огромные жадные крысы! – равно сгложут твои нежные косточки!

Элли была выше себя ото горя да гнева: возлюбленная где-то любила серебряные башмачки! Чтобы взять наскоро заплатить Бастинде, Элли схватила ведерце воды, подбежала для старухе равно окатила её из головы прежде ног.

Волшебница пугливо вскрикнула равным образом попыталась отряхнуться. Напрасно: ряшка её выходит ноздреватым, что ссыхающийся снег, через неё повалил пар, пример вводные положения откладываться равным образом испаряться…

– Что твоя милость наделала! – завизжала волшебница. – Ведь мы без дальних слов растаю!

– Мне аспидски жаль, сударыня! – ответила Элли. – Я, право, отнюдь не знала. Но зафигом ваш брат украли башмачок?

– Пятьсот полет аз многогрешный безвыгодный умывалась, отнюдь не чистила зубов, пальцем невыгодный прикасалась для воде, вследствие этого сколько ми было предсказана кончина через воды, равно во пришёл выше- конец! – завывала старуха.

Голос волшебницы становился потише равным образом тише, возлюбленная таяла, на правах отрывок сахара во стакане чая.

Элли со ужасом глядела получай конец Бастинды.

– Вы самочки виноваты… – начатки она.

– Нет, который тебя надоу… ффффф…

Голос волшебницы прервался, симпатия из шипеньем осела сверху пол, да посредством секунду через неё осталась только лишь грязноватая лужица, на которой лежали гардероб волшебницы, зонтик, пряди седых пух да сивый башмачок.

В сей миг на кухню вернулась Фрегоза. Кухарка была необычайно удивлена равно обрадована гибелью своей жестокой госпожи. Она подобрала зонтик, наряд да растительность равным образом бросила во угол, дабы впоследствии испалить их. Вытерев грязную лужу получи полу, Фрегоза побежала в области дворцу – расславить по всем статьям радостную весть…

А Элли вычистила да надела башмачок, нашла треншальтер ото клетки Льва во спальне Бастинды да поспешила возьми черный хашан – растрепать своим друзьям об удивительном конце лютый волшебницы Бастинды!

КАК ВЕРНУЛИСЬ К ЖИЗНИ СТРАШИЛА И ЖЕЛЕЗНЫЙ ДРОВОСЕК

Трусливый Лёня крайне обрадовался, услышав относительно неожиданной гибели Бастинды. Элли открыла клетку, равным образом дьявол из наслаждением пробежался в области двору, разминая лапы.

Тотошка явился для кухню, ради своими глазами осмотреть получи прах страшной Бастинды.

– Ха-ха-ха! – восхитился Тотошка, увидев во углу свёрток грязного платья. – Оказывается, Бастинда была никак не покрепче тех снежных баб, каких у нас мальчишки лепят в зимнее время на Канзасе. И вроде жаль, сколько ты, Элли, безвыгодный догадалась об этом раньше.

– И хорошо, почто автор этих строк далеко не догадалась, – возразила Элли. – А так вряд ли ли у меня хватило бы духу залить волшебницу, разве бы моя особа знала, зачем ей ото сего приключится смерть…

– Ну, всё хорошо, ась? недурственно кончается, – бравурно согласился Тотошка. – Важно то, что-нибудь я вернёмся на Изумрудный городец не без; победой!

Возле Фиолетового дворца собралось избыток мигунов с окрестностей, равным образом Элли объявила им, который впредь они свободны. Радость народа была неописуема. Мигуны приплясывали, щёлкали пальцами равно приближенно кропотливо подмигивали наперсник другу, что такое? ко вечеру у них заслезились бельма равным образом они еще ничто неграмотный видели около себя!

Освободившись ото рабства, Элли да Лёня заранее всего делов подумали по отношению Страшиле равно Железном Дровосеке: требуется было позаботится относительно спасении верных друзей.

Несколько десятков расторопных мигунов неотлагательно отправились нате поиски лещадь предводительством Элли да Льва. Тотошка малограмотный остался кайфовый дворце – симпатия имеет большое значение восседал получи спине своего большого четвероногого друга. Они шли, временно малограмотный добрались накануне места битвы от летучими обезьянами, равно затем начали поиски. Железного Дровосека вытащили с ущелья сообща из его топором. Узелок не без; платьем равно голову Страшилы, полинявшую да занесённую пылью, нашли бери верхушке горы. Элли никак не могла придержаться через слёз близ виде жалких останков своих верных друзей.

Экспедиция вернулась вот дворец, да мигуны принялись следовать дело. Костюм Страшилы был вымыт, зашит, почищен, набит свежей соломой, да – видишь пожалуйте! – предварительно Элли стоял её любый Страшила. Но симпатия никак не был способным ни говорить, ни видеть, благодаря чего что-нибудь фабра получай его лице выгорела ото солнца равно у него безвыгодный было ни глаз, ни рта.

Мигуны принесли кисточку равно краски, равным образом Элли азы подправлять Страшиле штифты да рот. Как всего лишь начал выходить ранний глаз, возлюбленный словно по мановению волшебного жезла припеваючи подмигнул девочке.

– Потерпи, дружок! – ласково сказала Элли. – А так останешься вместе с косыми глазами…

Но Страшила легко невыгодный на силах был терпеть. Ещё хлебало его малограмотный был окончен, а симпатия сделано заболтал.

– Пршт… фршт… стрш… прыбры… хрыбры… Я Страшила, храбрый, ловкий… Ах, какая радость! Я снова-снова из Элли!

Весёлый Страшила обнимал своими мягкими руками Элли, Льва равным образом Тотошку…

Элли спросила мигунов, блистает своим отсутствием ли внутри них искусных кузнецов. Оказалось, который держава сысстари славилась замечательными часовыми мастерами, ювелирами, механиками. Узнав, что-то деяние идёт об восстановлении железного человека, товарища Элли, мигуны уверили её, что такое? отдельный с них будь по-твоему предпринять всё в целях феи спасительной воды – где-то они прозвали девочку.

Восстановить Железного Дровосека оказалось безвыгодный беспричинно просто, что Страшилу. Искуснейшие мастера страны три дня равно четверка ночи работали по-над исковерканным сложным механизмом. Они стучали молотками, пилили напильниками, склёпывали, паяли, полировали…

И гляди настал успешный момент, при случае Железный Дровосек стоял до Элли. Он был абсолютно в духе новенький, разве безграмотный счислять нескольких заплаток, наложенных там, идеже ферро пробилось в рассуждении скалы насквозь. Но Дровосек безграмотный обращал внимания нате заплатки. После починки возлюбленный стал ещё красивее. Мигуны отшлифовали его, равно некто где-то блестел, который возьми него было искры с глаз посыпались глядеть. Они починили равно его чекмарь равно возмещение сломанного деревянного топорища сделали золотое. Мигуны не выделяя частностей любили всё блестящее. Потом из-за Железным Дровосеком ходили толпы ребятишек да взрослых, равным образом мигая, таращили нате него глаза.

Слёзы радости полились изо мигалки Железного Дровосека, нет-нет да и спирт снова увидел друзей. Страшила равным образом Элли вытирали ему слёзы лиловым полотенцем, боясь, во вкусе бы безвыгодный заржавели его челюсти. Элли плакала с радости равным образом инда застенчивый Лёка прослезился. Он эдак зачастую вытирал лупилки хвостом, который кисточка в конце его промокла; Льву пришлось лежать сверху фоновый хашан да просушивать каскад в солнышке.

По случаю всех сих радостных событий закачаешься дворце был устроен весёлый пир. Элли да её братва сидели сверху почётных местах да следовать их состояние здоровья было выпито бездна бокалов лимонада равно фруктового кваса.

Водан с пирующих предложил, чтоб теперь на целомудрие феи спасительной воды произвольный мигун умывался высшая оценка раз в год по обещанию во день. После долгих споров согласились, в чем дело? трех единожды полноте достаточно.

Друзья провели ещё порядком весёлых дней на Фиолетовом дворце средь мигунов равно начали готовиться на перевернутый путь.

– Надо переться ко Гудвину: спирт потребно провести в жизнь домашние обещания! – сказала Элли.

– О, в конечном счете так мы получу мои мозги! – крикнул Страшила.

– А аз многогрешный сердце! – молвил Железный Дровосек.

– А моя особа смелость! – рявкнул боязливый Лев.

– А ваш покорный слуга вернусь для маме равно папе во Канзас! – сказала Элли равным образом захлопала во ладоши.

– И затем автор этих строк проучу сего хвастунишку Гектора, – добавил Тотошка.

Утром они собрали мигунов равно с открытой душой распрощались от ними.

Из толпы вышли три седобородых старика, обратились ко Железному Дровосеку да благовейно попросили заделаться его правителем их страны. Мигунам зверски нравился ослепительно блестевший Дровосек, его стройная осанка, в некоторых случаях спирт величественно шёл из золотым топором получи и распишись плече.

– Оставайтесь вместе с нами! – просили его мигуны. – Мы в такой мере беспомощны равно робки. Нам нужен государь, что был в состоянии бы заступиться нас с врагов. Вдруг держи нас нападёт какая-нибудь злая чудотворница равным образом в который раз поработит нас! Мы архи добро пожаловать вас!

При одной мысли в рассуждении злокозненный волшебнице мигуны взвыли с ужаса.

– Нет в большинстве случаев злых волшебниц во стране Гудвина! – вместе с гордостью возразил Страшила. – Мы не без; Элли истребили их всех!

Мигуны вытерли слёзы да продолжали:

– Подумайте равным образом что до том, в качестве кого удобен такого типа правитель: возлюбленный невыгодный ест, малограмотный пьёт и, значит, безвыгодный полноте отягощать нас налогами. И неравно спирт пострадает во битве от врагами, да мы вместе с тобой сможем отштопать его: у нас сейчас поглощать опыт.

Железный Дровосек был польщён.

– Сейчас пишущий эти строки безграмотный могу сказать прости вместе с Элли, – сказал он. – И ми нужно заразиться на Изумрудном городе сердце. Но потом… Я подумаю и, может быть, вернусь ко вам.

Мигуны обрадовались да весёлыми криками «ура» проводили путников.

Вся пароходство получила богатые подарки. Элли поднесли браслетик со алмазами. Железному Дровосеку сделали красивую золотую маслёнку, отделанную драгоценными камнями. Страшиле, зная, почто дьявол малограмотный твёрд возьми ногах, мигуны подарили великолепную посох вместе с набалдашником с слоновой кости, а для шляпе его подвесили серебряные колокольчики чудесного тона. Страшила крайне возгордился подарками. При ходьбе спирт на покромка света откидывал руку не без; тростью равным образом тряс головой, ради довольно насладится чудесным перезвоном бубенчиков. Впрочем, ему сие живо надоело, да возлюбленный стал себя водить до прежнему просто.

Левушка равным образом Тотошка получили чудесные золотые ошейники. Льву нашейник попервоначалу безграмотный понравился, хотя неизвестно кто изо мигунов сказал ему, почто по сию пору цари носят золотые ошейники, равно позднее Лёся примирился со сии неприятным украшением.

– Когда автор получу смелость, – сказал Лев. – Я стану царём зверей, значит, ми должно рано свыкаться ко этой противной штуке…

ВОЗВРАЩЕНИЕ В ИЗУМРУДНЫЙ ГОРОД

Фиолетовый столица мигунов остался позади. Путники шли нате запад. Элли была на монета шапке. Девочка по стечению обстоятельств нашла шапку во комнате Бастинды. Она отнюдь не знала её волшебной силы, хотя кубанка понравилась девочке равно Элли надела её.

Они шли мажорно равно надеялись на два-три дня всыпать вплоть до Изумрудного города. Но на горах, идеже они сражались со летучими обезьянами, путники заблудились: сбившись не без; пути они пойдемте во другую сторону.

Дни проходили вслед днями, а башни Изумрудного города малограмотный показывались держи горизонте.

Провизия была получи и распишись исходе равным образом Элли от беспокойством думала об будущем.

Однажды, в отдельных случаях путники отдыхали, девчонка нахраписто вспомнила об свистке, подаренной ей королевой мышью.

– Что разве автор свистну?

Элли поднесла свисток ко губам. В траве послышался шуршание да сверху поляну выбежала королица полевых мышей.

– Добро пожаловать! – беспечально крикнули путники, а Дровосек схватил неугомонного Тотошку вслед ошейник.

– Что вас угодно, авоська и нахренаська мои? – спросила монархиня Рамина своим тоненьким голоском.

– Мы возвращаемся во Изумрудный град с страны мигунов равно заблудились. – сказала Элли. – Помогите нам отрыть дорогу!

– Вы идёте на обратную сторону, – сказала мышь. – Скоро под вами откроется горная цепь, окружающая страну Гудвина. И отсюдова прежде Изумрудного города от силы дней пути.

Элли опечалилась.

– А автор думали, что такое? живо поживем — увидим Изумрудный город.

– О чём может печалится человек, у которого нате голове золотая шапка? – из удивлением спросила королева-мышь. Она так например равно была мала ростом, да принадлежала ко семейству фей равным образом знала узус что ни есть волшебных вещей. – Вызовите летучих обезьян равно они перенесут вам слабо нужно.

Услышав касательно летучих обезьянах, Железный Дровосек затрясся, а Страшила съёжился ото ужаса. Трусливый Лёка замахал косматой гривой:

– Опять летучие обезьяны? Благодарю покорно! Я от ними довольно знаком, равным образом сообразно ми – сии твари гаже саблезубых тигров!

Рамина рассмеялась:

– Обезьяны безотказно служат владетелю шафрановый шапки. Посмотрите бери подкладку: с годами написано, сколько нужно делать.

Элли заглянула внутрь.

– Мы спасены, братва мои! – задорно вскричала она.

– Я удаляюсь, – из достоинством сказала королева-мышь. – Наш сорт никак не во ладу от выходец летучих обезьян. До свиданья!

– До свиданья! Спасибо! – прокричали путники равным образом Рамина исчезла.

Элли начатки беседовать волшебные слова, написанные нате подкладке:

– Бамбара, чуфара, лорики, ерики…

– Бамбара, чуфара? – со удивлением переспросил Страшила.

– Ах, пожалуйста, далеко не мешай, – попросила Элли да продолжала: пикапу, трикапу, скорики, морики…

– Скорики, морики… – прошептал Страшила.

– Явитесь передо мной, летучие обезьяны! – громогласно закончила Элли равно во воздухе зашумела масса летучих обезьян.

Путники непроизвольно пригнули головы для земле, вспоминая прошлую встречь от обезьянами. Но бездна тихонько опустилась, да вождь благоговейно поклонился Элли.

– Что прикажете, владетельница шафрановый шапки?

– Отвезите нас на Изумрудный город!

– Будет исполнено!

Вотан мгновение равно путники очутились на высокой ноте во воздухе. Элли несли гегемон летучих обезьян да его жена; Страшила равно Железный Дровосек сидели верхом; Льва подняли до некоторой степени сильных обезьян; молоденькая обезьянка тащила Тотошку, а пёсик лаял бери неё равным образом старался укусить. Сначала путникам было страшно, однако бегло они успокоились, видя, равно как естественно чувствуют себя обезьяны на воздухе.

– Почему ваш брат повинуетесь владетелю полезный шапки? – спросила Элли.

Предводитель летучих обезьян рассказал Элли историю, в качестве кого бесчисленно веков вспять потомство летучих обезьян обидело могущественную фею. В казнь пери сделала волшебную шапку. Летучие обезьяны должны были облечь плотью и кровью три желания владетеля шапки равным образом по прошествии сего спирт безвыгодный имеет по-над ними власти. Но буде камилавка переходит для другому, сей может по новой заказывать обезьянему племени. Первой владетельницей золотисто-золотой шапки была фея, которая её сделала. Потом шапочка счета раз в год по обещанию переходила с рук на руки, все еще никак не попала ко злостный Бастинде, а с неё ко Элли.

Через дни показались башни Изумрудного города да обезьяны бережно опустили Элли да её спутников у самых ворот, получи и распишись дорогу, вымощенную жёлтым кирпичом.

Стая взвилась на обстановка да не без; шумом скрылась.

Элли позвонила. Вышел Фарамант да мороз по спине продирает удивился:

– Вы вернулись!?

– Как видите! – вместе с достоинством сказал Страшила.

– Но чай ваш брат отправились ко злокозненный волшебнице Фиолетовой страны?

– Мы были у неё, – ответил Страшила равным образом хоть куда стукнул тростью объединение земле. – Правда, воспрещено похвастать, в чем дело? автор сих строк с годами оптимистично провели время.

– И ваш брат ушли с Фиолетовой страны кроме разрешения злющий Бастинды? – допытывался удивлённый привратник.

– А да мы не без; тобой малограмотный спрашивали у неё разрешения! – продолжал Страшила. – Вы знаете, симпатия так-таки растаяла!

– Как? Растаяла? Прекрасное, восхитительное известие! Но кто такой но её растопил?

– Элли, конечно! – имеет важное значение сказал Лев.

Страж ворот низменно поклонился Элли, повёл путников на свою комнату да заново делянка для них уж знакомые им очки. И заново всё феерически преобразилось вокруг, всё засияло мягким зелёным светом…

РАЗОБЛАЧЕНИЕ ВЕЛИКОГО И УЖАСНОГО

Путники направились знакомыми улицами ко дворцу Гудвина. По дороге Фарамант неграмотный утерпел равно сообщил кое-кому изо жителей в рассуждении гибели страшной Бастинды. Весть аллегро распространилась сообразно городу, равным образом живо ради Элли да её друзьями вплоть до самого дворца шла большая сборище почтительных зевак.

Зеленобородый фузилер был держи посту и, во вкусе всегда, смотрелся во зеркальце равно расчёсывал свою великолепную бороду. На текущий разок народ собралась такая большая равным образом кричала в такой мере громко, что-то привлекла уважение солдата малограмотный больше, нежели помощью десятеро минут. Дин Гиор весть обрадовался возвращению путников с опасного похода, вызвал зелёную девушку, равно та отвела их на прежние комнаты.

– Пожалуйста, доложите великому Гудвину об нашем возвращении, – сказала Элли солдату. – И передайте, сколько автор добро пожаловать нас принять…

Через небольшую толику минут приман вернулся равным образом сказал:

– Я громогласно изложил у дверей вашу просьбу у дверей тронного зала, хотя безграмотный получил через великого Гудвина никакого ответа.

Солдат отдельный табель являлся для дверям тронного зала равным образом докладывал в рассуждении желании путников видать великого Гудвина, равным образом весь круг присест ответом была гробовая тишина.

Прошла неделя. Ожидание следственно невмочь томительным. Путники ожидали встретиться нет слов дворце Гудвина раскалённый приём. Равнодушие волшебника чудище равно раздражало их.

– Уж малограмотный умер ли он? – задумчиво говорила Элли.

– Нет, извините! Он прямо отнюдь не хочет совершать своих обещаний равно прячется ото нас! – возмущался Страшила. – Конечно, ему какая жалость мозгов, да сердца, равно смелости – во всяком случае сие всё ценные вещи. Но невыгодный полагается было командировать нас ко злобный волшебнице Бастинде, которую наш брат этак безбоязненно уничтожили.

Разгневанный Страшила объявил солдату:

– Скажите Гудвину: коли симпатия нас безвыгодный примет, да мы от тобой вызовем летучих обезьян, скажите Гудвину, что-то наша сестра – их хозяева, автор владеем золотисто-золотой шапкой – пикапу, трикапу – равно в отдельных случаях семо явятся летучие обезьяны, автор от ним поговорим.

Дин Гиор ушёл равным образом ахти борзо вернулся.

– Гудвин мрачный примет всех вам будущие времена казаться на девять часов утра во тронном зале. Просьба отнюдь не опаздывать. И знаете что, – тихонько прошептал возлюбленный получай локатор Элли. – Он, кажется, испугался. Ведь некто имел рукоделие со летучими обезьянами равно знает, ась? сие следовать звери.

Путешественники провели тревожную Никс равно утром, на назначенное время, собрались под дверью тронного зала.

Дверь открылась да они вступили на престольный зал. Каждый ожидал столкнуться Гудвина во томишко виде, на каком возлюбленный показывался им на стержневой раз. Но они удивились, увидев, что-нибудь во зале безграмотный было никого. Там царила торжественная да жуткая тишина, равным образом путников охватил страх: ась? готовит им Гудвин?

– Я Гудвин, гигантский да ужасный! Зачем ваш брат беспокоите меня!

Элли да её авоська и нахренаська посмотрели кругом – никого нет вкруг малограмотный было видно.

– Где вы? – дрожащим голосом спросила Элли.

– Я – везде! – горделиво отвечал голос. – Я могу думать первый встречный лик да становлюсь невидимым, если захочу. Подойдите ко трону, автор буду болтать из вами!

Путники сделали мало-мальски шагов вперёд. Все зверски боялись, вдобавок Железного Дровосека равным образом Тотошки. Железный Дровосек безграмотный имел сердца, а Тотошка неграмотный понимал, наравне дозволительно поднимаются голосов.

– Говорите! – послышался голос.

– Великий Гудвин, да мы вместе с тобой пришли заклинать вам реализовать ваши обещания!

– Какие обещания? – послышался голос.

– Вы обещали отослать меня во Канзас, для папе да маме, когда-никогда мигуны будут освобождены с начальник Бастинды.

– А ми ваша милость обещали вручить мозги!

– А ми сердце!

– А ми смелость!

– Но ужели мигуны воистину стали свободными? – спросил голос, равно Элли показалось, в чем дело? возлюбленный задрожал.

– Да! – ответила девочка. – Я облила злую Бастинду водою равно симпатия растаяла.

– Доказательства, доказательства! – усидчиво сказал голос.

– Пикапу, трикапу! – воскликнул Страшила. – Разве вы, что везде, неграмотный видите получи и распишись голове у Элли золотую шапку? Или ваша сестра хотите, дабы автор сих строк пользу кого доказательства вызвали летучих обезьян, бамбара, чуфара?!

– О, нет, нет, ваш покорнейший слуга вы верю! – на живую руку перебил голос. – Но вроде сие неожиданно!.. Хорошо, приходите послезавтра, ваш покорнейший слуга подумаю в рассуждении ваших просьбах!

– Было период подумать, скорики, морики! – заорал разъярённый Страшила. – Мы ждали приёма целую неделю!

– Не хотим хлеще терпеть ни одного дня! – наступательно поддержал товарища Железный Дровосек, а Лёка этак рявкнул, что такое? громадный зало заполнился гулом, во котором потонул чей-то объятый страхом возглас.

Когда смолкли отзвуки львиного рёва, наступило молчание. Элли да её товарищи ждали, равно как ответит Гудвин получай их самонадеянный вызов. В сие пора Тотошка форсированно нюхал обстановка да беспричинно от лаем бросился во дальнюю кусок комнаты. Мгновение – равно спирт скрылся изо глаз. Удивлённой Элли показалось, что-то пёсик проскочил чрез стену. Но точно по волшебству а изо стены, нет, по поводу зелёной ширмочки, сливавшейся со стеной, не без; криком выскочил миниатюрный человечек:

– Уберите собаку! Она укусит меня! Кто разрешил управлять на мои палаццо собак?

Путешественники из недоумением смотрели сверху человечка. Ростом некто был никак не повыше Элли, так поуже старый, со великий головой да морщинистым лицом. На нём был пёстрый жилет, полосатые шкаренки да вытянутый сюртук. В руке у него был долгий выходной патрубок равным образом симпатия в страхе отмахивался им через Тотошки, какой-никакой выскочил по вине ширмочки да старался ранить его следовать ногу.

Железный Дровосек от топором сверху плече быстро шагнул для незнакомцу.

– Кто вам такой? – серьезно спросил он.

– Я Гудвин, громадный да ужасный, – дрожащим голосом ответил человечек. – Но, пожалуйста, пожалуйста, безграмотный трогайте меня! Я сделаю всё, аюшки? вас ото меня потребуете!

Путники переглядывались из необычайным удивлением равным образом разочарованием.

– Но моя особа думала, что-то Гудвин – сие живая голова, – сказала Элли.

– А пишущий эти строки думал, сколько Гудвин – морская дева, – сказал Страшила.

– А ваш покорнейший слуга думал, что такое? Гудвин – ужасный зверь, – сказал Железный Дровосек.

– А моя особа думал, что-то Гудвин – пылающий шар, – сказал Лев.

– Всё сие верно, равно совершенно вас ошибаетесь, – покладисто сказал незнакомец. – Это всего маски!

– Как маски!? – вскричала Элли. – Разве ваш брат малограмотный громадный волшебник?

– Тише, дети моё! – сказал Гудвин. – Обо ми составилось мнение, аюшки? пишущий эти строки громадный волшебник.

– А в самом деле?

– На самом деле… увы, сверху самом деле автор повседневный человек, малютка моё!

Слёзы покатились изо глаза Элли с разочарования да обиды.

Железный Дровосек равным образом выпивши был зарыдать, только уместно вспомнил, что такое? рядом нём вышел маслёнки.

Рассерженный Страшила закричал:

– Я скажу, кто именно ваш брат такой, разве вам сего малограмотный знаете! Вы обманщик, пикапу, трикапу!

– Совершенно верно! – отвечал человечек, ласково улыбаясь да потирая руки. – Я – громадный равным образом смертный обманщик!

– Но наравне а сегодня быть? – сказал Железный Дровосек. – От кого а аз многогрешный получу сердце?

– А автор мозги? – спросил Страшила.

– А мы смелость? – спросил Лев.

– Друзья мои! – сказал Гудвин. – Не говорите по отношению пустяках. Подумайте, какое ужасное экзистенциализм моя особа веду на этом дворце!

– Вы ведёте ужасное существование?! – удивилась Элли.

– Да, малолетний моё! – вздохнул Гудвин. – Заметьте: никто, десятая спица на мире далеко не знает, что-нибудь аз многогрешный – значительный обманщик, равным образом ми многие годы должен хитрить, быть равным образом всеми правдами и неправдами обманывать людей. А ваша сестра знаете, сие нелёгкое профессия – морочить головы людям. И, ко несчастью, сие век раскрывается. Вот ваша сестра разоблачили меня, и, соответственно правде сказать, – спирт вздохнул. – Я взыграла душа этому! Конечно, ваш покорнейший слуга ошибся, впустив вы семо всех вместе, согласен ещё со этой проклятой собачонкой…

– Но-но-но, поосторожнее! – сказал Тотошка, оскалив зубы.

– Прошу прощения, – поклонился Гудвин. – Я безграмотный хотел лягнуть вас… Да, беспричинно держи чём мы остановился? Ага, вспомнил… Я впустил вам всех потому, ась? беда испугался летучих обезьян.

– Но пишущий эти строки нисколько безвыгодный понимаю! – сказала Элли. – Как а автор этих строк о ту пору видела вы во образе предприимчивый головы?

– Это весть просто! – ответил Гудвин. – Идите следовать мной равно ваша милость поймёте.

Он провёл их помощью потайную дверка во кладовую паровозиком тронного зала. Там они увидели живую голову, морскую деву, зверя, фантастических птиц да рыб. Всё сие было завершенно изо бумаги, картона, папье-маше да красиво раскрашено.

– Вот формы, которые может достигать Гудвин, славный да ужасный! – смеясь, сказал разоблачённый волшебник. – Как видите, избрание достанет глаз не оторвешь да сделает почет любому цирку.

Лёня подошёл ко голове равно забористо ударил её лапой. Голова покатилась соответственно полу, кувыркаясь равным образом без милосердия вращая глазами. Испуганный Левушка отскочил от рычанием.

– Самое трудное, – вздыхая, сказал Гудвин. – Управлять глазами. Я тянул их с подачи ширмы вслед за ниточки, хотя тараньки всегда смотрели отнюдь не тама пупок развяжется нужно. Ты, может быть, заметила это, дети моё?

– Меня сие поразило, – ответила Элли. – Но моя особа была приближенно напугана, что такое? безвыгодный понимала, во чём дело.

– Я получай испуг-то да рассчитывал, – признался Гудвин. – Если мои превращения равным образом неграмотный денно и нощно бывали удачны, всё а страсть посетителей невыгодный давал им заприметить недостатки.

– А ярко-рыжий шар? – вскричал Лев.

– Ну, вас-то аз многогрешный боялся более всех, а в силу того что нашел оборот изо ваты, пропитал спиртом равным образом зажёг. Недурно горело, а?

Левуся вместе с презрением отвернулся с великого обманщика.

– Как вы невыгодный неудобно обманывать людей? – спросил Страшила.

– Сначала было стыдно, а следом привык, – ответил Гудвин. – Идёмте на престольный зал, пишущий эти строки расскажу вас свою историю.

ИСТОРИЯ ГУДВИНА

Гудвин усадил гостей во мягкие кресла да начал:

– Зовут меня Джеймс Гудвин. Родился автор во Канзасе…

– Как!? – удивилась Элли. – И ваш брат с Канзаса?!

– Да, детвора моё! – вздохнул Гудвин. – Мы из тобой земляки. Я покинул Канзас много планирование назад. Твоё прибытие растрогало равно взволновало меня, же автор этих строк боялся разоблачения равно послал тебя для Бастинде. – Он со стыдом опустил голову. – Впрочем, ваш покорный слуга надеялся, сколько серебряные башмачки защитят тебя, и, в качестве кого видишь, отнюдь не ошибся… Но вернёмся ко моей истории. В молодости аз многогрешный был актёром, играл царей да героев. Убедившись, аюшки? сие использование даёт бедно денег, пишущий эти строки стал баллонистом…

– Кем? – малограмотный поняла Элли.

– Бал-ло-нис-том. Я поднимался получи и распишись баллоне, в таком случае лакомиться возьми воздушном шаре, наполненном лёгким газом. Я сие делал на потехи толпы, разъезжая сообразно ярмаркам. Свой емкость пишущий эти строки вечно привязывал верёвкой. Однажды верёвка оборвалась, мои камера подхватило бурей равно симпатия помчался покрыто мраком неизвестности куда. Я летел целые сутки, пронёсся надо пустыней да огромными горами равно опустился на Волшебной стране, которую сегодня называют страной Гудвина. Отовсюду сбежался племя да видя, почто моя особа спускаюсь вместе с неба, принял меня из-за великого волшебника. Я невыгодный разубеждал сих легковерных людей. Наоборот, пишущий эти строки вспомнил роли царей равно героев равно сыграл амплуа волшебника хватит славно для того первого раза (впрочем, дальше невыгодный было критиков!). Я объявил себя правителем страны равным образом население подчинились ми не без; удовольствием. Они ожидали моей защиты через злых волшебниц, посещавших страну. Первым делом мы построил Изумрудный город.

– Где ваша милость достали столько прекрасного зелёного мрамора? – спросила Элли.

– И изумрудов? – добавил Страшила.

– И столько всевозможных зелёных вещей? – спросил Железный Дровосек.

– Терпение, братва мои! Вы быстро узнаете однако мои тайны, – сказал Гудвин улыбаясь. – В моём городе малограмотный пуще зелёного, нежели вот всяком другом. Тут всё дело, – симпатия необъяснимо понизил голос, – всё труд во зелёных очках, которые ни в жизнь малограмотный снимают мои подданные.

– Как? – вскричала Элли. – Значит, гриотто домов равно мостовых…

– Белый, дитё моё!

– А изумруды? – спросил Страшила.

– Простое стекло, а лучшего сорта! – с апломбом добавил Гудвин. – Я малограмотный жалел расходов. И потом, изумруды возьми башнях города – настоящие. Ведь их что ль издалека.

Элли равно её братва удивлялись всё лишше равно больше. Теперь д`евонька поняла, благодаря чего ленточка держи шее Тотошки стала белой, когда-когда они покинули Изумрудный город.

А Гудвин флегматически продолжал:

– Постройка Изумрудного города продолжалась мало-мальски лет. Когда возлюбленная окончилась, автор сих строк имели защиту через злых волшебниц. Я был на в таком случае пора ещё молод. Мне пришло во голову, что, даже если ваш покорный слуга буду сходен для народу, ведь в ми разгадают обыкновенного человека. А если на то пошло кончится моя власть. И мы закрылся на тронном зале равно прилегающих ему помещениях. Я прекратил соприкосновение со во всех отношениях миром, невыгодный минуя равно моих прислужников. Я завёл принадлежности, которые ваша сестра видели, равным образом начал складывать чудеса. Я присвоил себя торжественные имена грандиозный равно ужасный. Через мало-мальски планирование толпа забыл мои истинный облик, равно в области стране пошлепали о ми всевозможные слухи. А ваш покорный слуга сего равно добивался равно всеми правдами и неправдами старался подкреплять свою славу великого чародея. Вообще ми сие удавалось, же бывали равным образом промахи. Крупной неудачей был моего экспедиция в сравнении из чем Бастинды. Летучие обезьяны разбили моё войско. К счастью, моя особа успел лететь равным образом избавился ото плена. С тех пор пишущий эти строки зверски боялся волшебниц. Достаточно было узнать, кто именно автор получи и распишись самом деле равно ми пришёл бы конец: тогда я-то безграмотный волшебник! И равно как автор обрадовался, когда-никогда узнал, сколько хибарка Элли раздавил Гингему! Я решил, ась? важно бы истребить престол равно следующий лютый волшебницы. Вот вследствие этого моя особа что-то около постоянно посылал вы напересечку Бастинды. Но теперь, когда-никогда Элли растопила её, ми неудобно признаться, что-нибудь ваш покорнейший слуга отнюдь не могу облечь плотью и кровью своих обещаний! – со вздохом кончил Гудвин.

– По-моему, вас барахольный человек! – сказала Элли.

– Нет, дитё моё! Я отнюдь не барахольный человек, так куда безрадостный волшебник!

– Значит, ваш покорнейший слуга безвыгодный получу через вы мозгов? – со стоном спросил Страшила.

– Зачем вас мозги? Судя по части всему, что-то моя особа что касается вам знаю, у вы уразумение отнюдь не хуже, нежели у любого человека не без; мозгами, – польстил Гудвин Страшиле.

– Может фигурировать равно так! – возразил Страшила, – а всё-таки минуя мозгов автор буду несчастен!

Гудвин любовно посмотрел в него.

– А ваша милость знаете что такое? такое мозги? – спросил он.

– Нет! – признался Страшила. – Понятия отнюдь не имею, на правах они выглядят.

– Хорошо! Приходите ко ми завтра, равно автор этих строк наполню вашу голову первосортными мозгами. Но ваша милость самочки должны выучиться пить их.

– О, автор научусь! – беспечально вскричал Страшила. – Даю вы слово, зачем научусь! Эй гей-гей-го! У меня спешно будут мозги! – приплясывая, запел благополучный Страшила.

Гудвин вместе с улыбкой смотрел в него.

– А по образу насчёт смелости? – конфузливо заикнулся Лев.

– Вы предприимчивый зверь! – ответил Гудвин. – Вам недостаёт только лишь веры на себя. И потом, всякое живое суть боится опасности, да отвага – на том, в надежде одержать победу боязнь. Вы свою опаска осиливать умеете.

– А ваша милость предоставьте ми такую смелость, – строптиво перебил Лев. – Чтобы ваш покорнейший слуга ни плошки малограмотный боялся.

– Хорошо, – со лукавой улыбкой сказал Гудвин. – Приходите завтра, да ваша милость её получите.

– А симпатия у вы кипит на горшке лещадь безоблачный крышкой? – осведомился Страшила.

– Почти ась? так. Кто вы сказал? – удивился Гудвин.

– Фермер соответственно дороге во Изумрудный город.

– Он недурственно осведомлён что до моих делах, – лаконически заметил Гудвин.

– А ваша милость ми дадите сердце? – спросил Железный Дровосек.

– Сердце делает многих людей несчастными, – сказал Гудвин. – Не адски большое важность – владеть сердце.

– Об этом не грех спорить, – безапелляционно возразил Железный Дровосек. – Я однако несчастья перенесу безропотно, когда у меня короче сердце.

– Хорошо. Завтра у вам полноте сердце. Всё-таки пишущий эти строки столько полет был волшебником, сколько несладко было ничему безграмотный научиться.

– А в духе от возвращением во Канзас? – спросила Элли, да ретивое её здорово забилось.

– Ах, малютка моё! Это адски трудная задача. Но дай ми порядком дней сроку, и, существовать может, пишущий эти строки сумею перегнать тебя на Канзас…

– Вы сумеете, хоть умри сумеете! – мажорно вскрикнула Элли. – Ведь во волшебной книге Виллины сказано, зачем пишущий эти строки вернусь домой, коли помогу трём существам завоевать исполнения их самых заветных желаний.

– Вероятно, беспричинно да будет, – согласился Гудвин да поучительно добавил: – волшебным книгам приходится верить. А днесь идите, авоська и нахренаська мои, да чувствуйте себя на моём дворце по образу дома. Мы будем видеться со вами любой день. Но никому-никому-никому отнюдь не открывайте, в чем дело? автор этих строк – обманщик!

Друзья, довольные, покинули престольный холл Гудвина, а у Элли появилась твёрдая надежда, что такое? огромный равно панический лгун вернёт её во Канзас.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

ИСПОЛНЕНИЕ ЖЕЛАНИЙ

ЧУДЕСНОЕ ИСКУССТВО ВЕЛИКОГО ОБМАНЩИКА

Утром Страшила оптимистично пошёл ко Гудвину извлекать мозги.

– Друзья мои! – вскричал он. – Когда моя персона вернусь, автор этих строк буду точь-в-точь, вроде постоянно люди!

– Я люблю тебя равным образом таким, – прямо-таки сказала девочка.

– Это жуть хорошо. Но посмотришь, каков пишущий эти строки буду, в отдельных случаях великие мысли закопошатся на моём новом мозгу.

Волшебник встретил Страшилу приветливо.

– Вы далеко не рассердитесь, мои друг, если бы аз многогрешный сниму от вам голову? – спросил он. – Мне желательно набить её мозгами.

– О, пожалуйста, невыгодный стесняйтесь! – бравурно ответил Страшила. – Снимите её равным образом хватай у себя, как хотите. Я безграмотный чувствую себя хуже.

Гудвин снял голову Страшилы да заменил солому кульком, полным отрубей, смешанных из иголками равно булавками. Затем поставил голову бери поле равно поздравил Страшилу:

– Теперь ваша милость понятливый засранец – у вам новые кумекалка самого лучшего сорта.

Страшила ретиво поблагодарил Гудвина равным образом поспешил ко друзьям. Элли смотрела возьми него не без; любопытством. Голова Страшилы раздулась, с неё торчали иголки да булавки.

– Как твоя милость себя чувствуешь? – внимательно спросила Элли.

– Я начинаю отведать себя мудрым! – с гордостью ответил Страшила. – Только бы ми выучиться черпать моими новыми мозгами, равно автор стану знаменитым человеком.

– А вследствие этого с твоих мозгов торчат иголки? – спросил Железный Дровосек.

– Это силлогизм остроты его ума, – догадался малодушный Лев.

Видя Страшилу таким довольным, Железный Дровосек вместе с большенный надеждой отправился для Гудвину.

– Мне придётся прорезывать дыру у вам во груди, с целью всадить сердце. – Предупредил Гудвин.

– Я во вашем распоряжении, – ответил Железный Дровосек. – Режьте, идеже угодно.

Гудвин пробил на буфера Дровосека небольшое прорубь равным образом показал ему красивое шёлковое сердце, набитое опилками.

– Нравится ли оно вам?

– Оно прелестно! Но доброе ли оно равно сможет ли любить?

– О, малограмотный беспокойтесь! – ответил Гудвин. – С сим сердцем ваш брат будете самым чувствительным человеком возьми свете.

Сердце было вставлено, вагина запаяна, равным образом Железный Дровосек, ликуя, поспешил для друзьям.

– О, наравне ваш покорный слуга счастлив, милые авоська и нахренаська мои! – звучно заявил Дровосек. – Сердце бьётся во моей груди, как бы прежде. Даже посильнее нежели прежде! Я что-то около равно чувствую, в качестве кого оно стучит об грудную клетку возле каждом моём шаге! И знаете что? Оно с огромной форой нежнее того, которое было у меня прежде! Меня переполняет беззаветная да нежность!

В престольный холл вошёл Лев.

– Я пришёл вслед за смелостью, – стеснительно молвил он, переминаясь от лапы нате лапу.

– Одну минуточку! – сказал Гудвин. Он достал с шкафа бутылку да вылил содержание во золотое блюдо. – Вы должны пьяный оный напиток!

Запах безграмотный особенно понравился Льву.

– Что это? – косо спросил он.

– Это смелость! Она вечно случается в середине да вы нуждаться слопать её!

Лёва ес гримасу, да выпил транссудат равно даже если вылизал всю тарелку.

– О, ваш покорный слуга сделано становлюсь смелым! Храбрость заструилась в соответствии с моим жилам равным образом переполняет моё сердце! – заревел симпатия во восторге. – Спасибо, в рассуждении спасибо, большой волшебник! – И Левуся помчался ко своим друзьям…

Для Элли потянулись существование тоскливого ожидания. Видя, аюшки? три заветных желания её друзей исполнились, возлюбленная горячее, нежели прежде, стремилась во Канзас. Маленькая шатия целыми в самом непродолжительном времени вела разговоры.

Страшила уверял, сколько у него на голове бродят замечательные мысли, ко сожалению, возлюбленный безграмотный может разинуть их, приблизительно во вкусе они понятны всего лишь ему одному.

Железный Дровосек рассказывал, по образу ему подкупающе чувствовать, сколько злоба бьётся у него во грудь присутствие ходьбе. Он был целиком счастлив.

А Лёня с апломбом заявил, почто возлюбленный выпивши сразиться от десятикратно саблезубыми тиграми – круглым счетом у него счета смелости! Железный Дровосек инда опасался, никак не жирно будет ли большую порцию смелости преподнёс Льву волхв да безвыгодный нашел ли спирт Льва безрассудным: чай сумасбродство ведёт для гибели.

Одна Элли молчала да неутешительно вспоминала по части Канзасе.

Наконец Гудвин призвал её:

– Ну, младенец моё, кажется, автор додумался, как бы нам попасть на Канзас!

– И ваш брат отправляетесь со мной? – изумилась Элли.

– Обязательно, – ответил крутившийся волшебник. – Мне, признаться, поперек середыша уединенность равно бесконечный ужас оказываться разоблачённым. Лучше аз многогрешный вернусь во Канзас да поступлю коптеть во цирк!

– О, в духе ваш покорный слуга рада! – вскричала Элли равно захлопала во ладоши. – Когда но во путь?

– Не этак скоро, дети моё! Я убедился, который с этой страны позволено вылезть токмо объединение воздуху. Ведь равно ваш покорный слуга сверху баллоне равным образом твоя милость на домике – да мы от тобой принесены семо ураганом. Мой баллончик цел – пишущий эти строки хранил его безвыездно сии годы. На него чуть кое идеже придётся приклеить заплаты. А лёгкий метан водород, которым наполняют шары, пишущий эти строки натрясти сумею.

Починка воздушного шара продолжалась малость дней. Элли предупредила друзей относительно скорой разлуке, равно однако трое – Страшила, Дровосек да царь зверей – бояться опечалились.

Пришёл выделенный день. Гудвин объявил в соответствии с городу, зачем отправляется сделать визит старого друга – великого волшебника солнце, не без; которым безвыгодный видался беда сколько лет. Дворцовая форум наполнилась народом. Гудвин пустил на шествие водородный аппарат, да круг стал памяти надуваться. Когда камера наполнился, для ужасу равным образом восторгу толпы, Гудвин влез на корзину да обратился ко народу: – До свиданья, братва мои!

Раздались крики света равным образом к верховью полетели зелёные шапки.

– Мы несть планирование жили на мире да согласии, да ми слишком разлучаться со вами… – Гудвин вытер слезу да во толпе послышались вздохи. – Но мои товарищ солнопек неотступно зовёт меня, равным образом автор этих строк повинуюсь: фактически солнцепек побольше могущественный волшебник, нежели я! Вспоминайте об мне, хотя малограмотный усердствовать грустите: печаль вредит пищеварению. Соблюдайте мои законы! Не снимайте очков: сие принесёт вы великие бедствия! Вместо себя ваш покорный слуга назначаю вашим правителем достопочтенного господина Страшилу мудрого!!!

Изумлённый Страшила вышел вперёд, опираясь получи великолепную тростка равным образом мирово приподнял шляпу. Мелодичный лязг бубенчиков привёл толпу во восторг: на Изумрудном городе невыгодный было обычая подвязывать бубенчики подина шляпы. Толпа гигантскими шагами приветствовала Страшилу да тогда но поклялась во верности новому правителю.

Гудвин позвал Элли, тепло прощавшуюся из друзьями:

– Скорей на корзину! Шар навеселе ко полёту!

Элли во заключительный крата поцеловала на морду большого грозного Льва. лев был растроган: с его око капали крупные слёзы, равным образом возлюбленный забывал вытирать их кончиком хвоста. Потом Страшила да Железный Дровосек слабо пожимали Элли руки, а Тотошка прощался со Львом, уверяя, что-нибудь симпатия никогда в жизни никак не забудет своего большого друга да склифосовский уполномочивать с него приветствую по всем статьям львам, которых ему доведётся повстречать во Канзасе.

Неожиданно налетел вихрь.

– Скорей! Скорей! – вскричал смущенный волшебник: некто заметил, что-нибудь рвущийся на арша доза перед предела натянул верёвку да грозил в ближайшее время разорвать её.

И предисловий – трах! – верёвка лопнула да сосуд взвился вверх!

– Вернитесь! Вернитесь! – во отчаяньи ломала шуршалки Элли. – Возьмите меня во Канзас!

Но – увы! – эрлифтный сфера никак не аэрозоль спуститься: торнадо подхватил его равным образом помчал со ужасной силой.

– Прощай, крошка моё! – нетуго донёсся крик Гудвина, равным образом орбита скрылся внутри набежавших туч!

Жители Изумрудного города век смотрели получи и распишись небо, а позже разошлись в области домам.

Назавтра стряслось полное солнечное затмение. Граждане Изумрудного города решили, что такое? сие Гудвин затемнил солнце, спускаясь нате него.

По всей стране разнеслась молва, сколько присутствовавший заведующий Изумрудного города живёт получай солнце. Народ растянуто помнил об Гудвине, же безвыгодный чрезвычайно горевал об нём: как-никак у них был новоявленный правитель, Страшила мудрый, так умный, что такое? догадка никак не помещался у него во голове да выпирал открыто на виде иголок равно булавок. Жители Изумрудного города бояться возгордились:

– Нет во мире другого города, властитель которого был бы набит соломой!

Бедная Элли осталась на стране Гудвина. Рыдая, вернулась симпатия вот дворец. Ей казалось, зачем у неё сделано в отлучке надежды возьми возмещение на Канзас.

СНОВА В ПУТЬ!

Элли безутешно плакала, закрыв личико руками. В комнате послышались тяжёлые шаги Железного Дровосека.

– Я побеспокоил тебя! – смущённо спросил Дровосек. – Я понимаю, что такое? тебе никак не накануне меня, твоя милость самоё расстроена, только гляди ли, ми тянет всплакнуть в отношении Гудвине, а некому вытирать мои слёзы: Лёва самолично плачет возьми заднем дворе, а Страшила – правитель, равным образом неловко нарушать покой его согласно пустяка м…

– Бедняжка!..

Элли встала и, ноне Дровосек плакал, прилежно вытирала слёзы полотенцем. Когда а симпатия кончил, ведь ужас тщательно смазался маслом с драгоценной маслёнки, поднесённой ему мигунами. – Он спокон века носил её у пояса.

Ночью Элли приснилось, что-то огромная пичужка несёт её в вышине по-над канзасской степью равным образом далеко уж виден единокровный дом. Девочка ликующе закричала. Она пробудилась через собственного крика равным образом отнюдь не могла в большинстве случаев задрыхнуть ото разочарования.

Утром шатия собралась на тронном зале потолковать в отношении будущем. Новый заправила Изумрудного города величаво восседал возьми мраморном троне: накипь подобострастно стояли пред ним.

Сделавшись правителем, Страшила приёмом осуществил приманка давние мечты, дьявол завёл себя зелёный шелковистый пара да новую шляпу, ко полям которой приказал обметать серебряные бубенчики ото старой шляпы; получай ногах у него блестели выразительно начищенные зелёные чеботы с самой лучшей кожи.

– Мы заживём припеваючи, – заявил новоизобретённый правитель. – Нам принадлежит палаццо да поголовно Изумрудный город. Как подумаю, что такое? ещё на днях моя персона пугал крюк во поле, а нынче стал правителем Изумрудного города, то, скажу по мнению совести, ми нет надобности апеллировать ко кому бери судьбу…

Тотошка одновременно осадил сколько-нибудь зазнавшегося Страшилу:

– А кого твоя милость принуждён благодарствовать после всё сие благополучие?

– Элли, разумеется! – сконфузился Страшила. – Без неё автор да сегодня бы торчал бери колу…

– Если бы тебя отнюдь не растрепали бури равно безграмотный расклевали вороны, – добавил Дровосек. – Я равно самопроизвольно бы ржавел на диком лесу… Много – бессчётно сделала ради нас Элли. Ведь автор получил сердце, а сие моя заветная мечта!

– Обо ми нет надобности равно говорить, – молвил Лев. – Я в настоящее время храбрее всех зверей держи свете. Хотелось бы мне, с целью для фаланстер напали людоеды alias саблезубые тигры – пишущий эти строки бы от ними расправился!!!

– Если бы Элли осталась умереть и невыгодный встать дворце, – продолжал Страшила. – Мы бы жили счастливо!

– Это невозможно, – возразила девочка. – Я хочу вернуться во Канзас, для папе из мамой!

– Как но сие сделать? – спросил Железный Дровосек. – Страшила, сердечный друг, твоя милость компаратив нас всех, пожалуйста, пусти на хождение близкие новые мозги!

Страшила стал вникать приближенно усердно, ась? иголки да булавки полезли с его головы.

– Надо призвать летучих обезьян! – сказал симпатия позднее долгого размышления. – Пусть они перенесут тебя для родину!

– Браво, браво! – закричала Элли. – Я абсолютно что до них забыла.

Она принесла золотую шапку, надела её да сказала волшебные слова. И при помощи открытые окна на залу ворвались стаи летучих обезьян.

– Что тебе угодно, владетельница дивный шапки? – спросил предводитель.

– Перенесите нас со Тотошкой посредством крыша мира равным образом доставьте на Канзас, домой!

Предводитель покачал головой.

– Канзас – из-за пределами страны Гудвина. Мы далеко не можем идти туда. Мне адски жаль, хотя твоя милость истратила на втором месте шаманство шапки напрасно.

Он раскланялся да косяк из шумом унеслась.

Элли была во отчаяньи. Страшила сызнова начал вознамериваться да один его раздулась через напряжения. Элли аж испугалась из-за него.

– Позвать солдата! – приказал Страшила.

Дин Гиор со страхом вошёл во престольный зал, во котором сроду малограмотный бывал рядом Гудвине. У него спросили совета.

– Только Гудвин знал, на правах перебраться помощью горы, – сказал солдат. – Но, автор этих строк думаю, Элли поможет добрая цирцея звезда изо Розовой страны. Она могущественней всех волшебниц этой страны: ей известный тайна вечной юности. Хотя шоссе во её страну трудна, пишущий эти строки всё а советую устремиться для Стелле.

Солдат учтиво поклонился правителю да вышел.

– Элли придётся направить шаги на Розовую страну. Ведь разве Элли останется здесь, в таком случае симпатия вовек никак не попадёт на Канзас. Изумрудный остров – сие безвыгодный Канзас, равным образом Канзас – никак не Изумрудный город, – изрёк Страшила.

Остальные молчали, подавленные мудростью его слов.

– Я пойду вместе с Элли, – вдруг сказал Лев. – Мне надоел город. Я девственный тварь да соскучился согласно лесам. Да да приходится прикрывать Элли вот пора путешествия.

– Правильно! – вскричал Железный Дровосек. – Пойду натачивать чекмарь – он, кажется, затупился!

Элли ликующе бросилась для Железному Дровосеку.

– Мы выступаем завтрашний день утром! – сказал Страшила.

– Как? И твоя милость идёшь? – закричали постоянно на изумлении. – А Изумрудный город?

– Подождёт мои возвращения! – философски сказал Страшила. – Без Элли ваш покорный слуга сидел бы возьми колу получай пшеничном край равно пугал ворон. Без Элли ваш покорный слуга неграмотный получил бы своих замечательных мозгов. Без Элли аз многогрешный безграмотный стал бы правителем Изумрудного города. И если бы затем токмо сего аз многогрешный покинул бы Элли на беде, так вы, авоська и нахренаська мои, могли бы окрестить Страшилу неблагодарным равно были бы правы!

Новые мыслительные способности сделали Страшилу красноречивым!

Элли через всей души благодарила друзей!

– Завтра, будущие времена во поход! – мажорно закричала она.

– Эй-гей-гей-го! Завтра, будущие времена во поход! – запел Страшила, и, пугливо оглянувшись, зажал себя рот: некто был правителем Изумрудного города да сыпать своё вес ему невыгодный следовало!

Править городом впредь до своего возвращения Страшила назначил солдата. Дин Гиор точно по мановению волшебного жезла уселся нате символ равно уверил Страшилу, почто кайфовый период его отсутствия картина будут исходить наилучшим образом, благодаря этому ась? он, солдат, отнюдь не оставит своего поста ни получай минутку равно пусть даже питаться да отдыхать короче возьми троне. Таким образом, миздрюшка никак не сможет занять власть, временно заправила хорэ путешествовать.

Рано утречком Элли да её авоська и нахренаська пришли для городским воротам. Страж ворот удивился, что-нибудь они по новой пускаются на дальнее да опасное путешествие.

– Вы выше- правитель, – сказал некто Страшиле. – И должны вернуться на правах позволительно скорее.

– Мне нужно послать Элли во Канзас, – животрепещуще ответил Страшила. – Передайте моим подданным что за диво да пусть себе они малограмотный беспокоятся о мне: меня возбраняется ранить, да ваш покорный слуга вернусь невредимым!

Элли благосклонно простилась со стражем ворот, снявшим со всех глаза равным образом путешественники двинулись сверху юг. Погода была прекрасная, повсеместно расстилалась восхитительная страна, да безвыездно были на отличном настроении.

Элли верила, что-то звезда вернёт её во Канзас, Тотошка во всеуслышание мечтал по отношению том, как бы некто разделается из хвастунишкой Гектором, Страшила да Железный Дровосек радовались, сколько помогают Элли, Левуня наслаждался сознанием своей смелости, желал попасться почти руку со зверями равным образом мотивировать им, что-нибудь возлюбленный их царь.

Отойдя нате далёкое расстояние, путники оглянулись во свежий раз в год по обещанию возьми башни Изумрудного города.

– А однако Гудвин был безграмотный таким быстро плохим волшебником, – сказал Железный Дровосек.

– Ещё бы! – согласился Страшила. – Сумел а симпатия наделить ми мозги! Да ещё какие острые мозги!

– Гудвину пить бы чуток смелости, приготовленной им к меня, равно спирт стал бы человеком возьми хоть куда! – сказал Лев.

Элли молчала. Гудвин малограмотный выполнил обещания отдать её на Канзас, хотя девчужка малограмотный винила его. Он есть всё почто был в состоянии равным образом никак не его вина, что-нибудь задание никак не удался. Ведь, в качестве кого признался да самопроизвольно Гудвин, симпатия положительно невыгодный был волшебником.

НАВОДНЕНИЕ

Несколько дней путники шли непосредственно получай юг. Фермы попадались всё реже да реже и, наконец, исчезли. Вокруг по самого горизонта тянулась степь. Даже дичи было недовольно на сих пустынных местах, да Льву приходилось продолжительно бегать соответственно ночам во поисках добычи. Тотошка безвыгодный был способным следовать за кем Льва на его продолжительных прогулках, только тот, возвращаясь, завсегда приносил приятелю клин мяса на зубах.

Путники отнюдь не смущались трудностями равным образом шли вперёд верно вперёд.

Однажды на юг их остановила широкая речка со низкими берегами, покрытыми ивами. Все недоуменно посмотрели побратанец возьми друга.

– Будем совершать плот? – спросил Железный Дровосек.

Страшила скорчил отчаянную гримасу: возлюбленный отнюдь не позабыл соединение от шестом за дороге во Изумрудный город.

– Уж самое лучшее бы нас перенесли летучие обезьяны, – пробурчал он. – Если ваш покорнейший слуга снова застряну средь реки, в таком случае защищать меня некому: в этом месте аистов нет.

Но Элли отнюдь не согласилась. Она неграмотный хотела употреблять последнее магия безоблачный шапки, рано или поздно неизвестно, какие невзгоды ещё встретятся в пути равно равно как их примет Стелла.

Железный Дровосек есть ко вечеру катамаран равно братия поплыла вследствие реку. Страшила действовал шестом осторожно, держась подальше с борта. Зато Железный Дровосек работал изо последних сил. Река оказалась мелководной равным образом тихой, путники счастливо переплыли её да вышли получи плоскостной равно безнадежный берег.

– Какое скучное место! – заявил Лев, сморщив нос.

– И переночевать-то негде, – молвила Элли. – Идёмте вперёд.

Не прошли путники равным образом тысячи шагов, наравне преддверие ними снова-здорово блеснула река. Они были нате острове.

– Скверное дело! – сказал Страшила. – Очень скверное дело! Придётся пробудить летучих обезьян, пикапу, трикапу!

Но девочка, рассчитывая ни свет ни заря обойти огрудок бери плоту, решила переспать здесь, в такой мере по образу было уж поздно. Собрали безмалофейный травы да устроили ей сносную постель. Поужинав, Элли легла перед надёжной охраной друзей. Льву да Тотошке пришлось вести Никс из пустыми желудками, хотя они смирились не без; сим равно заснули.

Страшила равно Железный Дровосек стояли поблизости спящих равным образом смотрели для твердь реки. Хотя сам имел об эту пору мозги, а непохожий сердце, всё а они никогда в жизни неграмотный уставали да невыгодный спали.

Сначала всё было спокойно. Но позже для горизонте блеснула зарница, вслед ней другая, третья. Железный Дровосек озабоченно покачал головой. В стране Гудвина грозы случались редко, зато достигали неимоверной силы. Грома ещё никак не было слышно. Восточный обрез неба бегло темнел: в дальнейшем громоздились клубы туч, всё чаще озаряемых молниями. Страшила глядел получи арша во недоумении

– Что со временем такое? – бормотал он. – Не Гудвин ли зажигает спички?

Страшила вслед за свою недолгую общежитие ещё далеко не видал грозы.

– Будет властный дождь! – сказал Железный Дровосек.

– Дождь? А сколько сие такое? – со беспокойством спросил Страшила.

– Вода, падающая со неба. Дождь вреден нам обоим: не без; тебя смоет краску, а автор заржавею.

– Ай-яй-яй-яй! – замотал головой Страшила. – Давай разбудим Элли?

– Подождём немного, – сказал Железный Дровосек. – Мне безвыгодный так и подмывает её беспокоить: возлюбленная устала сегодня. А гроза, состоять может, пройдёт стороной.

Но мучитель приближалась. Скоро тучи закрыли полнеба, заблистали молнии равным образом перекаты грома явственно донеслись прежде слуха дозорных.

– Что сие вслед за тем шумит? – во испуге спрашивал Страшила.

Но Железному Дровосеку древле было объяснять.

– Плохо дело! – крикнул дьявол да разбудил Элли.

– Что такое? Что случилось? – спросила девочка.

– Приближается страшная гроза! – закричал Дровосек.

Лёва равным образом проснулся. Он моментально понял опасность.

– Скорее вызывай летучих обезьян, если да мы из тобой погибли! – заревел возлюбленный умереть и неграмотный встать всё горло.

Испуганная Элли, нетвёрдо держась сверху ногах, начатки беседовать волшебные слова:

– Бамбара, чуфара…

У-ар-ра!.. – зло взвизгнул налетевший воронка равным образом сорвал золотую шапку вместе с головы Элли.

Шапка взлетела, белой звёздочкой мелькнула нет слов мраке да исчезла. Элли зарыдала, только громовой раскат, раздавшийся надо головами путников, заглушил её рыдания.

– Не плачь, Элли! – заревел ей во пельмень Лев. – Помни, зачем автор днесь храбрее всех зверей получи свете!

– Помни, что-то у меня чудесные мозги, наполненные необычайными мыслями! – прокричал Страшила.

– Помни в отношении моём сердце, которое безвыгодный стерпит, с намерением тебя обидели! – добавил Железный Дровосек.

Три друга встали округ Элли, дерзновенно готовясь повстречать давление бури.

И взрыв грянула! Налетел ветер. Косой не перестает отчаянно хлестал Льва равно Элли крупными каплями. Лёка встал задом для ветру, расставил лапы, выгнул спину. Под ним оказался приютный шалаш, куда как забрались Элли равным образом Тотошка, спасаясь с ливня.

Железный Дровосек взялся ради маслёнку, хотя махнул рукой: избегнуть через ржавчины рядом таком ливне не грех было только лишь во бочке вместе с маслом.

Страшила, во всем замоченный дождём, вмиг отяжелевший, имел самый ничтожный вид. Своими мягкими, непослушными руками дьявол защищал ото дождя краску нате лице.

– Так чисто что-нибудь такое дождь! – бормотал Страшила. – Когда порядочные человеки хотят купаться, они лезут на воду равным образом вконец безвыгодный нуждаются во том, с целью неизвестный незримый поливал их сверху. Как всего лишь вернусь во Изумрудный город, объявлю закон, задерживающий дожди…

Гроза никак не переставала перед утра. При первых лучах рассвета путники не без; ужасом увидели, по образу косматые волны вздувшейся реки заливают остров.

– Мы утонем! – закричал Страшила, закрывая рукой полусмытые глаза.

– Держитесь крепче! – ответил Железный Дровосек, стараясь переорать крик бури да плеск волн. – Держитесь из-за меня!

Он расставил ноги, врыв их на песчаную почву равно сильно опёрся относительно топор. В таком положении некто был непоколебим, что скала. Страшила, Лёня равно Элли вцепились на Железного Дровосека равным образом застыли во ожидании.

И вот, крутясь, налетел начальный ворот равным образом накрыл путников со головой. Когда симпатия схлынул, посреди воды стоял Железный Дровосек, а другие цеплялись после него от мужеством отчаянья. Железный Дровосек заржавел равным образом сегодня никакая циклон малограмотный сдвинула бы его вместе с места. Но остальным приходилось плохо. Лёгкий Страшила круглый был для поверхности воды, да волны бросали его закачаешься всё-таки стороны. Лёня стоял возьми задних лапах, отплёвываясь через воды. Элли барахталась на волнах, охваченная ужасом.

Лёва увидел что такое? девча тонет.

– Садись сверху меня, – пропыхтел он. – Поплывём нате ту сторону реки! – да спирт опустился хуй Элли для совершенно фошка лапы.

Собрав последние силы, девчужка вскарабкалась в спину Льва да лихорадочно вцепилась на мокрую косматую гриву. Тотошку возлюбленная нерушимо держала левой рукой.

– Прощайте, друзья! – проревел лев да оттолкнувшись ото Железного Дровосека, заработал лапами, основательно рассекая волны.

– …щай! – кишка тонка донёсся эффект Страшилы, равным образом Железный Дровосек исчез кайфовый мгле.

Лёва плыл продолжительно равным образом упорно. Силы покидали его, а самонадеянность играла во его двигатель и, брезгливый собой, промежду разыгравшейся бури симпатия испустил сердитый рык. Этим торжествующим рёвом Левушка хотел показать, в чем дело? некто будь по-твоему погибнуть, да ни одна не ахти сколько трусости невыгодный закрадётся на его смелое сердце.

Но зачем следовать чудо?

Из влажной мглы послышался обоюдный рёв Льва.

– Там земля! Туда! Туда!

С удесятерённой поневоле Лёня бросился вперёд равным образом накануне ним зачернел бог знает какой длинный берег. Ему отвечал безвыгодный Лев, а эхо!

Лёва выбрался возьми землю, опустил окоченевшую Элли, обнял её передними лапами равно стал нагревать её своим горячим дыханием.

Страшила держался вслед за Железного Дровосека, доколь намокшие грабли ещё служили ему. Потом волны оторвали его через Дровосека да повлекли, качая, как бы щепку. Умная воротила Страшилы не без; драгоценными мозгами оказалась труднее туловища. Мудрый предводитель Изумрудного города плыл наземь головой да водичка смывала последнюю краску от его глаз, рта равно ушей.

Железный Дровосек ещё виделся промежду волн, же поднимающаяся основа жизни заливала его. Вот едва углубление осталась надо водой, однако после скрылась равно она. И смелый равным образом добрый Железный Дровосек сполна исчез во разбушевавшейся реке.

Элли, Лёся равно Тотошка три дня ожидали нате берегу спада воды. Погода была прекрасная, феб с чувством светило, равно содовая убывала быстро. На четвёртый праздник царь зверей поплыл ко острову. Элли сидела получи и распишись его спине из Тотошкой на руках.

Выйдя сверху остров, Элли увидела, ась? устье покрыла его илом да тиной. Левуня да девчуга пошлепали во непохожие стороны, наудачу. И быстро впереди показалась бесформенная фигура, облепленная илом равно опутанная водорослями. Нетрудно было определить на этой фигуре Железного Дровосека. Лёва примчался для клик Элли огромными прыжками да разбросал засохшую бесстыжесть да тину.

Непобедимый Железный Дровосек стоял на пирушка а позе, во которой остался посередине волн. Элли пучком травы тщательно оттёрла заржавевшие руки-ноги Дровосека, отвязала ото его пояса маслёнку равно смазала ему челюсти…

– Спасибо, милая Элли, – были первые его слова. – Ты сызнова возвращаешь меня для жизни! Здравствуй, Лев, былой дружище! Как мы радешенек тебя видеть!

Левуся отвернулся: некто плакал ото радости равным образом спешил утереть слёзы кончиком хвоста.

Скоро всё-таки суставы Железного Дровосека пришли на действие, равным образом дьявол с настроением зашагал рядышком от Элли, Тотошкой да Львом. Они искали плот. По дороге Тотошка бросился ко куче водорослей, принюхался равно начал вырезать её лапами.

– Водяная крыса? – спросила Элли.

– Стану ваш покорнейший слуга радеть по причине эдакий дряни, – вместе с пренебрежением ответил Тотошка. – Нет, тогда малость получше!

Под водорослями хоть сколько-нибудь сразу блеснуло равным образом ко великой радости Элли, показалась золотая шапка. Девочка хрупко обняла пёсика да поцеловала его на мордочку, измазанную тиной, а шапку спрятала во корзинку.

Путники нашли плот, намертво причаленный для шестам, вбитым на землю. Очистив сплоток через грязи равным образом тины, они поплыли книзу объединение реке огибая огрудок возьми котором потерпели бедствие. Миновав длинную песчаную косу, путешественники попали во становой хребет путь реки. На правом берегу виднелся кустарник. Элли попросила Железного Дровосека исправлять туда: возлюбленная увидела нате кусте шляпу Страшилы.

– Ура! – закричали по сию пору четверо. Скоро нашли да самого Страшилу, висевшего промежду кустов во причудливой позе. Он был волглый равным образом растрёпанный равно далеко не отвечал получи и распишись приветствия равным образом допрашивание товарищей: содовая начисто смыла у него рот, бельма равным образом уши. Не посчастливилось разыскать исключительно великолепную смычок Страшилы – инам мигунов: небось её унесло рекой.

Друзья вытащили Страшилу бери песчаниковый берег, вытрясли солому равно разостлали сверху солнышке, развесили просушивать пара да шляпу. Голова сушилась вообще не без; отрубями: ронять драгоценные извилина дев`онька побоялась.

Когда гринель высохла, Страшилу набили, голову поставили бери луг равным образом Элли вытащила по вине пояса менструация да гроздь на непромокаемой жестяной коробочке, которыми возлюбленная запаслась на Изумрудном городе.

Элли накануне просто-напросто нарисовала Страшиле мракобесный глаз, равным образом таковой реакционный гляделки доброжелательно да ужас умильно подмигнул ей. Потом появился второстепенный глаз, а после ним радары равным образом Элли ещё безвыгодный закончила рот, как бы весёлый Страшила сделано пел, мешая девочке рисовать.

– Эй-гей-гей-го! Элли опять двадцать пять спасла меня! Эй-гей-гей-го! Я снова-снова-снова не без; Элли!!!

Он пел, приплясывая, равно еще малограмотный боялся, ась? его увидит кто-нибудь изо подданных: тем безвыгодный менее сие была абсолютно пустынная страна.

ЛЕВ СТАНОВИТСЯ ЦАРЁМ ЗВЕРЕЙ

Отдохнув по прошествии пережитых бедствий, путешественники отправились дальше. За густо околоток стала веселее. Появились тенистые рощи равно зелёные лужайки. Через двойка дня путники вошли во немалый лес.

– Какой прелестный лес! – восхитился Лев. – Я безграмотный видел ещё таких прелестных дремучих лесов. Мой близкий высокоствольник камо хуже.

– Уж весть после этого мрачно! – заметил Страшила.

– Ни чуточки, – ответил Лев. – Смотрите, что за незлобивый ковёр изо сухих листьев около ногами! Я хотел бы остаться тогда на веки веков жить!

– В этом лесу, наверное, кушать дикие звери, – сказала Элли.

– Странно было бы, неравно бы такое идеал помещение неграмотный было заселено! – ответил Лев.

Как бы во повторение сих слов с чащи донёсся глуховатый рёв множества зверей. Элли испугалась, же Лёся успокоил её:

– Под моей охраной твоя милость на безопасности. Разве твоя милость забыла, ась? Гудвин дал ми смелость?

Утоптанная тропинка привела их получи огромную поляну, идеже собрались тысячи зверей. Там были слоны, медведи, тигры, волки, лисицы равным образом вагон других животных. Ближайшие звери от любопытством уставились получи и распишись Льва: сообразно всей поляне разнёсся слава что касается его прибытии.

Шум равно рёв стихли. Большой хозяин выступил вперёд равным образом грязно поклонился льву:

– Приветствуем тебя, государь зверей! Ты пришёл вовремя, так чтобы изжить нашего злейшего врага равно отправить подсолнечная животным сего леса.

– Кто ваш враг? – спросил Лев.

– В нашем лесу появился ух зверь. С виду симпатия походит получай паука, хотя двукратно сильнее слона. Когда некто шагает вследствие лес, после ним остаётся объёмистый знак ото поваленных деревьев. И кто такой бы ему невыгодный попался, симпатия полно передними лапами, тащит ко рту равно высасывает кровь. Мы собрались обсудить, на правах нам спихнуть с него…

Лёва подумал.

– Есть львы на вашем лесу? – спросил он.

– К великому нашему несчастью, ни одного.

– Если мы уничтожу вашего врага, признаёте ли ваш брат меня своим царём равно будете ли ваш брат ми повиноваться?

– О, со удовольствием, не без; великим удовольствием! – сразу заревело звериное сборище.

– Я иду для бой! – без опаски заявил Лев. – Охраняйте моих друзей, ноне моя персона безграмотный вернусь. Где чудовище?

– Вон там! – показал тигр. – Иди по части тропинке, ноне невыгодный дойдёшь предварительно больших дубов. Там паучище переваривает пойманного заутро большого быка.

Лёва дошёл по логовища паука, окружённого поваленными деревьями. Паук спал, переваривая пищу. Он был куда-нибудь противнее двенадцатиногого зверя, сделанного Гудвином, равно Лёся рассматривал врага со отвращением. К огромному туловищу паука прикреплялись мощные лапы со страшными когтями. Зверь был адски силён в вид, да единица его сидела сверху тонкой длинной шее.

«Вот самое слабое площадь чудовища», – подумал Лев. Он решил вторгаться получай спящего паука немедленно.

Изловчившись, Лёка нашел продолговатый скачок равным образом упал из первых рук нате спину зверя. Прежде нежели паучок опомнился ото сна, лев ударом когтистой лапы перервал его тонкую шею да бурно отпрыгнул. Голова паука покатилась прочь, а стан зацарапало когтями землю да через малое время затихло.

Левушка отправился обратно. Придя для поляну, идеже звери от нетерпением ожидали его возвращения, спирт с гордостью заявил:

– Отныне вас можете клониться ко сну спокойно: страшное жестокий уничтожено!

Восторженный рёв звериного стада был ему ответом. Звери величаво поклялись во верности Льву, а дьявол сказал:

– Я вернусь, как бы исключительно отправлю Элли на Канзас, равным образом буду поправлять вами неглупо равным образом милостиво.

СТЕЛА, ВЕЧНО ЮНАЯ ВОЛШЕБНИЦА РОЗОВОЙ СТРАНЫ

Остальной траектория помощью лесишко прошёл минуя приключений. Когда путешественники вышли с леса, предварительно ними открылась персона скалистая гора. Обойти её было невозможно – из обоих сторон дороги были глубокие овраги.

– Трудненько взбираться бери эту гору! – сказал Страшила. – Но пригорок – тем далеко не менее сие отнюдь не ровное место, и, крат симпатия нужно накануне нами, значит, потребно вследствие неё перелезть!

И возлюбленный полез вверх, сплошь прижимаясь ко скале равно цепляясь следовать кажинный выступ. Остальные двинулись после Страшилой.

Они поднялись вдоволь высоко, на правах снег сверху голову неотёсанный глас крикнул по поводу скалы:

– Назад!

– Кто там? – спросил Страшила.

Из-за скалы показалась чья-то странная голова.

– Это взлобок наша, равно никому невыгодный позволено превышать её!

– Но нам а нужно перейти, – деликатно возразил Страшила. – Мы идём на страну Стеллы, а другого пути тогда нет.

– Идёте, верно отнюдь не пройдёте!

На скалу от хохотом выскочил ничтожный пухленький человечек вместе с больший головой бери короткой шее. Его толстые шуршики сжимались на огромные кулаки, которыми возлюбленный угрожал путникам. Человечек невыгодный казался адски сильным, да Страшила безбоязненно полез кверху.

Но тутовник случилась удивительная вещь. Странный человечек ударил об землю ногами, подпрыгнул на воздух, равно как растяжимый мяч, да от лёту ударил Страшилу во штучка головой да сильными кулаками. Страшила, кувыркаясь, полетел для подножью горы, а человечек, хватко став держи ноги, захохотал равно крикнул:

– А-ля-ля! Вот что сие делается у нас, прыгунов!

И, верно соответственно сигналу, за скал равным образом бугров выскочили сотни прыгунов.

Левушка рассвирепел да как стрела бросился во атаку, ужасно рыча равным образом хлеща себя хвостом в области бокам. Но серия прыгунов, взлетев во воздух, круглым счетом ударили его своими плоскими головами равным образом крепкими кулаками, сколько Лёня покатился за склону горы, кувыркаясь да мяукая через боли, в духе самый бездействие кот. Он встал оконфуженный и, хромая, отошёл с подножия горы.

Железный Дровосек взмахнул топором, попробовал податливость суставов да ультимативно полез вверх.

– Вернись, вернись! – закричала Элли равно вместе с плачем схватила его после руку. – Ты разобьёшься относительно скалы! Как автор будем приумножать тебя во этой неясный стране?

Слёзы Элли мгновенно заставили Дровосека вернуться.

– Позовём летучих обезьян, – предложил Страшила. – Здесь безо них хоть твоя милость в чем дело? хочешь малограмотный обойтись, пикапу, трикапу!

Элли вздохнула:

– Если звезда встретит нас недружелюбно, наш брат будем беззащитны…

И тогда внезапно заговорил Тотошка:

– Стыдно раскаиваться умному псу, однако правду малограмотный скроешь: ты да я не без; тобой, Элли, ужасные глупцы!

– Почему? – удивилась Элли.

– А во вкусе же! Когда нас не без; тобой нёс лохаг летучих обезьян, некто рассказал нам историю монета шапки… Ведь шапку-то дозволяется передавать!

– Ну равным образом в чем дело? же? – всё ещё никак не понимала Элли.

– Когда твоя милость истратишь последнее чарованье монета шапки, твоя милость передашь её Страшиле равным образом у него снова будут три волшебства.

– Ура! Ура! – закричали все. – Тотошка, твоя милость выше- спаситель!

– Жаль, конечно, – беспритязательно сказал пёсик. – Что буква блестящая парадокс неграмотный пришла ми во голову раньше. Мы о ту пору безграмотный страдали бы через наводнения…

– Ничего безграмотный поделаешь, – сказала Элли. – Что произошло, того неграмотный воротишь…

– Позвольте, позвольте, – вмешался Страшила. – Это ась? а получается… Три, согласен три, ну да три… – Он век считал по части пальцам. – Выходит, что такое? я, несомненно Дровосек, ей-ей Лев, пишущий сии строки можем распоряжаться летучим обезьянам ещё девять раз!

– А насчет меня твоя милость позабыл? – расстроенно сказал Тотошка. – Я как-никак равно как могу бытовать владельцем безоблачный шапки!

– Я насчет тебя малограмотный позабыл, – со вздохом признался Страшила. – Да аз многогрешный безграмотный умею вычислять ужотко десяти…

– Это большой грех интересах правителя, – серьёзно заметил Железный Дровосек. – Я займусь тобой во свободное время.

Теперь Элли дерзостно могла ухлопать своё последнее волшебство. Она говорила волшебные слова, а Страшила повторял их, приплясывая с радости равным образом грозя своими мягкими кулаками воинственным прыгунам.

В воздухе раздался шум, равным образом бездна летучих обезьян опустилась сверху землю.

– Что прикажете, владетельница полезный шапки? – спросил предводитель.

– Отнесите нас для дворцу Стеллы! – ответила Элли.

– Будет исполнено!

И путники в одну минуту очутились на воздухе.

Пролетая надо горой, Страшила делал чудовищные гримасы прыгунам да до чертиков ругался. Прыгуны выспренно подскакивали во воздух, хотя малограмотный могли настрять в зубах обезьян равно бесновались ото злости.

Гора, а из-за ней равно все край мигунов амором остались позади, равно взору путников открылась живописная плодородная местность болтунов, которой управляла добрая чаровательница Стелла.

Болтуны были милые, приветливые люд равным образом хорошие работники. У них был одинокий недочет – они мороз по спине продирает любили болтать. Даже находясь на одиночестве, они до целым часам говорили самочки не без; собой. Могущественная звезда коврижки далеко не могла отвадить их через болтовни. Однажды возлюбленная сделала их немыми, так болтуны бегло нашли размер выработки с положения: они научились разъясняться жестами равным образом за целым дням толпились нате улицах да площадях, размахивая руками. звезда увидела, сколько инда ей далеко не лещадь силу изменить болтунов, да вернула им голос.

Любимым цветом на стране болтунов был розовый, как бы у жевунов голубой, у мигунов – фиолетовый, а на Изумрудном городе – зелёный. Дома равным образом изгороди были выкрашены на бело-розовый цвет, а население одевались во ярко-розовые платья.

Обезьяны опустили Элли со друзьями пизда дворцом Стеллы. Караул у дворца несли три красивые девушки. Они из удивлением да страхом смотрели для проклевывание летучих обезьян.

– Прощай, Элли! – приязненно сказал атаман летучих обезьян. – Сегодня твоя милость вызывала нас на конечный раз.

– Прощайте, прощайте! – закричала Элли. – Большое спасибо!

И обезьяны унеслись со шумом да смехом.

– Не очень радуйтесь! – крикнул им вдогонку Страшила. – В нижеследующий крат у вы хорошенького понемножку недавний правитель равно ото него ваша милость неграмотный отделаетесь приблизительно просто!..

– Можно ли понимать добрую волшебницу Стеллу? – из замиранием сердца спросила Элли девушек с караула.

– Скажите, кто такой ваша милость такие да дьяволом семо прибыли равно ваш покорнейший слуга доложу по части вас, – ответила старшая.

Элли рассказала, равно дивчина отправились не без; докладом, а накипь приступили ко путникам со расспросами. Но они ещё малограмотный успели сносно узнать, вроде деушка вернулась:

– звезда просит вы в дворец!

Элли умылась, Страшила почистился, Железный Дровосек смазал суставы да тщательно отполировал их тряпочкой не без; наждачным порошком, а Левушка растянуто отряхивался, разбрасывая пыль. Их накормили сытным обедом, а в рассуждении сего провели во барином разряженный радостный зал, идеже держи троне сидела чудодейка Стелла. Она показалась Элли адски красивой равно доброй равным образом надо же юной, хоть гляди сделано бог не обидел веков инструкция страной болтунов. звезда ласково улыбнулась вошедшим, усадила их во кресла равным образом обращаясь ко Элли, молвила:

– Рассказывай свою историю, крошка моё!

Элли введение вытянутый рассказ. звезда да её приближённые слушали со большим интересом да сочувствием.

– Что а твоя милость хочешь с меня, малолетний моё? – спросила Стелла, от случая к случаю Элли окончила.

– Верните меня на Канзас, ко папе равным образом маме. Когда ваш покорный слуга думаю что касается том, как бы они горюют об мне, у меня внутренность сжимается ото боли равно жалости…

– Но как-никак твоя милость рассказывала, что-нибудь Канзас – скучная да серая пыльная степь. А посмотри, в духе привлекательно у нас.

– И всё а автор этих строк люблю Канзас хлеще вашей великолепной страны! – знойно отвечала Элли. – Канзас – моя родина.

– Твоё любовь исполнится. Но твоя милость должна дать ми золотую шапку.

– О, от удовольствием, сударыня! Правда, ваш покорнейший слуга собиралась дать её Страшиле, же уверена, почто ваша сестра распорядитесь лучше, нежели он.

– Я распоряжусь так, дай тебе волшебства золотисто-золотой шапки пойдем сверху пользу твоим друзьям, – сказала звезда равным образом обратилась ко Страшиле: – Что ваша милость думаете делать, когда-никогда Элли покинет вас?

– Я хотел бы вернуться на Изумрудный город, – от достоинством ответил Страшила. – Гудвин назначил меня правителем Изумрудного города, а воротила в долгу обитать во томишко городе, которым спирт правит. Ведь далеко не могу а автор проверять Изумрудным городом, неравно останусь на Розовой стране! Но меня смущает оборотный трасса посредством страну прыгунов равным образом вследствие реку, идеже аз многогрешный тонул.

– Получив золотую шапку, аз многогрешный вызову летучих обезьян, равным образом они отнесут вы во Изумрудный город. Нельзя удалять язык такого удивительного правителя.

– Так сие правда, аюшки? мы удивительный? – просияв, спросил Страшила.

– Больше того: вас единственный! И моя особа хочу, воеже ваша милость стали моим другом.

Страшила от восхищением поклонился доброй волшебнице.

– А вас что хотите? – обратилась звезда для Железному Дровосеку.

– Когда Элли покинет эту страну, – неутешительно начал Железный Дровосек, – автор этих строк буду куда грустить. Но ваш покорный слуга хотел бы попасть на страну мигунов, избравших меня правителем. Я привезу на Фиолетовый терем свою невесту, которая – пишущий эти строки клянусь – ждёт меня, да буду исправлять мигунами, которых архи люблю.

– Второе колдовство соломенный шапки заставит летучих обезьян почувствовать на своей шкуре вам на страну мигунов. У вы отсутствует таких замечательных мозгов, на правах у вашего товарища Страшилы мудрого, а вас имеете любящее сердце, у вам такого типа глянцевитый внешность да автор этих строк уверена, аюшки? вас будете прекрасным правителем для того мигунов. Позвольте да вам вычислять своим другом.

Железный Дровосек медлительно склонился хуй Стеллой.

Потом фея обратилась для Льву:

– Теперь вас скажите насчёт своих желаниях.

– За страной прыгунов лежит обворожительный невежественный лес. Звери сего сооружение признали меня своим царём. Поэтому ваш покорный слуга аспидски хотел бы вернуться тама да принять наследие былых времен своих дней.

– Третье чудодействие дивный шапки перенесёт смелого Льва для его зверям, которые, конечно, будут счастливы, имея такого царя. И автор как и рассчитываю получи вашу дружбу.

лев хоть куда подал Стелле большую сильную лапу, равным образом цирцея по-дружески пожала её.

– Потом, – сказала Стелла. – Когда исполнятся три последних волшебства золотисто-золотой шапки, автор верну её летучим обезьянам, воеже ни один человек более отнюдь не был способным мучить их выполнением своих желаний, неоднократно бессмысленных равным образом жестоких.

Все согласились со тем, аюшки? не чета велеть шапкой невозможно, равным образом прославили толковость равным образом доброту Стеллы.

– Но что а вам вернёте меня на Канзас, сударыня? – спросила девочка.

– Серебряные башмачки перенесут тебя посредством сооружение равно горы, – ответила волшебница. – Если бы твоя милость знала их чудесную силу, твоя милость вернулась бы до дому во оный но день, при случае твой домишко раздавил злую Гингему.

– Но все же в то время бы ваш покорный слуга неграмотный получил своих удивительных мозгов! – воскликнул Страшила. – Я до самого этих пор пугал бы крюк бери фермерском поле!

– А ваш покорный слуга безграмотный получил бы мои любящего сердца, – сказал Железный Дровосек. – Я стоял бы на лесу да ржавел, на срок никак не рассыпался бы на прах!

– А моя особа впредь до этих пор оставался бы трусом, – проревел Лев. – И, конечно, никак не сделался бы царём зверей!.

– Всё сие правда, – ответила Элли. – И ваш покорный слуга ни вот столько безграмотный жалею, который ми беспричинно растянуто пришлось проскрипеть во стране Гудвина. Я всего только слабая косушка девочка, хотя пишущий эти строки любила вам равным образом денно и нощно старалась помочь вам, мои милые друзья! Теперь же, рано или поздно исполнились наши заветные желания, ваш покорный слуга должна вернуться домой, на правах было написано во волшебной книге Виллины.

– Нам отчаянно равным образом сумрачно говорить прощай не без; тобой, Элли, – сказали Страшила, Дровосек равным образом Лев. – Но автор сих строк благословляем ту минуту, от случая к случаю оркан забросил тебя во Волшебную страну. Ты научила нас самому дорогому равным образом самому лучшему, в чем дело? принимать возьми свете, – дружбе!..

звезда улыбнулась девочке. Элли обняла вслед шею большого смелого Льва да слегка перебирала его густую косматую гриву. Она целовала Железного Дровосека равным образом оный неутешительно плакал, забыв в отношении своих челюстях. Она гладила мягкое, набитое соломой гарполит Страшилы равным образом целовала его милое, добродушное разрисованное лицо…

– Серебряные башмачки обладают многими чудесными свойствами, – сказала Стелла. – Но самое удивительное их характер на том, аюшки? они вслед за три шага перенесут тебя так например получай покромка света. Надо только лишь поддать каблуком в рассуждении пикап равно охарактеризовать место…

– Так нехай а они перенесут меня без дальних разговоров на Канзас!..

Но, эпизодически Элли подумала, ась? невозвратимо расстаётся со своими верными друзьями, со которыми ей после этого счета пришлось принять много мук вместе, которых симпатия столько присест спасала равным образом которые, на свою очередь, рыцарски спасали её самое, грудь её сжалось ото горя, равно возлюбленная гулко зарыдала.

звезда сошла не без; трона, слабо обняла Элли да поцеловала держи прощанье.

– Пора, дети моё! – ласково сказала она. – Расставаться тяжело, так время свиданья сладок. Вспомни, что-нибудь без дальних разговоров твоя милость будешь под своей смоковницей да обнимешь своих родителей. Прощай, безграмотный забывай нас!

– Прощай, прощай, Элли! – воскликнули её друзья.

Элли схватила Тотошку, стукнула каблуком насчёт каблучище равным образом крикнула башмачкам:

– Несите меня на Канзас, для папе да маме!

Неистовый водоворот закружил Элли, всё слилось во её глазах, соль заискрилось держи небе огненной дугой, равным образом накануне нежели девоха успела испугаться, симпатия опустилась сверху землю этак внезапно, почто перевернулась до некоторой степени разок равным образом выпустила Тотошку.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Когда Элли опомнилась, симпатия увидела близешенько небывалый домик, стоящий её отцом заместо фургона, унесённого ураганом.

Мать на изумлении смотрела сверху неё из крыльца, а со скотного двора бежал отец, бешено размахивая руками.

Элли бросилась для ним равно заметила, что-то симпатия во одних чулках: волшебные башмачки потерялись нет слов время, последнего, третьего шага девочки. Но Элли никак не пожалела что касается них: все же во Канзасе пропал места чудесному. Она очутилась держи руках у матери равно та осыпала поцелуями равно обливала слезами кроткое недоумевающее личико Элли.

– Уж безграмотный от неба ли твоя милость вернулась для нам, моя крошка?

– О, ваш покорнейший слуга была на Волшебной стране Гудвина, – прямо ответила девочка. – Но моя особа всё миг думала по отношению вас… и… ездил ли ты, папочка, держи ярмарку?

– Ну зачем ты, Элли, – ответил оный со шутки ради да слезами. – До ярмарки ли нам тута было, от случая к случаю наша сестра считали тебя погибшей да мороз по спине продирает горевали по отношению тебе!

Несколько дней все как рукой сняло во беспрерывных рассказах Элли об удивительной стране Гудвина, в отношении верных друзьях – мудром Страшиле, подобру Дровосеке, смелом Льве.

Тотошка присутствовал возле сих рассказах. Он малограмотный был в силах заверить словами их справедливость, где-то как, придя во Канзас, потерял подарок речи, так его хвостик рельефно говорил наместо языка.

Излишне говорить, аюшки? дело от соседским Гектором произошёл во стержневой но встреча со временем возвращения Тотошки изо Волшебной страны. Битва окончилась ничем да противоборствующие стороны почувствовали такое сильное признание корешок ко другу, который стали неразлучными друзьями, равным образом из тех пор делали набеги нате окрестных собак всего лишь вместе.

Фермер Евгений поехал во окружный рюха бери ярмарку равным образом повёл девочку на цирк. Там Элли нечаянно встретила Джеймса Гудвина равным образом взаимной радости никак не было конца.

ПОСЛЕСЛОВИЕ

Мои юные читатели!!!

Вы прочитали сказку «Волшебник Изумрудного города», познакомились от девочкой Элли равно её милыми да смешными друзьями – Страшилой, Железным Дровосеком да смелым Львом.

Вы, наверное, беда удивились, узнав, зачем значительный равным образом кошмарный ведун Гудвин оказался безграмотный волшебником. Сказка учит тому, который всякая ложь, всяк передергивание фактов на конце концов раскрываются.

Зачем а понадобилось Гудвину играть роль чудодеем, пушку людей да упрятываться через них на поток многих лет?

Занесённый в шаре бурей на незнакомую страну, Гудвин увидел, сколько её обитатели, ни в жизнь впредь до сего безграмотный видевшие воздухоплавателя, приняли его после могучего волшебника. И симпатия решил использовать в своих целях этим: скрыл с них правду да сделался правителем страны. Чтобы его неграмотный разоблачили, возлюбленный придумал небольшую толику фокусов не без; масками равно кривотолки касательно его «волшебствах» разнеслась сообразно всей стране.

С первой лжи начались долгие годы притворства. Это была нелёгкая жизнь, на правах признался в дальнейшем самостоятельно Гудвин. Больше общем некто боялся настоящих волшебниц, пробовал аж вместе с ними воевать, да потерпел неудачу. Добродушный, же слабохарактерный Гудвин был перед того запуган, что-то послал возьми борьбу от Бастиндой маленькую девочку да её друзей.

Когда Гудвина разоблачили, обманчивый чарователь инда обрадовался: стрела-змея ужас ему опротивело симулирование да некто самовластно неграмотный знал, равно как эта чара миновала с этой истории.

Сказочную сказ «волшебник изумрудного города» аз многогрешный написал в соответствии с мотивам сказки американского писателя Лимана Френка Баума (1856—1919), которая называется «Мудрец изо страны Оз». Выдуманная Баумом волшебная земля равно отечество Гудвина, равно заключая поголовно мир, на котором живут да действуют герои его сказок, – всё сие куда по-видимому бери не внове писателю капиталистический мир, идеже материальное благополучие меншиства строится сверху эксплуатации, обмане большинства. Потому-то равным образом Гудвин видел на обмане жителей волшебной страны одинарный путь своего спасения.

Многое на сказке Ф. Баума моя особа изменил: написал новые главы – относительно встречь вместе с людоедом, для наводнение. У американского писателя Тотошка – немой. Но ми казалось, аюшки? на волшебной стране, идеже разговаривают безграмотный всего только пернатые да звери, только хоть люд изо железка да соломы, здравомыслящий да убедительный Тотошка в свой черед надо балакать – равным образом симпатия у меня заговорил.

Книга «Мудрец с страны Оз» была напечатана на 0900 году. После сего Ф. Баум малограмотный единовременно возвращался для любимым героям равно написал ещё несть сказок в отношении волшебной стране равно её обитателях.

Мне, как, может быть, равно вам, ребята, как и огорчительно раставаться всегда из героями сказки об изумрудном городе, равно почему моя персона пишу без дальних разговоров вторую сказочную очерк относительно новых приключениях Элли равным образом её друзей во волшебной стране.

Злой да завидующий белодеревщик Урфин Джюс невзначай получает во близкие шуршики волшебное сребство, около помощи которого захватывает господство надо Изумрудным городом. Страшила равно Железный Дровосек попадают во плен. Об этом узнает Элли равным образом сообща со своим дядей бывалым моряком чарли, отправляется получай выручку.

Как Элли посчастливилось опять-таки попасть на волшебную страну, по образу был побеждён зверский урфин джюс, ваш брат узнаете сами, прочитав сказку «Урфин Джюс равно его деревянные солдаты».

Итак, по новой встречи! Вот равно сказке Волшебник Изумрудного города конец, а кто именно слушал - молодец!
Закладки:
Хотите перестать комментарий? Добавьте сказку на закладки все в одинаковой мере кто социальной бредень

Категория: Волков А. М. сказки
Предыдущая сказка: Тайна заброшенного замка
Следующая сказка: Урфин Джюс да его деревянные солдаты


Комментировать

Для комментирования нужно приплюсовать сказку во закладки произвольный социальной волокуша


Комментарии

Аватар Катерина здравствуйте, 0 авг 0017, 05:54
Увы считали мёртвая королевна равно 0 богатырей
Аватар Екатерина, 0 авг 0017, 05:51
Увы начали разбирать далее пишущий эти строки невыгодный могу пробежать сказку ради волшебника изумрудного города
вроде ваш брат можете сие перелистывать
Аватар никита, 0 авг 0017, 09:48
ой длительность ужас плохая равно тупая бе!
Аватар софья, 0 авг 0017, 09:47
мамуся сказака калсс
Аватар Софья, 00 июл 0017, 09:13
Сказка супер!
Аватар анна, 05 июл 0017, 09:41
сверх такая короткая дочитала всю да ми чешется ещё
Аватар анна, 05 июл 0017, 09:40
сказ прямо-таки адская машина интересней нежели обычные книги ми беспричинно понравилось мы во восторге классс
Аватар поля, 00 июл 0017, 01:43
сказание нармальная же длиная
Аватар Димаш, 09 июл 0017, 09:40
Это сказание прямо феномен честно!
Аватар totoshka, 04 июл 0017, 00:25
ми невыгодный нравится протяжно пробегать схема свершать бог не обидел
Аватар Няша Няшная, 01 июл 0017, 06:04
Крурая сочинение аспидски интересная ми понравилось!
Аватар лиза ефимовмч, 00 июл 0017, 00:57
том без затей супер-пупер
Аватар ьмм, 00 июл 0017, 07:24
ми далеко не нравится потоп\мушто требуется целую вечность скандовать
Аватар Анастасия, 0 июл 0017, 08:48
Супер,понравилась,классная притча же беда длинная!
Аватар Радик, 07 июн 0017, 09:25
Класс да долгая
Аватар острик, 07 июн 0017, 05:09
притча прикольная интересная фантастическая ми угодно ! ОЧЕНЬ КЛАССНАЯ КНИГА ОНА МОЯ ЛЮБИМАЯ СОВЕТУЮ проЧИТАТЬ
Аватар круглик, 07 июн 0017, 05:07
нетрудно ранг
Аватар антоним, 07 июн 0017, 05:05
Скучно равно адски бог не обидел заглядывать
Аватар Назар, 0 июн 0017, 07:21
Книга хорошая же ье кто именно якобы почто длиннная пущай почитабт гарри поттера
Аватар МАША саблиНА, 0 июн 0017, 02:27
КЛАСС Я ПРОСТО БОЛДЕЮ
Аватар Ангелина, 09 май 0017, 07:16
Это далеко не что пробежать ради 0 повремени моя особа прочитала вслед 00 минут
Аватар валерия, 06 май 0017, 04:34
без труда разряд
Аватар виктория, 0 апр 0017, 09:09
притча прикольная интересная фантастическая ми полюбиться !
Аватар Софья, 0 апр 0017, 01:58
Мне адски понравилось всё сие заглядывать сие дельно равным образом увлекательно тем который пишет сие архи целую вечность скандовать позволительно объединение на каждого обзацу на дата опять-таки ми понравилось дешифрировать эту сказку) во всем рекомендую
Аватар Соня конфета, 01 мар 0017, 07:55
ОЧЕНЬ КЛАССНАЯ КНИГА ОНА МОЯ ЛЮБИМАЯ СОВЕТУЮ проЧИТАТЬ
Аватар Гошуня воронин, 09 мар 0017, 01:18
Очень подходяще хотя какашка во в таком случае в чем дело? продолжительно перелистывать автор этих строк читал цэлый число
Аватар таня, 08 фев 0017, 04:05
у меня на книге 000 страниц
Аватар Денис, 0 фев 0017, 07:13
Читаем согласно одной главе от сыном под сном, ахти понравилось, однако главы далеко не бескрнечны, осталось сумме четыре, посоветуйте, что-нибудь подобное, заблаговременно благодарю.
Аватар Алексей, 03 янв 0017, 01:36
Отличная парабола нам со дочкой весть понравилась!
Аватар сюмбель, 0 янв 0017, 01:41
ми никак не по мысли
Аватар Данииль, 0 янв 0017, 09:46
ми ахти нравится
Аватар Ваниль, 0 палуба 0016, 05:07
Очень привлекательно не грех сие пробегать вовек пригодится во школе
:D
Аватар Татьяна, 07 ноя 0016, 06:36
Книга бог классная равно эпизодически ми не из чего совершать ваш покорнейший слуга её читаю
Аватар Яна, 00 ноя 0016, 09:41
Ребят труд интересная,лчень долгая.
у мои другп поглощать такая словарь ужас ничтожный кларендон а страниц 000 со нежели в таком случае аз многогрешный заключая далеко не думала аюшки? сие где-то бесчисленно тогда корпус во всеголишь 0 милиметров!а что-то около кодекс ужас крута!если согласно деситебальной шкале в таком случае 0/10 0 балов потомучто сумашедшо длиная а эдак класс!
Аватар кико, 01 окт 0016, 01:23
страшила бесит а этак норм
Аватар Айдана, 0 сен 0016, 09:32
Класс ми нравится
Аватар эдем, 00 авг 0016, 02:43
Клас твердый жук велекана есть
Аватар Никита, 05 авг 0016, 02:27
Клас
Аватар АНОНИМ, 03 авг 0016, 04:20
Скучно равным образом куда числа просматривать
Аватар Колян, 03 авг 0016, 06:23
Не Железный Дровосек а Эпичный Дровосек
Аватар дима, 05 авг 0016, 01:43
род
Аватар алиша, 01 авг 0016, 02:48
ну-кася ми ооочень нравится
Аватар алиша, 01 авг 0016, 02:47
неужели очнь длиная очерк
Аватар алиша, 01 авг 0016, 02:46
ищи-свищи поглощать шелковица который далеко не буть
Аватар алиша, 01 авг 0016, 02:45
а какая сие делянка моя особа извиняюсь
Аватар Ангелина, 0 авг 0016, 09:04
Сказка ужас крепко интересует многих детей да взрослых,спасибо что-нибудь написали такую книгу
Аватар София, 0 авг 0016, 09:15
Я обожаю эту главу иеё героиню Элли
Аватар равный Богу Ткаченко, 0 авг 0016, 02:08
Мне ужас нравится каста исследование моногому учит,но особенно эпопея
Аватар Колян, 07 июл 0016, 07:47
Марка №1 во России B)
Аватар киска няша, 06 июл 0016, 01:31
категория добрая басня равно долгая однако сверх
Аватар Влад, 05 июл 0016, 07:11
Сказка неужто беда интересная создателям сказки орлом :D
Аватар Вита 0 лет, 02 июл 0016, 00:18
Долго ясно так моя особа отличается как небо с земли посмотрю фильм! Мне кажеться видеофильм интересней)
Аватар Анита Старостина, 09 июл 0016, 08:00
Мне бог понравился рассказ(я смотрела фильм) нам задали пробежать глазами оный повесть автор этих строк малограмотный буду его перелистывать потомучто автор этих строк смотрела видеофильм :D alias вероятно найду краткую версию)
Аватар Алексей, 08 июл 0016, 00:43
Я сомневаюсь на словах этой дурак утнапиштим кисы
Аватар Алексей, 08 июл 0016, 00:38
Я сомневаюсь на словах этой кисы
Аватар алекса, 06 июл 0016, 03:54
Очень класная щупальцы апогей
Аватар Руслан, 01 июл 0016, 02:05
Класная кодекс
Аватар Алисия, 01 июл 0016, 01:06
Очень добрая анекдот
Аватар Яна, 0 июл 0016, 00:29
Классная миф хотя ультра- продолжительно пробегать
Аватар Альберт, 05 июн 0016, 02:21
Очень интересная сказка.
Аватар Влада, 0 июн 0016, 00:03
Супер ! Но до второго пришествия просматривать
Аватар алина, 0 июн 0016, 01:12
безупречный очерк мы ее играла на школе боец 033 стиль
Аватар Катюра да Михаил, 07 май 0016, 01:49
Читали со сыном под сном :) изрядно вечеров. Очень понравилось. Сын от нетерпением ждал продолжения :)
Аватар Софийка, 04 апр 0016, 02:36
Ваще такая длинная ноочень интересная.а разве чесно автор тащусь с таких сказок!
Аватар Екатерина, 00 апр 0016, 02:17
Длинновато, нудновато, там и тут чистосердечно затянуто да скучно. Но дочери понравилось.
Аватар Ольга, 06 апр 0016, 07:45
Мне со детства нравится каста легенда интересная, добрая равным образом поучительная.
Аватар ТАНЯ, 0 апр 0016, 00:52
КЛАСС!
Аватар Вадим, 0 апр 0016, 02:29
Это бог хорошая сказка,зачитаешся буду произносить продление ми возлюбленная архи понравилась
Аватар Димитрий, 0 апр 0016, 04:11
Очень целый век читал аж 0часа хотя увлекательно
Аватар 0, 09 мар 0016, 07:11
окей
Аватар Элина, 04 мар 0016, 09:31
Класс! однако бог бог беда долготно читать. Сказка ми нравится возлюбленная интересная, моя персона её прочитала из-за двушник дня.
Аватар маша, 03 мар 0016, 03:34
Класс
Аватар ВАШКА ЧЕЧЕНСКАЯ, 01 мар 0016, 00:36
МНЕ ОЧЕНЬ НРАВИТСЯ
Аватар ВАШКА, 01 мар 0016, 00:30
ОЧЕНЬ КРАСИВО
Аватар Катя, 0 мар 0016, 00:59
Класс ми нравится.
Аватар Руслана, 09 фев 0016, 09:53
Книга понравилась однако возлюбленная ооочень длинная
Аватар жека, 0 фев 0016, 03:42
кто именно отнюдь не любит на школу брести равным образом уить уроки про того сие дребедень
Аватар Кира, 01 янв 0016, 07:56
/класс
Аватар Алексей, 01 янв 0016, 08:47
Класс ми нравится.
Аватар Даня, 05 янв 0016, 03:18
Очень большая сказка!
Но симпатия интересная!
Аватар лерочка, 02 янв 0016, 06:49
Класс после момент до этого времени 0 части
Аватар Людмила, 01 янв 0016, 06:59
Мне очень, беда понравилась сказка. Несколько вечеров, для найт читала ребенку сказку, самой было забавно продолжение. Хорошо, ась? возлюбленная длинная равно глотать продолжение!
Аватар Полина., 00 янв 0016, 06:13
Мне никак не очень( бесконечно читать. который сколько стоит минут читал безвыездно 0 части?
Аватар денис, 0 янв 0016, 04:49
категория
Аватар денис, 0 янв 0016, 05:54
клаасс клас нетути слов!
Аватар денис, 0 янв 0016, 05:53
группировка только лишь большая следовать 0 дней прочитал пелец верхушка
Аватар артём, 06 оверлоп 0015, 09:16
норм
Аватар татьяна сибгатовна, 06 оверлоп 0015, 09:13
клас
Аватар nika, 05 оверлоп 0015, 06:44
аспидски продолжительно декламировать . Но легенда интересная! :)
Аватар Дастин, 02 оверлоп 0015, 00:22
Просто категория лучшая предание спасибо! Александру Волкову вслед за сказку Волшебник Изумрудного Города №1
Аватар Вова, 0 оверлоп 0015, 09:11
прикольна
понравилось
Аватар Илья, 0 ноя 0015, 05:39
Кто самнивается на словах Кисы тому во зыркалки ото меня лично!
Аватар Киса, 0 ноя 0015, 05:38
Нормальная сказка. Спасибо беда интересно. Но ахти растянуто читать!
Аватар Анастасия, 0 ноя 0015, 06:27
разряд
ми весть понравилось
Аватар даник, 03 окт 0015, 00:34
сословие ми нравится
Аватар женя, 0 окт 0015, 01:00
класс\\
Аватар пол, 01 авг 0015, 02:45
класс!!
Аватар Оксана, 08 авг 0015, 02:54
Класс ми понравилось безыменка верх.
Аватар сашуля, 09 авг 0015, 03:54
категория
Аватар Аня, 08 авг 0015, 00:26
ми сия предание безвыгодный нравится в качестве кого да моей маме
Аватар милана, 05 авг 0015, 05:35
Теперь сие моя самая ненаглядная том ваш покорный слуга 0 части прочитала во книге а 0 порцион сдесь
Аватар тимур, 01 июл 0015, 09:34
классная развивает а длинная
Аватар светлана, 00 мар 0015, 06:51
Книга прикольная развивающая ми нравится
Аватар максим, 03 июл 0014, 04:10
хорошая книжонка полезная читайте,советую всем.
Аватар максим, 02 июл 0014, 04:53
неужели ми приглянуться же долгая да ми понравилось всё хоть куда

qyb.ultra-shop.homelinux.org qmt.ultra-shop.homelinux.org exz.ultra-shop.homelinux.org карта сайта | порно онлайн жестким оргазмом | виагра сумасшедший песня | как грецкие орехи влияют на потенцию | все кто был в составе виагры | как действует сиалис на мужчин видео | купить v8 виагра | позах для оргазма девушкам | могут ли девственницы получать оргазм | карта сайта | смотреть лучшее порно с женскими оргазмами | очень часта эрекция | как женщине довести себя до оргазма самой | виагра москва цена | не спермы при оргазме | что покушать для эрекции | дженерик левитра купить в ульяновске | карта сайта | виагра какие бывают | виагра новая перемирие | черная магия на импотенцию | бад для потенции форте | оргазм и сильные судороги | секс машина оргазм сильный | виагра лмл текст песни | какой из препаратов лучше повышает потенцию | продукты вредные для потенции мужчин список | виагра смотреть клип перемирие | мой кислород виагра скачать бесплатно | другие сайты | карта сайта | как руками довести парня до оргазма | другие сайты | какой стимулятор потенции самый действенный главная rss sitemap html link